Констанция

「Люди. Людей надо любить. Люди достойны восхищения. Сейчас меня вырвет наизнанку」

Жан-Поль Сартр «Тошнота»

Когда она проснулась, не поверила тому, что ей так хорошо. Страдая вчера вечером, сегодня она действительно хорошо себя чувствует.

Сегодня она спасет еще одного человека.

Но для начала надо узнать, кто есть кто, и сколько здесь уже находится. Так будет соблюдаться простая очередность.

Констанция села за стол и стала разглядывать присутствующих: вот старая дама, сидящая напротив Констанции, она вроде бы вчера о чем-то говорила. Рядом с ней по левую руку сидел мужчина средних лет, довольно-таки симпатичный. Следом за ним было пустое место, а через него — девушка, боль которой Констанция вчера поглотила.

Дальше стулья пустовали.

По правую руку от Констанции расположилась женщина средних лет со странным, ядовито-оранжевым цветом волос. Рядом с ней сидела молодая девушка с длинными, очень длинными каштановыми волосами. Дальше был какой-то мужчина, следом стулья оставались пустыми.

Разговора пока никакого не велось, поэтому девочка принялась есть. Еда совершенно не забивала чувства голода, но ей приходилось это делать, чтобы не казаться подозрительной.

Она тут самая молодая. И почему на нее не обращают никакого внимания?

— Хороший сегодня день, — сказала девушка с длинными волосами.

— Великолепный, я бы сказал, — ответил ей мужчина напротив, — Только сейчас утро.

— Ах, не важно.

Девушка замолчала и перестала реагировать на общение.

— Мне вот интересно, — проговорила девочка, подавляя страх, — А кто из вас сколько здесь уже находится?

Она старалась ничем не выдать своего волнения и поэтому смотрела людям напротив прямо в глаза.

— Ой, — проговорил мужчина напротив. — Я совсем недавно. Где-то четыре дня.

— Я, кстати тоже, — сказала сидящая рядом девушка с рыжими волосами. — Только не четыре дня, а три.

— А я вот уже почти две недели, — сказала девушка с длинными волосами.

Ее Констанция вчера спутала с маленькой девочкой.

— Ну, я пока здесь третий день, — сказала старушка напротив.

— А я неделю уже, — сказал другой мужчина, постарше.

— А ты, я так понимаю, здесь совсем недавно? — спросила рыжая.

— Я? Ах, да. Второй день, — ответила Констанция.

Или третий? Она совсем не помнит, черт.

Когда завтрак кончился, Констанция поспешила к себе, чтобы привести в порядок свое красное лицо.

Разговаривать с людьми человеку, который к этому почти никогда не прибегает довольно сложно. Хотя здесь девочка справилась: голос не дрожал, а глаза не бегали.

Когда она чуть-чуть остудила лицо холодной водой, решила выйти и найти ту девушку, которая здесь уже две недели и поскорее забрать у нее боль.

Идя по коридору, Констанция думала, в какой из дверей может жить эта девушка.

«Они же одинаковые», — буркнула она себе под нос, неторопливо рассматривая коридор.

Рассматривая двери, Констанция совсем не замечала того, что двигалось прямо на нее. Было не до этого. Вдруг что-то большое ее столкнуло. Констанция охнула, повалилась на землю и застыла.

Голова в который раз напомнила, что ей больно. На несколько секунд перед глазами поплыло, но взгляд мгновенно сфокусировался, выхватив из полутьмы определенную фигуру.

На нее испуганно смотрела Мелинда.

— Ой, привет, — дрожащим голосом проговорила она.

Констанция лишь кивнула, вновь поднимаясь на ноги.

— Что ты здесь делаешь? — несколько грубо спросила девочка, потирая ладонью лоб.

— Ну, живу. А еще я здесь подрабатываю. Меня мама сюда отправила.

Констанция кивнула, борясь с желанием броситься на девушку. И было не слишком понятно, с добрыми намерениями или нет.

— Ясно, — пыл девочки слегка умерился.

Мелинда нервно перебирала какую-то тряпку в руках, словно бы та могла как-то успокоить ее дико трепещущее сердце.

Она не ожидала увидеть здесь Констанцию. По крайней мере, не сейчас. Но все надежды и опасения смешались в единый ком, не позволяя разобрать, где что.

— А ты что здесь забыла? – в свою очередь спросила девушка, когда молчание становилось опасным.

— Я здесь живу. Временно, — ответила Констанция лениво.

Мелинда недоверчиво окинула девочку взглядом. Кажется, Констанция уже прижилась здесь. Надела белое старое платье, готические сапоги – настоящий гость.

Мелинда сжала кулаки. В этот дом не приходят просто так. Этот дом посещают только те, кто задыхается от чего-то, что клокочет бурей внутри. Сюда приходят с криками о помощи, отдают жизнь и деньги, чтобы их избавили от чего-то ужасного. Но чего?

Хозяин называет это «страданиями».

— А где Фред? Решил идти дальше или тоже где-то здесь прячется? – задала вопрос Мелинда, немного успокоившись.

Констанция едва заметно дернулась. Её тело будто окатило холодной водой, а все органы подожгли. Нутро проткнули — теперь там дырка, она большая и гниет.

Опять этот Фред. Вот тот виновник всех ее несчастий, все ее беды – лишь в нем.

Если бы они могли умереть так же, как и он.

— Его нет, — ответила Констанция, пытаясь контролировать свой голос.

Кончики пальцев похолодели то ли от страха, то ли от неприятного воспоминания, но факт остается фактом – ее морозило.

А под кожей уже давно сгорели все мышцы.

— А, ясно. Значит, решили разойтись. А жаль, он мог бы пригодиться, — усмехнулась девушка.

Эта легкая усмешка далась ей с трудом. Вообще, все это спокойствие и озорство – теперь напускное. Предчувствие подсказывало, что случилось что-то ужасное.

Волосы Мелинды уже не лежали на плечах свободными петлями, а были туго перевязаны на затылке и еле касались плеч.

— Зайдешь ко мне? — спросила Констанция, приглашая девушку к себе в комнату.