Страница 12 из 24
В шестнадцать-тридцать они были в Барсумском полицейском управлении. Познакомились с местными стражами порядка, показали удостоверения. «Агент Морган, агент Рассел, Космическая Секретная Служба». Получили добро на вскрытие тела дежурившего прошлой ночью в морге доктора Эйсвана и пошли в барсумское патологоанатомическое отделение.
Рассел, облачённая в светло-зелёный медицинский халат и такую же шапочку, натянула на руки латексные перчатки и надела маску. Морган с невинным видом наблюдал за ней.
На прозекторском столе лежал вынутый из холодильной камеры труп мужчины средних лет. Морган подошёл, откинул простынь, закрывающую тело. Ему достаточно было беглого взгляда, чтобы оценить ситуацию. Да, не ошибся, так и есть. Морган покосился на Рассел. Наклонившись, она оглядывала два небольших отверстия на шее трупа. Спокойно, серьёзно. «Ничё. Щас ты у меня запрыгаешь».
Прежде с подобным явлением Рассел сталкиваться не приходилось. Белое обескровленное тело неподвижно лежало на столе, вытянув белые мёртвые руки. Рассел осторожно приподняла веко, посмотрела.
— Как странно, Морган, — изрекла после секундного раздумья, — роговица не помутнела, а между тем смерть наступила семнадцать часов назад.
«Странно, Рассел? Ничего, это только цветочки».
Рассел приподняла руку трупа, отпустила. Она мягко, словно нехотя, легла обратно на стол.
— Тело сохранило мягкость, — удивлённо констатировала она, — окоченения нет. И трупных пятен тоже нет.
Морган с неприкаянным видом жевал жвачку, изображая ничего не смыслящего в этом деле. Рассел снова приподняла руку трупа, рассматривая сетку голубых вен, чётко выделяющихся на белой коже.
— Смерть наступила в результате обескровливания, это ясно, — сказала она, в задумчивости покусывая нижнюю губу, — но вены сплющены. Будто кровь не сама вытекла, а её выкачали!
«Восхитительная сообразительность! – подумал Морган, — я всего полдня объясняю, а она уже поняла!»
— Я вскрываю брюшную полость, — сообщила Рассел. Морган отвернулся к окну.
Рассел взяла скальпель, склонилась над телом.… Визг, последовавший секунду спустя, заставил Моргана, хоть он и был готов и ждал, подскочить на месте.
Он обернулся. Отпрыгнув от стола на метр и выронив скальпель, Рассел с ужасом смотрела на труп, который должна была препарировать. Губы у неё тряслись. Глаза покойника были открыты и устремлены на неё.
Моргана невольно передёрнуло. Он помнил и сразу узнал этот взгляд. Их взгляд.
— Что, Рассел? – спросил он с деланным сочувствием и непонимающе поднял бровь.
— Он с-схватил меня за р-руку… — слова давались Рассел с трудом, - в-вот так в-взял и схватил меня за руку! Я только дотронулась до него скальпелем, а он с-с-схватил…
— Ерунда, рефлексы! - ответил, ликуя в душе, Морган. – Как доктор, ты должна знать.
Он наклонился, поднял с пола скальпель и протянул его напарнице.
— Продолжай.
— Морган! – взвизгнула Рассел. – Это не рефлексы! Рука не просто дёрнулась, она схватила мою! Погляди на него, Морган, ты что, слепой, не видишь, что ли? Он же смотрит на нас!
— Да ну? – напарник подошёл к столу. – Правда, что ли, смотрит? А чё он смотрит, Рассел? Он же мёртвый! Эй, чувак, чё пялишься? Ты ж сдох! – он наклонился и потряс растопыренной пятернёй перед лицом мертвеца.
И совершенно напрасно. Потому что белые руки резко поднялись вверх и вцепились агенту в горло.
— Езус-Мария-двенадцать апостолов! – заорал Морган, извернулся, вытащил из кармана маленькое деревянное распятие и сунул под нос мертвеца.
Труп зарычал, заскрипел зубами, но хватка его тут же ослабла, руки опустились на стол, глаза закрылись. Он замер неподвижно, как и положено пролежавшему полсуток в холодильнике трупу.
— Морган! Он живой! – выдохнула Рассел.
— Живой? – разозлился напарник. – Сердце не бьётся, крови в теле нет, только что из криокамеры, где температура плюс один градус, и где он провёл несколько часов – и живой? Ты что, Рассел, спятила тут на месте? Глаза-то разуй! Перед тобой новорожденный вампир! И он не прокусил мне глотку только потому, что слаб, не отоспался, до захода солнца ещё четыре часа!
— Это ты, Морган, спятил! Человек чудом остался жив, я не знаю, как жизнь поддерживается в его теле, но он жив! Нужно переливание крови. Мы его спасём.
— Рассел, кто ж тебе мешает? – рассмеялся напарник. — Останься с ним на ночь, и он быстренько перельёт в себя твою кровью. И ему капельная система даже не понадобится.
Рассел дрожащей рукой залезла в карман халата, достала сигареты и закурила, не заботясь о том, что находится в прозекторской комнате. Морган дождался, пока она выкурит половинку и немного успокоится. Потом взял её за руку и подвёл к трупу.
— Смотри сюда, — приподнял верхнюю губу мертвеца, обнажив сбоку длинный острый клинообразный клык. — Видела когда-нибудь такие зубы у людей? А такой безумной яростью налитые глаза? Почему он на меня кинулся, Рассел, ведь по логике, он нуждается в помощи, он слаб, он обескровлен. Откуда такая агрессия? И почему его так быстро угомонил простой осиновый крестик? Ну же, Рассел, давай работать. Через несколько часов он проснётся, полный сил и голодный. И по городу, как минимум, бродит парочка ещё таких. И с каждой ночью их число будет увеличиваться.
Я буду объяснять на понятном для тебя языке. Мы имеем дело с неизученной формой вируса, который передаётся со слюной. Последствия необратимы. Заражённые неизлечимы. Мы должны найти заражённых – носителей вируса - и уничтожить их. Это уже не люди. Барсум взять в карантин.
Рассел, очнись! - повысил он голос. - В зомбяков в детстве играла? Вспоминай!
— Хорошо, Морган, — она сжала ладонями виски, словно приводя в порядок мысли, - я ничего не понимаю, не могу поверить в увиденное, но тебе верю. За тобой опыт и репутация, и ничего другого мне не остаётся, я одна это дело не вытяну.
— Кто б сомневался! – фыркнул напарник. – Значит, так, этого немедленно кремировать, займись. А я введу в курс дела местную полицию. До наступления темноты времени осталось немного, а работы полно.
— Морган, — взгляд Рассел выражал полнейшую беспомощность, — если ты ошибся, и мы сожжём живого человека…
Морган положил руки ей на плечи, притянул к себе и легонько, по-дружески встряхнул.
— Я не ошибся, Рассел. Нет у меня права на такую ошибку. Давай. При кремации присутствуй лично, не вздумай свалить на кого. Если он удерёт, проблем не оберёмся.
И пошёл к шерифу, а напарница, выкурив ещё сигарету, позвала двух санитаров и повезла живой труп в крематорий.
Кремация прошла спокойно. Задвинули лоток в печь и закрыли дверь. Только Рассел всё чудилось, что она слышит в шуме пламени яростный звериный вой. Нервы совсем расшалились, и сигареты уже не помогали. Хорошо, что взяла с собой ещё одну пачку про запас.
Отчёт по обнаружению в теле покойного новой, неизученной формы вируса она вымучивала чуть ли не час. Надо же было как-то объяснять родственникам бедного доктора, почему кремировали тело, не дав даже попрощаться. Составив необходимые документы, Рассел присоединилась к Моргану, шерифу и остальным полицейским города.
Жителям Барсума в качестве защиты рекомендовали навесить на окна и двери связки чеснока, нарисовать кресты белой краской. Городской священник по местной радиостанции спокойно, без религиозной патетики рассказывал о вампирах, как о порождениях зла, и призывал горожан быть бдительными, заботиться о себе и о близких. Полицейские уже начали собирать волонтёров и прочёсывали подвалы и чердаки зданий, гаражи и подсобки, надеясь найти тех двоих, сбежавших.
Когда Рассел вернулась, шериф докладывал по телефону обстановку:
- Горожане восприняли спокойно, без насмешек и лишних вопросов. Было несколько звонков в полицейское управление, дежурные диспетчеры разъясняли ситуацию. Всё под контролем. Да. Стараемся. Конечно, это же наша работа. До связи, господин мэр.
— Мэ-э-э-эр? – удивлённо проблеял Морган. – Что говорит?
— Говорит, удивлён спокойствию горожан. Я, честно говоря, ждал массовой истерики, — признался шериф, — не думал, что они так адекватно отреагируют.
— Это ваше личное обаяние, — улыбнулся агент, — а, вот и наша Рассел, — он плюхнулся на стул и похлопал себя по коленкам, — садись.
Напарница только плечом дёрнула.
— Ну, как дела? – поинтересовался Морган. – Вампира сожгла? Не укусил он тебя? Нет? Ну, и славно. Тогда давай поедим, и будем собираться на ночную охоту. Рассел, ты слышишь меня?
Она стояла у окна, и часто-часто моргала, пытаясь подушечкой пальца убрать из уголка глаза попавшую туда соринку.
— Погоди, Морган…
— Дай помогу, — напарник встал и подошёл к ней, — к свету повернись, — взял кончиками пальцев Рассел за подбородок, — вверх смотри, — и близко наклонился к её лицу, вглядываясь в покрасневший глаз.
Рассел почувствовала, что на её лицо набегает румянец, от чего ещё больше смутилась. А Морган, будто не замечая краски на её щеках, осторожно убрал уголком носового платка то, что мешало ей смотреть.
— Ресничка, — он показал Рассел платок.
— Спасибо, Морган, — вздохнула Рассел, — мелочь такая, пустяк, а столько неудобств…
— Я тебя спас! – довольно ухмыльнулся напарник. – Должна будешь!
- Отдам с первой пенсии! - уверила она.
«Какая она хорошенькая, когда краснеет. Вот уж не думал, подполковник с «Каллисто», а краснеет».
— Давайте поужинаем, — встрял шериф, — и приступим к патрулированию. Агент Рассел, вы не против работать со мной в паре? - предложил он.
Морган удивлённо приподнял бровь.
— Я думаю, вам, как более осведомлённым в этой области, лучше разделиться… И взять с собой менее осведомлённых, — пояснил шериф, стараясь скрыть смущение.
— А-а, — протянул Морган, — ну, да… так толковее. Мне тогда в пару дайте вашего помощника, этого долговязого, который всё смотрел на меня, как на идиота. Я ему покажу кусочек Балтийского моря!
— Я не против работать с вами, шериф, — ответила Рассел.
Барсумский начальник полиции ей сразу понравился. Сведения принял спокойно, без скептической иронии, без констатации факта, что в КСС служат одни психи, действовал оперативно, лишней демагогии не разводил. Профессионалов она любила.
— Тогда поехали ужинать, – предложил шериф, - я вас отвезу в одно местечко, там готовят такую говядину!
— Во! – оживился Морган. – Поехали, а то у меня скоро голодный обморок будет.
— У тебя каждые три часа угроза голодного обморока, — пробухтела ему в спину Рассел.
— Что? Не расслышал, — напарник обернулся.
— Ничего. Пошли давай, — сказала Рассел, закуривая очередную сигарету.
— Погоди-ка, — Морган расстегнул ворот своего комбинезона, снял что-то с шеи и вложил ей в руку, — надень это на себя.
Рассел посмотрела. На ладони лежал золотой крестик на цепочке, довольно большой, очень красивый. Иисус на распятии был сработан с ювелирной точностью, даже можно было разглядеть крошечные шляпки гвоздей в ладонях.
— Нет, Морган, — она покачала головой, — я не могу принять такой дорогой подарок.
— Ерунда, — улыбнулся он, — ты же давала мне на пиво. Давай, не смущайся, Рассел. Это ничего не значит, даже не значит, что мы помолвлены. Это просто средство защиты. Надевай.
Видя, что она колеблется, сам взял из её руки цепочку и застегнул на её шее. Рассел на миг почувствовала тепло его рук, и внутри болезненно сжалось. До сих пор она абстрактно представляла, с какой опасностью придётся столкнуться.
«Это спасёт тебе жизнь». Золотой крестик на цепочке более эффективен, чем лазерный пистолет?
Память услужливо швырнула в прошлую даль. Маленькие золотые серёжки-дракончики на широкой мужской ладони. Китайский акцент в голосе: «Дракон – знак мудрости и силы, высший символ среди двенадцати. Он будет оберегать тебя».
— Спасибо, Морган, — сказала Рассел, давя в себе невольный вздох, и заправила цепочку под одежду.
Четыре часа утра. Скоро начнёт светать. Рассел закрыла окно машины. Утренняя сырость наползала на город. Преимущественно красная марсианская растительность в предрассветных сумерках казалась чёрной.
Кошмар, как они тут живут? Лилово-красный небосвод, отвратительный цвет, похожий на цвет свежеочищенной свёклы. И растения, все оттенки красного, начиная от бледно-розового и заканчивая тёмно-бурым. Глядя днём из окна полицейского управления на обилие вокруг самой разной красной травы, на колеблющийся розоватый воздух, её на секунду охватило клаустрофобическое удушье.
Неудивительно, что здесь завелись вампиры. В этом царстве кровавых красок ещё и не то могло завестись. А ведь многих сюда тянет. Именно на Марсе расположены знаменитые горячие сернистые источники, и люди со всей Солнечной системы съезжаются сюда в поисках здоровья и обновления. Интересно, вода в этих источниках тоже красная?
Как холодно. Рассел зябко передёрнула плечами. Они с шерифом всю ночь ездят по улицам Барсума и всё бестолку. Напуганные жители сидят по домам. Один раз навстречу попался человек, бросившийся под колёса машины, шериф едва успел затормозить, но это был не вампир, а просто пьяный гуляка.
Дважды связывались с Морганом. Они ещё в восемь часов вечера нашли в гараже два обескровленных тела. Но это были не те, что сбежали из морга, а молодая пара, девушка и юноша лет семнадцати, видимо, собирались прокатиться прошлой ночью. Они были уже на грани пробуждения.
Морган с напарником заперли гараж и подожгли… Что за дерьмо задание это, весь этот Марс, и весь этот мир…
В два часа ночи поймали на улице вампира и убили его. Отрезали голову, как в безумном языческом ритуале. Часом спустя помощник священника убил ещё одного. Значит, всего за ночь четверо. Но тех двоих, сбежавших из морга, не нашли. И, судя по всему, уже и не найдут за эту ночь.
Морган считает, что их гораздо больше. И кто-то организовывает их, направляет, руководит. Так называемые социально-неблагополучные люди и те, кто попросту проигнорировал призывы полиции, легко могли стать их жертвами. Рассел не отпускало чувство, что она смотрит дурацкий старый фильм с бледными лицами крупным планом, жёлтой луной над крышей старого дома, реками крови и визжащими женщинами. Настолько нелепо, дико казалось всё, что происходило здесь, на Барсуме. Чёрт, как же холодно.
— Замёрзли, Джордан? – шериф остановил машину, снял с себя плотную, непродуваемую куртку и накинул Рассел на плечи.
— Спасибо, Джейкоб, — она сунула руки в широкие рукава, тёплые от его тела.
— А у меня чай есть в термосе, хотите? – предложил шериф. – Совсем забыл о нём.
— О, как кстати, конечно, хочу! – обрадовалась Рассел.
С шерифом было легко и непринуждённо. Быстро стали называть друг друга по имени, и о чём только не говорили этой ночью. Есть же люди, с ними легко сходишься, свободно себя чувствуешь. С Морганом ни за что бы так не поговорить. Вот был бы шериф Барсума напарником Рассел! И не возникло бы между ними таких натянутых отношений, как с Морганом.
Рассел потрогала его крестик. Боится за её жизнь. Хоть это радует. В беде, во всяком случае, не бросит.
Шериф подал ей пластмассовую кружку с горячим чаем, и Рассел, обжигаясь, осторожно делала маленькие глотки. Чай не придавал бодрости, наоборот, расслаблял, захотелось спать, и она печально отметила, насколько слабее стала за последнее время. Работоспособность снижается, утомляемость возрастает…
— Поспать вам надо, — сказал внимательно наблюдающий за ней шериф.
— Да ничего, я в порядке, — вяло отмахнулась она.
— Поспите, — он взял у неё пустую кружку, — если что, я же вас разбужу.
Рассел благодарно кивнула:
— Я недолго. Минут двадцать.
Подняла воротник куртки, поплотнее завернулась в неё, удобно откинулась на сиденье и закрыла глаза. Но едва сон приблизился к её изголовью, как тут же бежал, спугнутый тем же голосом. В этот раз он звучал ещё реальнее, ещё настойчивее звал к себе. «Где ты, Джордан? Иди ко мне! Я жду тебя!»
Холодное прикосновение чьей-то руки к её щеке, парализующий волю шёпот: « Я люблю тебя. Иди ко мне». Голос зовёт, властно влечёт, но она находит силы воспротивиться.
Что-то обрывочное... Холод чужой руки на щеке, чужие холодные губы касаются её уха. Страстный, отчаянный призыв: «Джордан!»
Волна тепла от золотого крестика разливается по груди. И спасительный крик ужаса вырывается из её горла, возвращая в реальный мир.
— Джордан?! – встревоженный голос шерифа.
Она открыла глаза, сжала пульсирующие болью виски.
— Я кричала во сне? Извините…
Он близко наклоняется к ней, берёт за руки. В глазах участие и тревога.
— Кошмар приснился? Ничего… При вашей-то нервной работе… один сегодняшний день чего стоит!
«Вот именно! У меня нервная работа. А Морган говорит: «Мундир позоришь». Но вслух она сказала совсем другое:
— Вы такой славный, Джейкоб, — и нежно провела рукой по щеке шерифа.
«Ты что делаешь, Рассел? Ты же на работе!»
— Вы тоже мне очень нравитесь, Джордан, — сознался шериф, опуская глаза и краснея, как мальчик.
Проехали ещё несколько улиц, вглядываясь в редеющий предрассветный сумрак. Ничего не обнаружили, и в восьмом часу утра шериф привёз Рассел в гостиницу.
Там она была неприятно удивлена, обнаружив, что комнаты их номера смежные, и даже не дверью отделены друг от друга, а аркой. Это обстоятельство так разозлило Рассел, что несмотря на усталость, она пошла, разыскала администратора и выразила своё возмущение.
Администратор – полная дама, немногим старше Рассел, изумлённо оглядела секретного агента, не понимая, чего же та от неё хочет.
— Мэм, Барсум готовится к музыкальному фестивалю, и свободных номеров в гостинице нет, — пояснила она, — а другой отель города на ремонте.
— Но поймите! – вспылила Рассел. – Нам нужны раздельные комнаты! Мы с Морганом напарники, а не любовники!
Администратор, казалось, была удивлена сим фактом.
— Как вы старомодны, — вздохнула она, поправляя лёгкий шарф на пышной груди, — агент Морган такой душка!
Рассел только застонала. И хотела было уже идти к себе, несолоно хлебавши, как из дверей гостиничного кафе выплыла та самая душка с тарелкой хот-догов в руках.
— О! Здрасьте! – заявила, расплываясь в улыбке, душка. – Как ваше дежурство?
— Пусто! – ответила Рассел. – Морган, ты видел наш номер?
— Номер, как номер, — напарник пожал плечами, — а шериф что, уехал уже?
Но шериф ещё не уехал, а стоял у входа, разговаривал по телефону. Агенты КСС вышли к нему, чтобы договориться о работе на предстоящий день. Решили немного поспать-отдохнуть и собраться в полицейском участке. Новые патрули уже заступили на дневную смену.
— Всё ясно, — Морган протянул шерифу руку, — до свиданья, шериф. Я пошёл, а то мои хвост-доги остынут.
— До свидания, агент Морган. До свидания, Джордан, — улыбнулся шериф Рассел.
— До свидания, Джейкоб, — она улыбнулась в ответ и пошла за напарником.
— Скоро на «ты» перейдёте? — поинтересовался, не оборачиваясь, Морган. – Обаяние красавицы агента не смогло оставить равнодушным барсумского шерифа?
Рассел остановилась, изумлённо вытаращилась в спину напарнику и расхохоталась:
— Морган, ты что, ревнуешь, что ли? Я польщена! – и продолжая смеяться, обогнала его и побежала наверх.
— Хи-хи-хи! – передразнил он. – Да щас, бросил все и начал тебя к шерифу ревновать!
Спала Рассел отвратительно. Это полусон был, полуявь. Тот же голос настойчиво звал её к себе, она видела обрывочные фрагменты какого-то печального образа, и, не смотря на то, что комнатный термометр показывал плюс двадцать шесть градусов, ей было очень холодно.
Когда она пробудилась от кошмара, часы показывали половину третьего. Со вздохом сползла с постели, затылок ныл, будто стиснутый ледяной рукой. Зябко ёжась, поскорее оделась. Этот голос… Словно она слышала его где-то, словно он говорил с ней когда-то…
Рассел взяла расчёску, причесалась. Узкая прядка волос запуталась о морганову цепочку. Она сняла цепочку с шеи, высвободила волосы. Поднесла крестик к глазам, рассматривая внимательно. Очень красивая работа. На обратной стороне вставлен маленький серо-коричневый камешек без огранки, совершенно непритязательный на вид.
Рассел прошла из своей комнаты в соседнюю. Морган не спал. Стоял у окна, заложив за спину руки, и смотрел на город. Услышав её шаги, спросил:
— Выспалась?
— Что это за камень? – она протянула ему крестик.
— Частичка горы Голгофа.
— Ого! – поразилась она. – Двойная мощная защита?
— Вот-вот, — согласно кивнул Морган, — надень обратно и больше не снимай. Видела, какая сегодня погода?
Рассел выглянула в окно. Туман затянул город. Пока ещё редкий, предметы не просматривались только с далёкого расстояния, но к вечеру мог сгуститься настолько, что рассмотреть что-то вблизи будет невозможно.
— В их пользу погодка, — мрачно констатировал напарник.
— Морган… — Рассел застегнула цепочку на шее, — скажи, у тебя бывают ощущения дежа вю?
— Конечно, — серьёзно кивнул он, — всякий раз, как я делаю уборку.
Рассел вздохнула и пошла в ванную.
— Обедать вниз пойдём? – крикнул ей вслед напарник. – Или сюда закажем? Что ты будешь есть?
Рассел выглянула из ванной.
— Ты извини, Морган… Но меня шериф пригласил пообедать.
Напарник длинно и протяжно присвистнул:
— О-о! А на свадьбу меня позовёшь?
Рассел сумела выжать из себя улыбку:
— Да уж, не забуду.
«Да хоть зацелуйся со своим шерифом,» — равнодушно подумал Морган и пошёл вниз.
А Рассел никак не могла выбросить из памяти тот голос. Снова и снова в её сознании звучал призыв, печальный, нежный, но требовательный. И вдруг с безупречной ясностью она поняла, откуда он шёл, и куда нужно пойти ей, чтобы увидеть того, кто зовёт её так настойчиво. Но на всякий случай не мешало бы спросить кого-нибудь знающего. Но не Моргана, это было ясно.
И она спросила шерифа. Они сидели в маленьком кафе напротив гостиницы и ели очень вкусный салат из крабов.
— Скажите, Джейкоб, — как бы между прочим, поинтересовалась Рассел, — к северу от Барсума есть что-то вроде тоннелей метрополитена?
— Да, — кивнул шериф, — подземные улицы, которые строили пять веков назад, когда не было таких как сейчас, мощных установок искусственной атмосферы. Первые колонии жили в подземном городе. Потом уже, когда создали мощные атмосферные агрегаты, люди переселились наверх, и подземный город потерял свою нужность. Всё, что представляло ценность, было перенесено наверх, и нижний город почти полностью засыпали землёй. За исключением нескольких улиц, входы в которых уже и сами обрушились с течением времени, и никому не придёт в голову пойти туда… Никому, кроме преступников и… вампиров, тут вы правы! Необходимо осмотреть тоннели.
— Вот пообедаем, и прямо сразу же приступим, — кивнула Рассел, которая и думать забыла о вампирах, а занята была исключительно решением своих больных вопросов.
После обеда она заявила, что идёт за напарником, и шериф поехал в полицейское управление собирать своих. А за напарником Рассел не пошла, а села в стоявшую у гостиницы патрульную машину, набрала на пульте программу езды в тумане и поехала на северную окраину города. Впереди туман, неизвестность, и так же туманна и неизвестна была новая страничка её судьбы.
В следующей главе читатель познакомится с хозяином спецагента Рассел, и вышеозначенный спецагент с ним тоже познакомится. Гораздо ближе, чем поначалу предполагал.