Госпожа

И вот наблюдая именно за ними, я поняла, что действительно уведенная. Их лица были не знакомы мне по тому, второму миру, но я точно их знала. Ощущение такое, как от встречи с абсолютно незнакомым человеком на улице, в чертах которого есть что-то родное, знакомое, заставляющее долго всматриваться в лицо, чтобы понять, вспомнить. Но ничего не вспоминатся. Ничего.

И гости, и мы поклонились друг другу, обменялись приветствиями. Макс пригласил моих родственников в гостиную, а я мило улыбалась Мионе, предпочитая не вспоминать о том, что произошло во дворце ради празника. Надо же, у меня целых два брата. Э нет, три. Отец обмолвился о том, что самый старший не смог вернутся из-за службы. Пусть и сводных. Стоп, а может кто-то из них мой кровный брат? Не могла же моя мама от отца родить только одну меня? Нет, надо срочно выяснять, что случилось с моей матерью, а то как-то неудобно. Как бы выяснить все потактичнее?

Тем временем разговоры о природе и погоде плавно перешли на поместья, а потом — и на войну. Отец рассказал об обороне своего имения, точнее, о поспешном бегстве его семьи, которое прикрывали солдаты и в ходе которого погибли старшие сыновья. Один из которых командовал крепостью на севере поместья, а второй остался с группой солдат, задерживая уртвар. Я внимательно следила за эмоциями и мимикой моих родственников, пытаясь понять, что они чувствуют. Отец действительно был расстроен и пытался сдержать свои переживания, а вот Миона как внешне, так и внутренне была равнодушна. Значит, это были не её дети… Вот же стерва!

— Тяжело вам пришлось, — отпив воды из стакана, поданного мне Максом, сказала я излишне задумчиво. — Бросить все нажитое, все дорогое сердцу в имении, уртварам на растерзание… Скажи, отец, а где моя матушка? Отчего она не приехала с вами?

Не дай Творец им было оставить её в имении… Не дай Творец… Я же не успокоюсь, пока не сведу со свету эту стерву… Ведь знаю себя, не прощу. Ни трусость, ни малодушие не прощу.

— Так… — отец аж опешил от такого прямого вопроса, потом сказал: — Как ты исчезла, так она и попросила меня отпустить её. Она давно хотела этого, но пока ты была на моем попечительстве, не желала тебя бросать. Ты же её единственная дочь.

Ого… Вот значит как… Кажется, я зря бог знает что подумала про него. Тем лучше для него и его жены. Осталась выяснить один вопрос и все, больше ничего от их семьи мне не надо.

— А ты не знаешь, где я могла бы найти её? — спросила я и заметила, как после этого вопроса расслабилась Миона.

Ого… Мы не хотим, чтобы я узнала подробности ухода моей матери из дома? Ну-ну… Надеюсь, там не было ничего, хуже обыкновенной ссоры.

— Скорее всего она у Канера, своего брата, что служит в Янтарном утесе, крепости на западном побережье. Или в Пар-Лине, что недалеко от крепости. Во всяком случае, она говорила о том, что собирается к брату, — абсолютно спокойно и равнодушно сказал отец, как будто его это ничуть не заботило.

Ого… а у меня есть дядюшка! Это приятная новость. Надо будет найти их. В конце концов, это была моя семья в этом мире. Жаль, что и здесь я не могла положиться на семью моего отца. Мда…

Пока я раздумывала над словами отца, в гостиную вошел Граен и, подойдя к Максу, что-то тихонько сказал ему. Тот лишь кивнул в ответ и Граен сразу удалился. Макс поднялся и сказал:

— Прошу простить меня, но нам с Анной необходимо встретить гостей.

— Да, конечно, — сказал папаня и я вышла из комнаты вместе с Максом.

Когда Граен открыл входную дверь и в неё вошли трое взрослых и одна маленькая девочка — я остолбенела.

— Мама… — тихо прошептала я, смотря на женщину в типично трайрском костюме, поверх которого была накинута длинная теплая пелерина с капюшоном.

Расстегнув пуговицу и скинув пелерину на руки Граену, она встретилась со мной взглядом и так же обмерла. На мгновение. А потом кинулась ко мне несмотря на все нормы приличия и условности. А я кинулась к ней. Её эмоции захлестнули меня с головой и если бы не объятия, я бы точно не устояла на ногах.

Да, это была моя мама. Но… Она была немного отличалась от той женщины, которую я знала в том мире. Немного другая фигура, осанка, взгляд, прическа… Он была не лучше и не хуже. Просто другой. Сестра воина, наложница дворянина, дочь моряка, жена… А ведь и правда, жена! Колечко на среднем пальце левой руки не имело оттиска, но оно было. Значит… Я посмотрела на мужчин, пришедших с мамой. Постарше и помассивнее — скорее всего дядя. О, а отчима-то я своего знаю, вот только он здесь и солиднее, и степеннее выглядит. Мужчина средних лет, уверенно смотрящий в будущее. И вряд ли смотрящий по сторонам в этом-то возрасте. Что меня вполне устраивало.

Мама наконец-то смогла выпустить меня из своих объятий и отошла к своему мужу и брату, обняла малышку, которой по виду было года три, я последовала её примеру, вернувшись к Максу. Я чувствовала, как много она хочет узнать у меня и как много хочет рассказать — но у нас еще будет время. Время, когда мужчины пойдут в кабинет Макса, обсуждать свои мужские планы. Вот только… Ладно, возможно отец и его семейство к этому времени уже уедет.

— Приветствую в моем доме, господа, — сказал Макс, поклонившись гостям. — Мое имя Максир Андерис, моя жена — Анна. Что привело вас в этот день к моему порогу?

— Пусть звезды всегда светят над этим домом и указывают путь его хозяевам, — вежливо ответил муж мамы и поклонился в ответ. — Меня зовут Алдер Корсен, это моя жена, Винда, её брат Канер Зайв и моя дочь, Мэйра. Нас уверяли в том, что пропавшая дочь Винды, Анна Байрс, недавно стала твоей женой. Мы не могли не узнать, так ли это и не придти в дом к своим родственникам во Вторник нового года. И, насколько я понял, нам сказали верно.

— Да, верно. Анна Байрс теперь моя жена. И я рад приветствовать родственников в своем доме. Пройдемте в гостиную, к остальным гостям.

— Остальным? — удивилась мама, посмотрев на мужа. — Неужели Мионе хватило наглости появиться в доме Анны после всего, что она сделала ей?

— Винда… Давай поговорим об этом потом… — сжал руку жены Алдер.

Макс кивнул, подтверждая то, что позже еще будет время все обсудить и мы вошли в гостиную.

Немая сцена по Гоголю. Макс сел в кресло, я рядом с ним на диване, мама рядом со мной, отчим рядом с ней, посадив на колени мою сестричку. Дядя сел в еще одно кресло. Мама зыркнула на Миону и погладила по голове мою сестру.

— Маг снял мое бесплодие, Миона. А ты, я вижу, избавилась не только от Наины, но и от её детей, так? Молодец, оперативно действуешь. Вижу, Валден по-прежнему ничего не понимает, да? Валден, дорогой, ты не забыл, что твоя жена — маг-целитель? Правда, использует она свои способности обычно во вред другим. Она несколько раз проклинала меня и Анну, но с этим я справлялась, благо, подруги помогали. Она сделала так, что я стала бесплодной. И это подтвердит тот маг, который снимал с меня её заклятие. Но знаешь, я все-таки хочу поблагодарить её за все. Потому что если бы не она — я вряд ли встретила Алдера и поняла, каково это: быть по-настоящему любимой, знать, как это хорошо, когда о тебе заботятся. Но моя благодарность — не мое прощение. Кстати… маг сказал, что отправил в Совет магов подробный отчет о моем случае. Как думаешь, Валден, они заинтересуются, почему на наложницу дворянина было проведено такое воздействие или нет? Хотя, конечно, им сейчас не до того будет, война и все такое…

Миона побледнела. Валден сидел с огорошенным видом, смотря то на свою жену, то на бывшую наложницу, то на Макса со мной. Я чувствовала, насколько он растерян. Мачеха накрыла его руку своей и сказала: