Страница 23 из 29
— Мы стараемся найти и сохранить все для потомков. И не только сохранить. Осмыслить причины катастрофы. Определить, какие секреты раскрывать потомкам, какие — нет. Мы не хотим, чтобы история повторилась.
— Каких потомков? Своих? Или других, чьи отцы и деды влачат сейчас полуголодное существование в подвалах разрушенных городов?
— Извини, Лэн, — Риит замялась, — как ни горько говорить это тебе. У вас, живущих на суше, будущего нет. Рано или поздно такие Города разрушатся совсем. Жители их вымрут или истребят друг друга. Вы не очень далеко отошли от своего прародителя — зверя. Животное начало превалирует в вас. Для человека неестественно убивать. Вы же по-иному не можете. Поэтому будущее за морской расой человечества.
— Нет, неправда! — горечь несправедливости захлестнула Лэна. — Этого не может, не должно быть!
— Пойми, — увещевала его Риит, — нельзя давать вам в руки цивилизованные технологии. Вы их обратите опять друг против друга. К чему это приведет, тебе объяснять не надо.
— Но должен быть какой-то выход, — не унимался Лэн. — Ты же сама говорила, что не бывает безвыходных ситуаций.
— Но из этой выхода я не вижу. Может, со временем люди поймут, что любить друг друга — естественное состояние. Тогда можно будет прийти к ним на помощь. Боюсь, — она вздохнула, — что и тебе эти знания пойдут не впрок. Ты только ускоришь гибель Города. Об одном прошу, — не пользуйся ими, пока не будешь абсолютно уверен, что поступаешь правильно.
— Ты так говоришь, — огорчился Лэн, — будто видишь меня в последний раз.
Хотя между ними все было обговорено не раз, но он неизменно возвращался к моменту предстоящей разлуки. Риит обещала вернуться, но Лэн чувствовал, что она уходит. И уходит навсегда. Даже если она и вернется, это будет уже не та Риит. Которую он знал. С которой проводил незабываемые ночи. С которой делился всем сокровенным. Побывав среди своих, она поймет, что ей не место рядом с ним. Как и ему с ней. Это неизбежно.
Риит ушла. И с ней ушло спокойствие. Проводив ее наружу, — дальше она не позволила из-за опасности облучения, — Лэн вернулся в бункер. С неожиданной ясностью он понял, что больше не может пробыть здесь ни дня. Стены и потолок давили на него. Пустынные помещения и коридоры, некогда наполненные звуками ее голоса, угрюмо молчали. Книги, еще вчера так нужные ему, теперь валились из рук. Глаза уже не желали пробегать по строчкам букв. Не место ему здесь одному. Такое одиночество может свести с ума.
Лэн стал готовиться к уходу. Не просто к уходу, бегству. Он вернется в Город. Идти ему все равно больше некуда. Но вернется он не согбенным просителем с понуро опущенной головой. Он должен войти в Город победителем, перед которым покорно склонят головы все — и Воклоты, и Хэнсомы. И даже Рэкеты. А для этого нужно вооружиться. Не только вооружиться по образу и подобию своих собратьев, но превзойти их. Рэкеты держали в страхе Город своей пушкой. Лэн выберет что-нибудь аналогичное или даже превосходящее по мощи пушку. То, что он встречал в ангарах Базы — танки, тягачи, артиллерийские и ракетные установки, — превосходило пушчонку Рэкетов во много раз. Рядом с ними она выглядела пигмеем, безобидной хлопушкой.
Лэн представил, как он въезжает в Город на танке. Рассыпаются и бегут в страхе люди. Сам Рэкет склоняет свою голову. Но тут перед ним всплыли слова Риит о том, что он должен соизмерять каждый свой шаг, чтобы не ускорить гибель Города.
— Нет, — пробормотал он, — все правильно. Иначе как заставить их смириться и не грозить другим своей пушкой. — Это будет только начальный, необходимый шаг, чтобы сломить сопротивление Рэкетов. В дальнейшем он откажется от угроз и методов порабощения. И тогда все жители Города, все Семьи объединятся и станут жить мирно и дружно. Сообща выращивать хлеб, разводить скот.
— А не захочется ли тебе самому стать Хозяином, Главой, но не отдельной Семьи, а всего Города? — шевельнулся в груди червь сомнения.
— Нет, — отогнал эту мысль Лэн, — этого я делать не стану. Не хочу. Люди должны стать свободными.
Но червь не отступал. Лишь затаился внутри. Лэн все чаще ловил себя на этой мысли.
— Может, так и нужно, — убеждал он себя. — Людьми должен кто-то руководить, командовать. Иначе они превратятся в неуправляемое стадо и разбегутся кто куда. Да и Предки так жили, а значит, это было необходимо.
Мысль приходила и уходила. Слова Риит вносили смуту. Лэн отбрасывал мысль, чтобы в следующий момент поймать себя на том, что опять размышляет об этом. Решение не приходило. Наконец Лэн остановился на том, что время укажет верный путь.
Для борьбы с Рэкетами как нельзя лучше подходил танк — громадный механический монстр, оборудованный пушкой, пулеметами и ракетной установкой. Его металлические гусеницы будут не по зубам черной плеши и смогут одолеть любые завалы. Но танку требовалась обслуга из нескольких человек. Лэну в одиночку с ним не справиться. Поколебавшись, он выбрал другую машину, поменьше. Юркая, оборудованная небольшой пушкой и пулеметом, тоже на гусеничном ходу, она вдобавок имела вместительный грузовой отсек. Туда Лэн сложил необходимое для путешествия топливо, вещи и припасы.