Страница 77 из 191
Фрейлины покосились на принцессу и дружно ахнули, когда из открытой коробочки заблестели бриллианты. Беллона достала браслет и приложила его к руке. Очередное украшение стоило целое состояние. Девушка не надела его и положила обратно. Не принять подарок было крайне некрасиво, а принять было бы ещё хуже. Наследник Гейтс ин Лива тратит такие суммы, думая, что все эти драгоценности, в конце концов, присоединятся к его фамильной сокровищнице, но этому не суждено было осуществиться.
- От одной вежливости, такие сюрпризы не делают, – сухо заметила Аделина и уткнулась обратно в вышивку, неестественно сильно сосредоточившись на очередном стежке. Принцесса хотела возразить, но поднялась и вышла вслед за Яной.
На выходе из восточного крыла Беллона столкнулась с виконтом Тревором.
- Белл…- слегка поклонился он. – Я как раз шёл к тебе.
- Извини, у меня нет времени.
- Что-то срочное?
- Понятия не имею, меня вызвал к себе отец. – Девушка, не оборачиваясь, прошла дальше, не удостоив своего бывшего друга даже взглядом. В растерянности, он простоял на месте ещё с минуту, а потом ушёл обратно.
Дверь кабинета короля открылась и в него шагнула его дочь.
- Папа, ты хотел меня видеть?
- Да, присаживайся, пожалуйста. – Робин Третий хмуро уставился в стол, на котором в беспорядке лежали бумаги. Но было видно, что он смотрит не на них, а просто в пространство. – Дочка, мне не хочется вспоминать тот случай, но ты не хуже меня помнишь, при каких обстоятельствах я вызывал тебя сюда последний раз…
- Я помню…- у Беллоны перехватило дыхание. К чему он клонит? Последний раз он требовал от неё признания в том, что у неё роман с Дереком. Тогда это закончилось большой трагедией для многих, но, главным образом, для неё.
- Так вот, мне не хотелось бы думать, что ситуация повторяется, и у тебя есть от меня какие-то тайны, подобные той, которая могла привести к необратимым последствиям.
- Откуда у тебя такие мысли? – сумев побороть дрожь в голосе, спросила принцесса. – У меня больше нет от тебя секретов.
Мужчина поднялся и встал за спиной дочери, опершись обеими руками о спинку кресла, на котором она сидела. Беллона, как никогда, почувствовала, что этот человек король, он несёт огромную ответственность не только за свою семью, но и за своих подданных, поэтому каждая проблема давалась ему нелегко. За столько лет правления он ужасно устал везде искать правду, уметь принимать правильные решения.
- Что пишет наш дорогой принц? – резко переменив тему, ошарашил он вопросом.
- Ничего важного…- запинаясь, произнесла принцесса. Она немного запуталась, не понимая, что от неё хочет монарх. – Интересуется моим здоровьем, спрашивает…
- Когда ты вернёшься? – закончил за неё Робин Третий.
- Да, – потупилась девушка.
- Признаться, я и сам уже не раз задавал себе этот вопрос. Он меня безумно волнует.
- Папа…
- Нет, прошу тебя, дослушай; ты должна была вернуться на Гейтс ин Лив в первых числах мая, но ты ещё не до конца была здорова, и я даже обрадовался, что ты останешься ещё на некоторое время. Потом я несколько раз давал тебе ясные намёки, что ты должна собираться и отправляться в путь. Я напоминал тебе о нашем разговоре, о твоём долге, и что я получаю взамен? Ты будто бы ничего этого не принимаешь к сведению!
- Пойми, мне так трудно расстаться с моими родными местами надолго, может, навсегда…
- Я считал тебя рассудительной и не думал, что ты продолжаешь жить эмоциями и сантиментами.
- Нет, я не…- Беллона хотела вступить в спор, но сказать оказалось нечего. Если не открыть истинную причину её задержки на Феире, то объяснить её непроходимое упрямство и впрямь можно было только глупостью.
- Так вот, я и хочу спросить у тебя напрямую, – монарх придвинул соседнее кресло впритык к дочери и взял её за руку. – Какие сильные чувства держат тебя здесь? Скажи мне честно – ты влюблена в маркиза о’Лермона?
У девушки округлились глаза и, от изумления, открылся рот. Всё что она смогла, это покачать головой, а уже потом возразить вслух:
- Нет, разумеется, я не люблю его, папа! С чего ты взял?
- Вы так много времени проводите вместе…
- Он мой хороший друг, не более того.
- Приличной девушке не пристало иметь в хороших друзьях мужчину. Тем более, ты знаешь, он из товарищей твоего брата, да к тому же принадлежит к этому ордену…
- Уверяю тебя, он благороднейший человек из всех, кого я знала! Только не проси меня порвать общение с ним, поверь, он никогда даже не осмелится плохо подумать или замыслить что-то недостойное.
- Я и не собирался этого делать. Я знаю другой выход – ты должна уехать на Гейтс ин Лив, потому что на тридцатое число назначена твоя свадьба. Её и так уже перенесли и больше откладывать не я, не король Руслан не намерены. Я не хотел разговаривать с тобой в повелительном тоне, но сейчас это уже не просьба – это приказ!
Беллона поднялась и оправила юбки платья. Она должна быть выдержанной, не должна выдать себя.
- Когда прикажете собирать вещи, ваше величество?
Король посмотрел на дочь и в этот момент ясно понял, что она что-то задумала, но никогда не признается ему в этом. Боже, ну почему все Карлеали такие непроходимые глупцы, когда это касается их правоты! Они всегда думают, что их планы единственно верные и обсуждению не подлежат, а когда кто-то пытается их вразумить, они рвут и мечут всё вокруг. А когда они терпят фиаско, то обвиняют во всём других, но всё равно не сдаются. «Ладно, Белл хотя бы не винит в своих бедах других, – подумал мужчина, – но я всё равно должен пресечь её самостоятельность и своенравность».
- Через два дня. Ты должна отбыть через два дня, – твёрдо произнёс Робин Третий.
Беллона находилась в смятении, когда вышла от отца. Если она ничего не предпримет, то сильно подведёт людей, которые поверили в неё и которые готовы поддержать её. Ведь, если она покинет Феир, то для себя она ничего не потеряет. После разговора с отцом она окончательно убедилась, что не любит Сержио. Её чувства к нему нельзя было даже сравнить с теми, что она испытывала к Дереку. А после смерти графа, не всё ли равно ей теперь, за кого выходить замуж, чьей женой стать. Может, и впрямь поехать на Гейтс ин Лив? Скоро 17 мая, день, в который она встретилась с рыцарями. Как она перенесёт этот день здесь, с такой же погодой, с теми же лицами вокруг, но без него, зная, что его уже никогда не будет рядом, ни с ней, ни с кем-либо ещё… Что делать?