Страница 58 из 105
— Что я вижу — советник Владыки пошел в садовники?! — Келеборн прочитал название книги, которую вырвал из рук Трандуила секундами ранее. — «Трактат обо всем живом и растущем в Дориате. Способы общения, поведанные энтами». — Келеборн помахал книгой в воздухе: — Ты всерьез этим увлекся?
— Ну не всем же у подножия трона стоять да вникать в дела королевства, — усмехнулся Трандуил, скрестив руки на груди и закидывая ноги на стоящий в беседке столик. — А ничего не делать я не умею, не привык пока.
— Не думал, что ты скажешь это после того, как не показывался несколько лет, затворившись с Нарэлен.
— Поверь мне, если бы мы жили отшельниками в лесу, то до сих пор бы предавались лишь тому, о чем ты сейчас подумал, — Трандуил улыбнулся смутившемуся Келеборну. — А так… Стоит все же найти себе дело, да и прогулки с Лаэрросом в свое время не прошли даром.
— Он говорил тогда, что у тебя неплохо получается, — припомнил Келеборн, кладя наконец книгу на стол и присаживаясь на скамейку рядом с другом.
— Неплохо, — махнул рукой Трандуил. — У меня — неплохо, а вот у него к этому действительно дар. Зря он растрачивает себя на службу, лучше бы набирался знаний о лесе.
— Не могу поверить, что тебе действительно это интересно, — покачал головой друг, бросая пристальный взгляд на расслабленного Трандуила. Тот лишь неопределенно пожал плечами в ответ. Ему было горько, но делиться этим Трандуил ни с кем не собирался. Счастье, застившее глаза все это время, никуда не ушло, но теперь он все чаще думал о том, как не хватает ему дворцовой службы: прежде всего, знаний. Слухи, домыслы, пересуды — вот и все, на что мог рассчитывать бывший советник по делам с чужими королевствами. Он несколько сотен лет держал в руках тайные послания и записки, первым узнавал обо всем, что творилось за пределами королевства, а теперь оказался в полной пустоте. И если раньше он не обращал на нее особого внимания, то теперь, когда над Дориатом так явственно повисло тяжелое предчувствие беды, уже не мог отмахиваться от этого чувства, как прежде.
— Лютиэн по-прежнему живет на Хирилорне? — как можно небрежнее спросил он. С того дня, как Трандуила отстранили от службы, у них установилось негласное правило: обсуждать лишь то, о чем и так говорят все в Менегроте. Решения, принимаемые за закрытыми дверями, не подлежали огласке даже лучшему другу.
— Да, — Келеборн вздохнул. — Мелиан ни с кем не разговаривает, Тингол стал столь мрачен, что Эол по сравнению с ним — золотоволосая эллет, играющая на лютне.
— Об этом адане что-нибудь слышно? — Трандуил покосился на друга. Тот молчал, словно обдумывал, стоит ли говорить о том, что узнал только сегодня. Ведь даже Галадриэль он не сказал пока страшную новость. Тяжело вздохнув, он решился, ведь рано или поздно об этом заговорят все:
— Его схватили у острова Тол Сирион. Он теперь называется…
— Тол-ин-Гаурот, — продолжил за него Трандуил, невольно вздрогнув. — Значит, больше мы о нем не услышим…
— Это еще не все, — начав говорить, Келеборн не мог и не хотел останавливаться. Ему нужно было поделиться с кем-то прежде, чем объявлять обо всем жене.
— С ними в поход отправились Финрод и несколько эльфов. Он там, понимаешь, король Нарготронда, заточенный в своей же собственной крепости! — племянник Тингола прерывисто вздохнул, опуская голову. Последующие слова его звучали глухо: — Сейчас я должен пойти и сказать Галадриэль, что ее брат, скорее всего, уже мертв. Как могу я принести эту новость после того, как она уже потеряла Ангрода и Аэгнора?! Как я могу сказать ей это, когда сам не в силах ничего изменить?! Отправить отряд на помощь — и тот не могу…
— Какой отряд, какая помощь, ты в своем уме?! — Трандуил резко сел, скидывая ноги на пол, потянулся к другу, заглянул в его глаза. — Какой отряд, Келеборн? — тише и мягче, успокаивая, проговорил он. — Даже если крепость охраняют малые силы, в чем я сомневаюсь, вспоминая те отчеты, что еще довелось мне видеть, Хитлум окружен, Анфауглит кишит орками. Армия ничего здесь не решит, по крайней мере одна.
— Ты прав, — прошептал Келеборн, пряча лицо в ладони. Трандуил вернулся в кресло, откидываясь на его спинку. Он восхищался Финродом: золотовласым королем, сумевшим провести свой народ сквозь жгучий холод, прошедшим не одну битву, создавшим прекрасное королевство с нуля… Да, вестей о его смерти еще не приходило, но это был лишь вопрос времени… Келеборн дернулся, резко провел рукой по лицу и поднялся, отходя к резным перилам.
— Может, мне не говорить ей пока? — голос, полный тоски, звучал жалобно. Трандуил вдруг представил, что это ему надо пойти и сказать Нарэлен, что один из ее братьев умер. Проглотив горький комок, он тихо встал и подошел к другу, кладя руку тому на плечо.
— Если есть возможность скрыть это — дождись точных вестей, — Трандуил ободряюще сжал ладонь, — помнишь, он уже попадал в окружение и даже был в плену. Будем верить, что и на этот раз Оромэ убережет его от гибели.
Тихо садилось солнце, купая сад в своих заходящих лучах, а двое синдар немигающе смотрели на него, пытаясь угадать, насколько кровавым будет завтрашний рассвет. Последний луч вспыхнул и погас за верхушками деревьев, погружая сад и беседку в полумрак, когда Келеборн очнулся наконец от тяжелых мыслей и вздрогнул, почувствовав дуновение прохладного ветерка.
— А где твоя жена? — Трандуил моргнул, недоуменно глядя на друга. Задумавшись, он даже забыл о том, что тот стоит рядом.
— Нашла занятие себе по душе, — тепло улыбнулся при упоминании Нарэлен Ороферион. — Зайдешь? — Он забрал со стола книгу и направился вглубь сада, к темным окнам своих покоев. Келеборн пошел следом, пройдя внутрь и дождавшись, пока Трандуил зажжет все свечи в канделябре.
— Ты так и не сказал, где Нарэлен, — напомнил Келеборн, принимая из рук друга высокий бокал.
— В кузнице, — усмехнулся Трандуил, глядя, как поперхнулся поднесший было к губам вино друг.
— Скажи мне, что я ослышался, — попросил тот, делая-таки глубокий глоток.
— Нет, не ослышался. — Трандуил прошел по комнате, беря в руку изящный тонкий кинжал длиной чуть больше локтя. Узкая рукоять его была оплетена кожей, небольшая изогнутая гарда четко держала руку. Легко взвесив оружие в руке, Трандуил передал его Келеборну. Тот недоуменно взял его, вытащил из ножен и невольно залюбовался искусной вязью на квенья, покрывающей лезвие.
— Это она сделала? — выдохнул синда, переводя недоверчивый взгляд с кинжала на Трандуила и обратно.
— Она, — подтвердил тот, гордо улыбаясь. — Сейчас снова пропадает в кузнях с утра до ночи, говорит, что готовит подарок.
— Как тебе удалось уговорить наших кузнецов пустить ее в свою вотчину? — покачал головой Келеборн. Хотя стоило признать, что образ рыжеволосой нолдиэ, стоящей за наковальней, легко всплыл перед глазами.
— Она же внучка Махтана, — пожал плечами Трандуил. — Узнав это, наши кузнецы наперебой принялись зазывать Нарэлен именно к себе. В конце концов, решили тянуть жребий и теперь работают с ней по очереди.
— Рада приветствовать у нас гостя. — Высокая фигура вынырнула из темноты сада. Нарэлен, одетая в кожаные штаны и кожаный жилет, с туго заплетенными косами издалека почти не отличалась от кузнецов, что трудились неподалеку от конюшен и казарм. На почерневшем от сажи лице ярко сверкали серые глаза и белоснежные зубы.
— Я встретила Лаэрроса у казарм, сказал, что вернулся только сегодня. Обещал заглянуть вечером. Я, если честно, решила, что это он так быстро примчался к нам, — Нарэлен подошла к Трандуилу и легонько коснулась губами его виска, оставляя смазанный черный след. — Я прошу извинить меня, надо привести себя в порядок, пока вновь не испортила очередной гербарий, — она быстро показала язык притворно нахмурившемуся Трандуилу, кивнула Келеборну и скрылась за дверью купальни.
— Гербарий? — брови друга взлетели вверх, почти касаясь кромки белых волос.
— Всего лишь пара засушенных редких экземпляров, — пожал плечами Трандуил.
Келеборн хмыкнул, недоверчиво кивая.
— И не смей об этом никому рассказывать! — пригрозил Ороферион. — А то знаю я вас — любую невинную вещь переведете в шутку, и буду я потом от желающих подарить мне сухой цветок отбиваться…
— У тебя Нарэлен есть, она поможет, если что, — не в силах более сдерживаться, Келеборн заливисто расхохотался, качая головой. Давно уже не было ему так легко и просто, казалось, что груз ответственности, давивший на племянника Тингола в последнее время, стал легче. Пусть ненадолго, пусть даже на несколько часов.
В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в покои серебряным вихрем влетел Лаэррос. Радостно улыбнувшись Келеборну, он заключил в крепкие объятия слегка опешившего от такой прыти Трандуила.
— Только не говори, что Нарэлен не предупреждала тебя! — Он оторвался от брата, наслаждаясь его замешательством.
— Предупреждала. — Трандуил наконец взял себя в руки, с подозрением разглядывая младшего брата. — Но не говорила, что ты слишком много времени проводишь с эдайн в последнее время.
— Знаешь, они довольно-таки просты в общении, с ними весело. — Лаэррос подошел к столу и по-хозяйски плеснул себе вина. — Тебе стоит попробовать с ними пообщаться, — он хитро подмигнул бирюзовым глазом и сделал глоток.
— Что нового на границах? — Келеборн поспешил перевести разговор в другое русло: с тех пор, как в Дориате появился Берен, Трандуил не особо любил слушать о смертных. Слишком велика была его привязанность к Даэрону.
— Как обычно, — Лаэррос развалился в кресле, небрежно закинув ногу за ногу. — Орки и прочая нечисть. Пока ничего нового мы там не встретили.
— Ничего нового… — Келеборн вдруг помрачнел, вспомнив вести о Финроде, и, тяжело вздохнув, поднялся с кресла. — Я и так уже достаточно задержался, — ответил он на вопросительный взгляд Трандуила. Тот кивнул, вспомнив недавний разговор, и проводил друга взглядом.
— Что это он? — удивился Лаэррос, проследив за молчаливым разговором друзей. Но брат не стал отвечать, сложив руки пирамидкой перед собой и задумчиво глядя на рубиновую жидкость в стоявшем рядом бокале. Несколько минут Лаэррос послушно молчал, не прерывая мыслей, в которые погрузился Трандуил, но нетерпение подтачивало его изнутри, заставляя буквально ерзать в кресле. Наконец Трандуилу надоело делать вид, что он этого не замечает.
— Ты так скоро дыру протрешь. — Он склонил голову на бок, с любопытством глядя на младшего брата. — Рассказывай давай уже, что случилось.
Будто только и ждал этих слов, Лаэррос сунул руку за пазуху и вытащил оттуда сверток, протягивая его Трандуилу. Тот с интересом развернул его, глядя на два кольца, лежащих на синем бархате.
— Я уж думал, что ты никогда не решишься, — покачал головой Трандуил, — сколько лет ты уже вздыхаешь по ней?
— После второй сотни сбился со счета, — беспечно пожал плечами Лаэррос. — Но ведь и она никому взаимностью не отвечает, а уж я-то знаю, сколько ей раз делали уже предложение. Значит, ждет.
— Я за тебя рад. — Трандуил осторожно свернул тряпицу, сжимая в кулак ладонь, державшую ее. — Родителям сказал?
— Сказал. — Лаэррос виновато посмотрел на брата. — Они рады.
— Еще бы, — беззлобно усмехнулся страший Ороферион. — Тинвен станет отличной женой. Когда собираешься говорить с ней?
— Не знаю еще, — замялся Дождик, пряча кольца обратно. — Может, завтра или на неделе…
— Да ты боишься? — широко улыбнулся Трандуил. — Нет ничего постыдного в этом, — он серьезно посмотрел на смятенного Лаэрроса. — Бояться отказа естественно. Не торопись, пока не почувствуешь, что это именно тот момент.