Структура

– Разряд!

Тело клона тряхнуло, линия на мониторе дернулась, но тут же выровнялась.

– Еще разряд!

Опять тряхнуло. Тот же результат.

– Да живи же, мать твою! - Вдруг в запале выкрикнул Каверин и, выпустив электроды из рук, стукнул ребром ладони Гордеева по груди.

Монитор вдруг пикнул, а на экране появился характерный зигзаг, показывающий, что сердце заработало. Нейрохирург схватил шприц и ловко воткнул иглу куда-то в локтевую впадину ожившего человека. Как только поршень коснулся дна, грудная клетка клона вздрогнула, делая первый вдох.

– Млять, неужели нельзя было медсестру сюда позвать, - проворчал Костя, укрепляя на руке Гордеева катетер.

– Какого… ты его с катетером не синтезировал? – Спросил я, чувствуя, что губы сами растягиваются в улыбке.

– Да ты ж орал – быстрее, быстрее, - огрызнулся нейрохирург. – Подержи его руку!

Я шагнул ближе и схватил холодную ладонь Гордеева, которая чуть дернулась и стала стремительно теплеть.

– Так держи, - приказал Каверин, вгоняя иглу в вену и закрепляя катетер пластырем. – Все, отпускай, - добавил он, воткнув в него пластиковую трубку от системы. – Молитесь теперь! Рокулиса бы сюда с медсестрой…

– Анцис, труп укати в подсобку, - попросил я. – И накрой установку чехлом. А я за Рокулисом схожу…

– О, очнулся, - воскликнул Костя и расплылся в улыбке. – Ай да Каверин, ай да сукин сын!

Я подошел ближе и встретился взглядом с Димой, который постепенно осознавал свое местонахождение. Несколько секунд он просто смотрел по сторонам, а потом чуть двинул шеей и попытался что-то сказать. Каверин осторожно снял с него дыхательную маску.

– С возвращением, дружище, - проговорил я, прикоснувшись к его руке.

– Хр… Где я? – Тихо просипел Гордеев.

– Еще пока на этом свете, - бодро сострил Каверин, беря со стола шило. – Сейчас я тебя колоть буду, а ты говори, чувствуешь или нет, хорошо?

– Хорошо, - тихо пробормотал Дима, моргнув. Повернув шею, он снова оглядел помещение, потом посмотрел на меня. И вдруг спросил, – Я – клон?

Не в силах ничего сказать, я просто кивнул.

– Что… с прототипом?

– Три пули. Оба легких и позвоночник. Умер шестнадцать часов назад.

– Колю в левую стопу, - предупредил Каверин.

– Чувствую, - поморщился Гордеев. – Подожди, Костя… Петь, это Артем… Он был любовником Ольги… Он в меня стрелял, чтоб бабки из сейфа забрать… А перед этим охрану застрелил из пэ-бэ…

– Я понял уже, - кивнул я, похлопав его по руке. – Давай-ка быстрее приходи в себя. У нас с тобой дел по горло.

– Сергей за меня? – прошептал он.

– Да.

– Артем ушел?

– Да, - повторил я.

– Скажи Сергею, чтоб Артема не искал, - Дима попытался сглотнуть, и я подал ему стакан воды, который Анцис только что наполнил в кулере. Приподняв голову, дал напиться. Отдышавшись, Гордеев продолжил. – А то дров наломает... Он… далеко не уйдет.

– Это я и сам понял… Все, отдыхай, - я вздохнул, почувствовав, как с моих плеч упала гора. – Сейчас Рокулис тобой займется.

Глава тридцать седьмая. Саня «Крот». Охота за «Янтарем».

– Здесь стань, носом к подворотне, - приказал Саня, беря в руки маленький «Сваровский» со стабилизацией изображения. Он давно мечтал о таком бинокле. Лет десять назад, когда он только начинал службу в спецназе, ему как-то попался на базе один журнальчик с рекламой вот такого. А теперь мечта осуществилась.

Небольшой, неприметный «форд» притормозил и остановился. Водитель, молодой парень по имени Толик двигатель не глушил, как и было велено. Солярки не жалко, а вот если надо будет быстро уезжать, можно потерять секунды. А в их деле секунды – это очень много. Иная пуля за секунду пролетает почти километр.

– Тот дом? – Спросил Бигль с заднего сидения, показывая на монументальную серую громадину сталинской постройки.

– Да. Смотри свой сектор, - велел Крот. Леша с позывным «Бигль» числился стажером, и Крот не ленился ему об этом напоминать. Ибо как только боец решает, что он уже крут и учеба закончилась, вероятность получения пули возрастает многократно. Она итак немаленькая, а уж когда начинаются ошибки…

– Смотрю, - вздохнул Алексей, развернув голову в свою сторону. – Нет тут никого. Пустота и тишина.

Саня внимательно осмотрел дом, потом каждое окно отдельно, а затем тщательно исследовал припаркованную машину с логотипом охранной фирмы, камеры наблюдения, подъезды и подходы к дому. А потом начал сначала. Тишина, нарушаемая лишь негромким стуком дизеля немного давила на нервы. Октябрьский вечер, только начинает темнеть. Сегодня холодно, температура чуть ниже нуля. Ветер с моря приносит крупинки снега, кидая их на стекло. Фонари пока не горят, но для наблюдения света пока хватает. В сером доме уже зажглись некоторые окна. Прохожих нет совсем, лишь редкая машина проезжает по улице у них за спиной.

– Глуши движок, - наконец приказал Саня, не обнаружив ничего подозрительного. Толик послушно повернул ключ и машина заглохла.

– Замерзнем мы так, - констатировал очевидное Бигль. – И окна запотеют.

– Нехрен бухать было вчера, - усмехнулся Крот. – Не переживай, машина правильная, тут все приспособлено.