Госпожа

Первым совершил ошибку мой брат: он пропустил контрудар Мариша, увлекшись атакой. И через несколько минут судьи остановили бой, объявив победителем Мариша.

Я с облегчением выдохнула. Все-таки я очень сильно волновалась за своего брата. И то, что он не победил, а стал всего лишь вторым — для меня не значило ровным счетом ничего. Поединок есть поединок и случиться могло всякое. Даже при наличии магов-целителей всегда оставалась вероятность получить удар, после которого не спасет ни один маг. Интересно, он примет приглашение придти к нам в ложу или нет? И почему я так боюсь того, что он проигнорирует приглашение и не придет?

Стол Данер и служанки накрыли за считанные минуты. Мы с ребятами только успели обсудить все подробности финальных боев, а Майра уже приглашала нас к столу. Хорошо, что мы решили обедать прямо здесь, не возвращаясь в усадьбу. Время сэкономили и… "Ну вот, а ты боялась," — буркнул Крайф, когда дверь в очередной раз открылась и на пороге появился Энгер Байрс в традиционном трайрском костюме коричнево-золотистых тонов. Наших родовых цветов. Цветов Байрсов. Он посмотрел на меня — и устало улыбнулся.

— Молчи, дрянь! Да как ты смеешь перечить мне! — Миона кричала на прислугу, а я лишь тяжело вздохнула, подходя ближе. — А, вот и ты, бездельница! Где ты ходишь? Я полчаса назад за тобой послала.

— Простите, — смиренно сказала я, понимая, что бесполезно убеждать в том, что она посылала за мной от силы десять минут назад и что я пришла сразу, как мне сказали.

— Звезды светлые, за что мне это? Как ты умудряешься тратить столько времени на прихорашивания? Быстро помоги этой клуше сложить вещи Сайшера, а то она до вечера провозится. Да поторопись, Анна! Нам уже давно пора было выехать.

Ну да, конечно. Нам. Отцу, ей, Энгеру и Сайшеру, которому только два года и стукнуло. Энгер едет поступать в Академию в Айренел, а отец и Миона со своими детьми — на зиму перебираются в Столицу. Я ведь с Лорансом и Пираном уже вернулась из Столицы.

— Лоранс! Лоранс! Ещё вот эти сундуки! Быстрее! Пиран! Сколько можно тебя ждать?

Складывая вещи малыша Сайшера я невольно улыбалась. Наконец-то две декады общения с Мионой подходят к концу. Надо же, Энгер, который ещё недавно, казалось, научился ходить, уже едет обучаться в Академию. Жаль, что у меня никакого дара не обнаружили.

— Анна… — тихий голос заставил меня обернуться.

Энгер. При полном параде, в новеньком костюме, с мечом и кинжалом на поясе. И с неизменной чуть грустной улыбкой на лице.

— Ты мне пиши почаще, как вы тут, хорошо?

Я улыбнулась в ответ и лишь кивнула…

Сморгнув, я с удивлением посмотрела на Энгера, подошедшего к нам ближе.

— Приветствую, Энгер Байрс. Великолепно выступил на турнире.

— Благодарю за похвалу, Максир Андерис. Я и сам не ожидал, что смогу пройти в финал. В Яшмовой бухте я не блистал особыми талантами. Да и как маг я довольно слабый. Только недавно смог сдать на первую ступень магии исцеления.

Я хмыкнула. Сдать экзамен хоть на одну ступень удается всего двум третям выпускников Академии Айренела. И это при том, что они были отобраны с довольно приличными способностями к магии, да ещё пять лет обучались магическому и военному искусствам.

— Первая ступень — это очень хорошо, Энгер, — сказал Макс абсолютно серьезно. — Я хочу всем четверым финалистам предложить места в моей гвардии. Если ты, конечно, захочешь принять это предложение.

Я затаила дыхание.

— Конечно захочу принять, — кивнув, сказал Энгер. — Буду рад служить под твоим командованием, Максир. Но есть кое-что, что вы с Анной должны узнать обо мне и моей семье. И я бы хотел, чтобы это осталось между нами.

Волнение. И робкая надежда с толикой вины. Странный коктейль эмоций. Макс переглянулся со мной, я лишь пожала плечами. Сама ничего не понимаю. Наложницы и наложники тоже переглянулись, но тут же сделали вид, что их наш разговор вообще не касается и они интересуются лишь блюдами, которые расставляли на столе.

— Тогда давай отойдем поближе к краю, — сказал Макс, подавая мне руку.

Как только мы отошли, мой муж сплел щит от прослушки и подглядывания и сказал:

— Теперь можешь говорить свободно. Никто из присутствующих здесь подслушать нас не сможет.

— Я не знал, рассказал вам Государь или нет… Потому и не стал сообщать о своем приезде заранее, боясь того, что ты не захочешь меня видеть, Анна. После того, что натворила мать… Я бы и сам не захотел видеть никого из нашей семьи. Неудивительно, что мне и моим братьям тепер не светит служба на Государя.

Я ошарашенно посмотрела на него, потом на Макса. Ничего не понимаю… Что такого могла натворить Миона, что её детей лишили возможности служить в войсках Государя?

— Государь ничего не рассказывал нам о тебе или твоей семье, — спокойно сказал Макс. — Боюсь, что тебе придется самому пояснить нам все. Мы ничего не знаем.

Энгер задумался, собираясь с силами и потом, решившись, сказал:

— Её использовали уртвары. Они наложили на прошение отца какое-то заклятие, которое должно было убить Государя. И ещё… Она виновата в том, что тебя захватили в плен там, в Столице. Государь сказал, что тебя после этого сделали шаалхой Алар-рагана.

Я застыла, смотря на него квадратными глазами. Миона?! Она виновата в том, что дух Государя оказался в плену у уртвар? По сути, это участие в заговоре против Государя. За это род полагается под корень вырезать, а не только лишить возможности служить в войсках Государя. Я могла бы ещё закрыть глаза на её попытки испортить жизнь мне и моей матери. Даже специально затолкала поглубже подозрения о том, что именно она виновата в моём пленении уртварами. Вместе с остальными воспоминаниями о том времени.

Потому что никак не могла уложить в голове, что она связалась с уртварами. Потому что это было слишком удобным объяснением всех странностей, которые происходили с моей семьёй. Ведь из всех дворян севера только семья отца успела выбраться из имения до начала атаки. И если… да нет, учитывая то, что сказал Энгер, то выходит, что уртвары сотрудичали с ней давно. И тогда никаких "может". Получается, что меня в свое время увели именно по её просьбе. И по подсказке уртвар она вместе с мужем и детьми уехала в Столицу. А они, получается, использовали её чтобы добраться до Государя… Значит, она стала им бесполезна после того, как отец потерял имение? Иначе глупо было бы делать такую подставу важной фигуре в своей игре.

А брат просто застыл, ожидая нашей реакции. На что реакции? На его известие, что его мать была виновата в том, что я была шаалхой? Или что она участвовала в покушении на Государя? Да мне все равно, кто именно подсказал уртварам, где меня можно будет достать. Не было бы Мионы, была бы подкуплена служанка, была бы устроена слежка. Меня в любом бы случае выкрали. Виноват не нож, а убийца. Алар-раган, ныне покойный. Злиться на нож? Глупо. И вообще, причём тут сам Энгер? С чего решил, что я вообще на него буду злиться? Макс деликатно молчал, позволяя мне самой разобраться с угрызениями совести моего брата. Поэтому я лишь улыбнулась Энгеру и сказала абсолютно спокойно: