Госпожа

— Дорогой…

Макс выразительно кашлянул. Я присмотрелась к руке Мионы и округлила глаза. Да она же пытается заклинание сплести! Вот тебе и пирожки с котятами! Посмотрев на Макса, Миона тут же отдернула руку и, ничуть не смутившись, сказала:

— Неужели ты поверишь этой жене торговца? Она же просто пытается отомстить мне за то, что ты предпочел меня ей. Ты выгнал её — вот она и бесится.

Ах ты ж… стерва белобрысая! Ведьма доморощенная! Я тебе устрою праздник, я тебе такой праздник устрою… Я от тебя мокрого места не оставлю, нахалка!

— Вы говорите о моей матери, госпожа, — сухо сказала я, вставая. — В моем доме. Нагло искажая факты и трактуя их в свою пользу. Позволю себе напомнить, что по словам отца он отпустил свою наложницу как она того просила. Если вы и дальше намерены оскорблять меня и мою семью — вам лучше удалиться.

Макс поднялся вслед за мной и, взяв за руку, сжал мои пальцы, отвлекая на себя. Мама, не вставая, просто погладила по руке, сказав:

— Не надо, дочь. Что еще можно ожидать от той, которая не гнушается воздействовать на своего мужа без его ведома, которая заботиться только о себе и своих детях? Не порть себе праздник, я не злюсь на неё. Мне смешно.

Слава богу, в этот момент в гостиную вошел Граен и с абсолютно невозмутимым видом сказал до боли знакомую фразу:

— Кушать подано, господа.

Во время обеда мы молча поглощали еду и переваривали сказанное ранее. Интересно, за то, что Миона сотворила с мамой, её реально могут наказать? А почему нет? Если закон предполагает наказание за физическое нападение на людей, то в мире, где существует магия — необходимо предусмотреть и нападения не просто силой, а магией. Также, как и методы наказания таких правонарушений. Другое дело, что вряд ли сейчас станут заниматься такими вопросами, когда всё государство занято войной с уртварами. Не до того просто сейчас.

Ой, о чем я думаю, а? У меня наконец-то есть папа, мама, любимый муж, братья, и даже сестра! А еще у меня будет ребенок! А я вновь за свое: уртвары, война, наказания… Нет бы о чем приятном в праздник подумать… Хотя… жизнь действительно такая сложная штука — не успеешь насладиться покоем и тишиной — как тут же тебя с головой засыпают проблемами от и до и ты уже по привычке думаешь о проблемах даже во время праздников.

Отец тоже молчал, переваривая информацию. А после десерта поблагодарил нас с Максом за гостеприимство и уехал. Я была только рада этому. Не потому, что он или братья уехали, а потому что с ним уехала Миона. Мы с мамой и сестрой остались в гостиной, мужчины же поднялись в кабинет.

Мама меня наверное минут пять рассматривала, прежде чем сказать:

— Изменилась… Ты совсем изменилась, Анни. Хотя это и понятно, после того, что произошло… Рассказывай, как ты встретила его, какой он трайр, не жалеешь ли.

Я хмыкнула, отведя взгляд. Могла ли я рассказать правду маме? Не могла. Она и так переживает за меня, а после рассказа… Тем более, что официльно эмпа Фар-Руна умерла. И правду знают лишь уртвары да тайная служба. Возможно потом, когда-нибудь, я и смогу рассказать всю правду, но не сейчас. Значит, отредактированную версию? Нет, не подходит. Не поверит в неё мама, да и не хочу я ей врать. Тогда как? Снова сыграть в игру "да и нет не говорить"? А у меня есть выбор?

— Я не хочу вспоминать о том, как мы встретились, мам. Прости. Насчет того, какой он… Разный. С уртварами — беспощадный, с подчиненными — строгий, со мной — любящий. Он тот, кто мне нужен. И я та, кто нужна ему.

— А наложницы? — удивлено спросила мать.

— Если бы не Государь, я еще пару семдиков была бы его любимой наложницей, мама, — чуть с укоризной сказала я. — Да и ты сама была наложницей, тебе ли не понять, что это совсем другое.

— Другое… Ну да ладно, ты девочка взрослая, глупостей не наделаешь. Я с тобой о другом хотела поговорить. Насколько я поняла, твой муж получил в управление одно из северных имений. Так вот. На севере жена играет не совсем ту же роль, что и на юге. Из-за близости к границе с сангами, где правят женщины, большинство дел решают именно с женами. Учитывая то, что ты будешь первой женщиной в имении, то именно к тебе, а не к твоему мужу будут идти с жалобами и проблемами, с вопросами, с просьбами о помощи. Через тебя будут выходить на твоего мужа, твое мнение будет считаться решающим по хозяйственным вопросам. Но. Никаким хозяйством тебе заниматься не придется, не переживай. Для этого будут управляющие городами и поместьями. От тебя потребуется только быть судьей, разрешающей споры. И ещё. Алдер, мой муж, торговец, занимает не последнее место в гильдии купцов Пар-Лина. И если понадобиться, ты всегда сможешь обратиться к нам за помощью. Почту, как обычную, так и магическую, еще никто не отменял.

Я улыбнулась, понимая, насколько все же хорошо иметь семью. Даже такие родственники, как Миона, это все равно хорошо.

Уехали гости перед самым закатом. Провожая их с крыльца, я вспоминала наш разговор с мамой и то, что она рассказала о моем детстве. Да… А я думала, мне в том мире было сложно. Ничего подобного. Мое детство было веселым в обоих мирах. Правда, надо отдать должное, могло быть гораздо хуже. Сносить подначки Мионы и её служанок было не сложнее, чем отвечать на подколки сверстников по поводу лишнего веса и немодных одежок. "Сбегать" в Столицу, наслаждаться свободой без гроша в кармане и найти себе компанию из таких же детей бедных дворян даже веселее, чем отправлятся на море полежать на песочке недельки на две. Ну а проклятья, болезни и остальные прелести жизни рядом с враждебно настроенным магом-целителем… Практически ничто по сравнению с той экологией, которая была в одном из крупнейших центров добычи и производства благ технократической цивилизации. Везде были свои плюсы и минусы.

Вздохнуть, вдыхая прохладный осенний воздух, передергивая плечами. Почувствовать руку Макса на плече, обернуться, посмотрев в его глаза — улыбнуться ему в ответ, прижимаясь к любимому, положить голову ему на плечо — и замереть, наслаждаясь покоем, тишиной и нежностью.

В третий день я готовилась к встрече гостей с утра. Друзья Макса, мои друзья, о которых мне рассказала мама — многие из них еще вечером связались с Максом и предупредили о том, что собираются придти. Ну как, многие… человек десять. Арнег с женой, Риана и Димрий, какая-то Гиара с мужем (Риана сказала, что это подруга из "нашей" компании, я надеялась на узнавание при встрече), кое-то, кого я не знала совсем — потому что это были друзья Макса. В общем, компания подбиралась своеобразная и очень разношерстная. Наложницы, пожелав мне удачи, убежали из дому сразу после легкого завтрака.

В ожидании гостей мы успели с Максом обсудить, что именно нам следует купить в первую очередь, пока мы в Столице, что можно будет заказать уже на месте. Макс рассказал, что договорился с моим отчимом о поставках продовольствия и товаров первой необходимости по цене, установленной Государем. В связи с тем, что большая часть запасов на севере и востоке была разграблена или уничтожена во время войны (не заберешь же с собой амбары, под завязку набитые зерном и сеном, лишь небольшую часть запасеного добра сможешь отправить в замок или крепости, да и то, если успеешь), купцы не постесняются взвинтить цены и обаготится на чужой беде. Чтобы избежать этого, Государь еще в самом начале войны издал указ, что купцы, продающие по ценам выше указанного, будут платить дополнительный налог в казну. Многие и платили, продавая втридорога. Но обычно объем таких продаж резко снижался. Да и не было у беженцев и дворян, на обеспечении которых находились армии, лишних денег. Поэтому и выгодно было купцам продавать большими партиями по определенной Государем цене. Конечно, конкретные объемы и списки будут уточнены уже после того, как Макс сможет лично оценить объем работ в поместье, но списки можно было послать и письмом. Важна была сама договоренность.