Страница 186 из 192
«Опять выжил, - билось в голове Харальда. – Опять!» После его возвращения в монастырь, был сформирован новый Дракон Чатра. Тридцать монахов, вошедшие в состав отряда, так и не успели в достаточной мере освоить новые навыки. В первом же бою все члены Дракона погибли, а он – выжил. Единственный. Опять. Да, монахи воскреснут, но вновь зацветут Лотосы Откровения, вновь будет сформирован Дракон и опять ему, Харальду, вести их в бой и смотреть как гибнут друзья… Кто следующий?
Сзади в шею ткнулось что-то мягкое и тёплое. Обернувшись варвар увидел марала и нежно потрепал верного скакуна по шее. Оказалось, что они подошли вплотную к кругу магов, которые обеспечивали защиту войска от вражеских заклинаний. Волшебники сидели на земле, в медитативных позах и столько было спокойствия на их лицах, что Харальд неожиданно захотел к ним присоединиться. Он очень долго не молился, а для чатра это непозволительно! Возможно обращение к высшим сущностям успокоит метущуюся душу и даст ответы?
На Харальда снизошло божественное умиротворение, и он поделился этой силой с магами ордена. А почему бы и нет? Ведь её было очень много.
***
Больше половины армии он погубил, но кто же знал, что проклятые монахи атакуют кавалерией не в обход, а с вершины холма! Демы всегда были сумасшедшими, но после возрождения богов стали более осторожно... только не эти.
Воевода с ненавистью взглянул на реку, ставшую могилой для тысяч отличных воинов. Ксаверий изрядно сэкономит на жалованье, хотя это вряд ли обрадует барона. Сергей Инок теперь встанет на том берегу, и будь он, Борис Корибут-Гуровский, проклят во веки веков, если удастся снова погнать армию через козью переправу на вражеские копья… да и гнать-то особо некого. Даже когда осядет песок (через час, два или полдня?), теперь численное преимущество у Серого Мисаля. Одно хорошо – через Руцу никому не перебраться, так что можно отдохнуть и зализать свои раны.
Демам, пусть они одержали верх, тоже изрядно досталось. Мисальдер бросил в бой все свои лучшие полки. Они справились, но рано или поздно даже элитные воины устают… Как бы то ни было, брод непроходим. У Сергея выбор небогатый – стоять здесь или отойти к Ринице. А дальше что? Подкреплений епископ не получит, а вот к ним вполне могут подойти свежие полки. Наверняка барон Ксаверий что-то придумает, найдёт какую-то лазейку и окажет помощь своим вассалам. Мисальдер обязан догадаться о подобном развитии событий и значит… Значит он останется здесь, а как только осядет песок, попробует развить успех и перейдёт брод.
От размышлений воеводу отвлекла странная суета и вопли в тылу. Кричали по-разному. Одни громко и слаженно, хотя что именно, было не понять, другие – зло и растерянно. Что там у них произошло, проклятье на их головы? Неужели какой-то дурак погнал к переправе стадо коз? Нашёл время! Хотя свежее мясо сегодня – это то, что нужно, чтобы поднять настроение. Мясо и пиво. По кварте на человека, как раз. Не слишком много, чтобы забыть о том, что враг рядом, но достаточно, чтобы вернуть уверенность. Шум в тылу нарастал и приближался. Нет, это не стадо, но что тогда?! От необходимости посылать нарочного Бориса Гуровского избавил всадник на обозной лошади, заоравший: «Снова! Ночные!».
Сергей Инок решил закрепить успех и бросил в бой цветочных головорезов. Поняв, кто перед ним, воевода смог рассмотреть нападающих: лохматые низкорослые лошадки, лёгкие кожаные доспехи, дикарские причёски из десятка косичек. Значит, всё-таки тулаки! Вот уж некстати! Кончено, эту свору не так уж и трудно отбросить, но то, что они успели сотворить с обозами, представить тошно. Полководец вполголоса выругался, сообщив своему коню все, что он думает о тулаках, мисальдере и его подданных, а также об их родственных связях с козами, быками и прочими копытными, и приказал развернуться лицом к новому врагу. Усталая и раздосадованная поражением пехота выстраивалась для отражения конной атаки, но степняки заявились не воевать, а танцевать.
Выжав все, что можно, из неожиданности, смяв и порубив растерявшихся и зазевавшихся лёгких стрелков, и обозников, тулаки отошли, но недалеко. Пользуясь каждым пригорком или рощицей, они носились вдоль позиций бунтовщиков, умудряясь гадить именно там, где их в данный момент ожидали меньше всего. Лёгкие, свежие лошади с удовольствием перепрыгивали опрокинутые возы и трупы своих же товарок, всадники, крича что-то оскорбительное, бросали дротики, швырялись зажжёнными факелами, стреляли из тугих луков и арбалетов, не преступая какую-то им одним ведомую черту.
- У нас проблемы, - к воеводе подошла архимаг, член Королевской Ассамблеи Магов Инурака Маричка из Травины.
- Я вижу, - не отрывая взгляд от тулаков, ответил воевода. – Госпожа Маричка, а разве вы не должны быть сейчас со своими коллегами?
Женщина тяжело вздохнула и неохотно произнесла:
- К сожалению, от меня сейчас мало зависит.
- Что произошло? – Воевода оторвал взгляд от лёгкой вражеской кавалерии и с тревогой посмотрел на волшебницу.
- У демов хорошие маги. Мы долго с ними боролись, но недавно их заклинания стали в разы мощнее. По ощущениям, они приволокли Краеугольный Камень замка и черпают энергию прямо из него либо им помогает кто-то из богов.
- От этих проклятых монахов всего можно ожидать, только я скорее поверю в то что они оставили свою обитель беззащитной, чем в помощь богов демам. Лучше скажите, сколько у нас времени?
- Час, максимум, два – больше мы не продержимся. Борис, я могла бы поставить портал и увести несколько человек, - вкрадчиво закончила волшебница.
Воевода с ненавистью посмотрел на резвящихся степняков – он понял план мисальдера. Сергей хочет заставить его отступить, чтобы спокойно перейти через брод. Однако с тулаками на хвосте, в скором времени, организованное отступление превратится в бегство! А если все это блеф? Если никакого Краеугольного Камня у демов нет, и магическая активность спадёт через полчаса? Глядя на вражескую кавалерию, Борис Гуровский думал…