Страница 26 из 73
Незнакомка тоже рассматривала Гурда, и оба они молчали. Наконец, девочка заговорила:
- Меня зовут Унай, Голос Луны. Люди называют меня каменной девочкой. Я рада, что мы все-таки смогли с тобой встретиться, - ее голос был спокойным и приятным, слова, будто ручей, лились ровным потоком.
Гурд наслаждался звуком ее голоса, и до него не сразу дошел смысл слов.
- Ты каменная девочка? - ошарашено переспросил мальчик.
- Да.
- Ты... - Гурд нервно сглотнул, - ты не человек?
- Конечно, нет, - девочка звонко рассмеялась. - Я же сделана из камня.
Гурд во все глаза смотрел на нее, не веря, что такое возможно. Она была такой легкой, прекрасной, и ему бы никогда не пришло в голову, что она каменная.
- Как ты можешь быть живой? Ты же - каменная!
Новая знакомая грустно улыбнулась:
- Это длинная история, мальчик.
- Я - Боз Гурд.
- Гурд, - исправилась девочка. - Нам лучше уйти дальше в лес, и там развести огонь. Я не боюсь холода и снега, но тебе нужно будет согреться.
На вид Унай была ровесницей Гурда, но мальчик понимал, что каменная девочка была гораздо старше его. И знала она много больше. И к ней его привело кольцо того же мастера, что и...
- Тебя сделал мастер?
- Да. Я расскажу тебе мою историю, но когда мы уйдем дальше в лес.
- Может, вернуться в деревню? - но Гурд уже понял глупость своих слов: там на них с Унай всякий бы обращал внимание, и им бы не удалось поговорить.
- Нет, лучше в лес, - спокойно ответила девочка и пошла первой.
Гурд молча шел за ней. Сперва, ему было неловко начать разговор, а после стало не до того: все свои силы он тратил, чтобы выбираться из сугробов. Зима постаралась на славу, укрыв лес толстым слоем пушистого снега. Утопая в нем, Гурд тяжело дышал, ему было жарко, щеки горели. Видно было, что Унай тоже устала, порой проваливаясь по пояс в сугробы.
Мальчику казалось, что они уже шли целую вечность, как вдруг лес впереди закончился, и перед ним открылась огромная равнина. За ней пролегали горы. В дали мальчик видел высокие белоснежные хребты, возносящие свои вершины к самому небу. Никогда прежде Гурд не видел настоящих гор. Всю свою недолгую жизнь он провел в деревне, вокруг которой был лишь лес и большая река. Только из рассказов деда мальчик знал, что в мире еще есть моря, горы, степи. И он мечтал, что однажды все это увидит своими глазами, но никак не ожидал, что случится это так скоро.
- Останемся в лесу. Деревья защитят нас от ветра, и ты сможешь разжечь костер, - окликнула его Унай.
Гурд не возражал, он устал и нуждался в отдыхе. Девочка помогла ему собрать дрова. К тому времени пальцы мальчика замерзли и с трудом слушались его. Гурду никак не удавалось развести огонь.
Унай вернулась, неся с собой еще охапку хвороста.
- Не получается?
- Руки замерзли, - с досадой ответил мальчик.
- Давай я, - Гурд не хотел сдаваться и уступать Унай, все-таки она была девочкой, но он слишком устал.
Гурд протянул ей камни для розжига, но девочка не взяла их. Она ловко щелкнула двумя пальцами, и с них слетели искры, поджигая сухие еловые иглы. Огонь жадно поглощал их, медленно разгораясь.
- Ого, - восхитился Гурд.
- Ну, я же каменная, - улыбнулась девочка.
Чтобы не сидеть на снегу, мальчик приволок большую ветку и пододвинул ее к костру. Гурд замерз, пальцы совсем окоченели, и мальчик подсел ближе к огню. Унай села рядом.
- Знаешь, Гурд, мастеров своего дела много, - начала свой рассказ девочка. - И у них получаются хорошие и добрые вещи. Но лишь один из них мог в полном смысле называться Мастером. Когда кто-то наделен невероятным талантом, когда он живет своим делом, когда его сердце наполнено любовью к тому, что он создает, и к тем, для кого он это делает, тогда в его работах зарождается жизнь. Мой Мастер был действительно талантлив: он вкладывал душу в свои творения, и они оживали. Все, к чему он прикасался, преображалось. Будь то камень, дерево, лед, металл, - Мастер творил из всего. Он не мог сидеть без дела, поэтому из-под его резца вышло множество существ. Я - его последняя работа. И твое колечко создал он.