Страница 62 из 85
Глава 35
Тихоокеанский бассейн. Остров Гиблон
Убедившись, что все его люди находятся рядом с ним, Крис повернулся лицом к месту, где, по его мнению, располагался корпус «Молнии».
Ответом ему была тишина, и только мощные потоки воздуха и круги на воде показали благополучное отбытие «Молнии».
- Экипаж «Молнии» желает тебе удачи капитан. Она вам сегодня понадобится.
Джошуа был прав, плыть им не пришлось.
- Дальше придётся плыть, - авторитетно заявил Кордт.
- Каждый знает своё задание. Повторять ничего не буду. Делимся на две группы. Первой руковожу я. Со мной пойдут Курт, Тео и Эльза. Мы обеспечим уничтожение казарм и пулемётных вышек. Вторая группа во главе со Шраммом, в составе Макса, Зигфрида и Гюнтера должна будет обеспечить захват груза подводной лодки.
- Если, что-то пойдёт не так, отступаем в центр лагеря. Там у них что-то вроде храма. Там есть, где закрепиться.
- Если вопросов больше нет, приступайте к выполнению задания. Через сорок минут жду доклада о численном составе противника.
* * *
Внутреннее устройство лагеря было подчиненно образцовому порядку. Каждое здание, будь то жилой корпус или склад оружия, занимало своё, строго определённое место.
Чуть правее от храма, находился подземный склад с боеприпасами и отдельные покои преподавателей школы. Над всем этим довлели пулемётные вышки с огромными прожекторами.
- Вас понял Второй, продолжайте, - шёпотом ответил Крис прицепляя к борту замершего посреди бухты сторожевика, магнитную мину.
- Курт и Тео ещё не вернулись? - спросил он девушку, напяливая на себя портупею с боеприпасами.
Крис понял, что она имела в виду. В его отсутствии Эльза установила мысленную связь с товарищами посланными оценить силы противника.
- Докладываю командир, - бодро начал Лотт. – Казармы надёжно заминированы. Как ты и просил взрывчатки не жалел. В помещениях с помощью «горгоны» насчитал семьдесят пять человек.
- Да и вообще, здесь кажется, даже рядом с выгребной ямой ставят часового.
- Склад охраняют двое часовых. Покои офицеров столько же. Службу несут исправно, не спят. Спящих офицеров я заминировал. Со своей стороны насчитал четырнадцать человек.
- На каждой вышке по два охранника. Я их заминировала. Пришлось немного полазить, - кокетливо добавила она. - Насчитала шестнадцать человек.
- Второй-Первому, - внезапно ожила рация. – У нас кажется проблемы. Мы насчитали восемьдесят два человека.
- Крышка гроба захлопнулась, - скривив губы, произнёс Лотт.
- Лопасти заминированы? – спросил Мартина Крис.
Собравшись с мыслями и оценив сложившуюся обстановку, Крис сказал в микрофон находящийся на воротнике бронежилета:
Некоторое время рация молчала. Крис понимал, что, лишившись Глагау и его пулемёта, Мартин окажется излишне уязвим. Но преобладание противника диктовало иное решение. Смогут ли три человека вытащить из подлодки ящик с грузом и скрытно эвакуировать его подальше от взрывов. Вот, что сейчас надо было решить Мартину.
Дождавшись ответа, Крис посмотрел на светящийся в темноте циферблат часов.
Шикнув, рация снова ответила:
Закончив разговор по рации, Крис мысленно пожелал Мартину удачи, которая в ближайший час определит их судьбу.
Часовые на причале тихо переговаривались, изредка бросая взгляды на подводную лодку, вздыбившуюся около мостков. Такую громадину они видели впервые. Раньше к ним не раз заплывали подлодки, но подобный экземпляр они ранее не наблюдали. Белые молнии белели на борту субмарины, подчёркивая свою принадлежность к войскам СС. Рубка подлодки была полностью раскрашена в виде белого оскаленного черепа. На месте нарисованных глаз располагались два мощных прожектора бьющие светом в темноту. По корпусу субмарины, над головами портовых часовых, расхаживали их коллеги. Груз в трюм лодки был уже загружен и поэтому устав требовал обязательного присутствия охранения. Часовые порта и подлодки иногда перебрасывались скабрезными шутками.
- А откуда у него появились деньжата? – заинтересовался слушающий. – Вроде бы ни чем не лучше нас.
Скептически хмыкнув, собеседник сказал:
- Нет, ну конечно, драгоценности жидовских шлюх и другие ценные вещи были под строгим контролем, но золотые зубы то, мертвецам ни к чему, - чуть понизив голос, сказал его товарищ. – А золото оно везде ценится.
- Ну и хитрец же твой кузен.
Договорить он не успел, разрывная пуля вдребезги разнесла ему череп. Его товарищ, не успевший, даже как следует испугаться, подвергся подобной участи.
Что-то холодное вошло в его грудь. Моряк успел только разглядеть неподвижное тело напарника и своего предполагаемого противника. Но всё ещё не желающий расставаться с жизнью мозг воспринял увиденное как предсмертную галлюцинацию.
- Гюнтер разыщи устройство открывающие трюм. Макс избавься от тел.
- Я проверю внутренности.
Пыхтя и ругаясь сквозь зубы, Глагау карабкался на груду камней, обозначенную на картах наблюдателей, как храм. Куча трещин и неровностей, имеющихся здесь, существенно облегчала его задачу, но бьющий по спине пулемёт и запасные цилиндры с патронами безнадёжно усугубляли её.
Наконец последние метры подъема были преодолены и «начинающий скалолаз» оказался на самой макушке храма. Бесшумно стравливая сквозь зубы непослушное дыхание, и утирая капли пота возникшие под порядком надоевшим шлемом, Зигфрид с интересом уставился вниз. Увиденное наполнило его неподдельной гордостью за свои достижения в сфере подъёма тяжестей на высоту.
- Подъём благополучно закончил. Ожидаю дальнейших приказаний.
Майора военно-морского флота Германии и командира подводной лодки «Череп» - Альберта Сивера донимала бессонница. Ранее он никогда не жаловался на подобные неудобства со стороны своего здоровья. Но в ночь перед отплытием с этого проклятого острова он не видел в этом ничего удивительного.
Дверь соседней с ним комнаты приоткрылась, и из неё выглянуло заспанное лицо его первого помощника Штейна.
Нырнув в свою каюту за мундиром, Штейн, отправился вслед за своим командиром.
Равнодушно пожав плечами, Сивер достал из нагрудного кармана кителя пачку папирос. Не удивительно, что Штейну плохо спится, - подумал он. Пребывание на этом островке и меня держит в напряжении.
Активность развитая здесь СС была, по меньшей мере, не понятна. Что на Гиблоне было такого особенного, чего не было на других, более приветливых и благополучных островках? Однозначный ответ на этот вопрос так и не был найден Сивером.
Окончательно из равновесия его вывело посещение Гиблона и осмотр его достопримечательностей. Два факта не давали ему покоя - мрачное, покрытое лишайниками здание посреди острова и его хозяева.
Вторым раздражающим его фактором были люди, отвечающие за это сооружение. Их чёрные мундиры были лишены военных нашивок и званий, но вели они себя на острове как истинные хозяева. Особенно выделялись среди них два типа: старик лет семидесяти (с жёстким сводящим с ума взглядом) и мужчина среднего возраста, обладающий огромным ростом. Оба этих субъекта были очень заносчивы и полковник Боттах – комендант острова, по щенячьи заигрывал с ними. К тому же оба они носили за спиной длинные и широкие чёрные кожаные плащи, которые эффектно развевались на ветру.
Вот почему Сиверу хотелось как можно быстрее убраться отсюда. Чтобы не видеть этот храм (как уважительно называли его воспитанники школы) и эту мрачную парочку. Даже в последнюю ночь перед своим отбытием Сивер не пожелал ночевать на берегу. У себя на «Черепе» ему было как-то спокойнее. Совершенно неожиданно к нему присоединился его первый помощник, испытывающий должно быть, схожие с ним чувства.
Взору майора предстал целиком, одетый во что-то тёмное субъект. Удивила же майора вовсе не униформа неизвестного, а то, что было одето у него на голове. Это был шлем из бархатисто чёрного металла, лицевая сторона которого повторяла черты человеческого лица с тускло светящимися зелёными глазами.
Впрочем, у пришельца оказалась отменная реакция. Не успел Сивер открыть рот, чтобы призвать к выполнению своего воинского долга заснувших снаружи часовых, как человек в чёрном сделал молниеносное движение рукой и Штейн, попытавшийся атаковать его, свалился в проходе у ног Сивера, с пробитым навылет, метательным ножом, горлом.
Майор знал, что у него было преимущество, так как он помнил все переходы своей подлодки наизусть и мог, выключив свет в коридоре затаиться в каком-нибудь тёмном уголке, ожидая убийцу. Проблема заключалась лишь в одном. До щитка регулирующего освещение в этой части подлодки, было с десяток шагов. Вот когда он пожалел об оставленном в ящике стола наградном пистолете.
Мазила, у тебя кончились ножи! – облегчённо подумал майор, резко разворачиваясь в направлении электрического щитка. Но, сделав пару шагов, он почувствовал слабость и солоноватый привкус во рту. Уже падая на чисто выдраенный пол коридора, он с удивлением заметил рукоятки двух ножей торчавших из его груди.
Тщательно протерев клинки об китель подводника, и вернув их на своё место, Шрамм направился к выходу. Навстречу ему по трапу скатился Керлл.
- Отлично, - произнёс Мартин, - зови Макса, будем подымать ящик наверх.
До детонации взрывчатки оставалось пару минут, и Мартин решил их использовать для наблюдения за округой. Забравшись на крышу столовой он рассматривал в бинокль патрули, которые с завидной регулярностью шлялись по территории лагеря. Охрану на Гиблоне наверняка возглавлял очень компетентный специалист. Лагерь был условно поделён на квадраты, охрану которых, вели многочисленные патрули.
* * *
Единственное, что ему не нравилось на этом острове, это слишком (по его мнению) жёсткая дисциплина. Заснувший на посту навлекал на себя страшнейшие неприятности (но это Гельмут ещё мог понять), не менее серьёзные проблемы поджидали и за лёгкие проступки. Например, совсем нельзя было разговаривать с часовыми, располагавшимися на вышках. Считалось, что это могло отвлечь их от выполнения своих обязанностей. Но с кем же разговаривать, если кроме них никого нет. Нарушением считалась даже невинная просьба угостить сигаретой. В общем, скука была смертная. Усугублял сложившуюся обстановку Клуге – туповатый напарник Гельмута. Общение, с которым было чревато очередной лекцией по эксплуатации огнестрельного оружия в боевых условиях (к сожалению более этого типа ничего не волновало).
Гельмут пробыл здесь совсем недолго, но узнал столько интересного и полезного, что ему не терпелось поскорее применить знания на практике. Только здесь их учителя открыли ему и его товарищам глаза на многие очевидные для просвещённого человека вещи, не замечаемые ими раньше.
Высокие мечтания о будущем, были прерваны неприятным ощущением, вызываемым острым камешком, попавшим в ботинок. Ругнувшись, Гельмут закинул автомат за спину и, облокотившись о стену казармы, принялся стягивать обувь. Клуге проигнорировал неприятность, произошедшую с напарником, и ушёл далеко вперёд.
Удивлённо икнув, Гельмут поднял с земли то, что так спокойно и несвоевременно, отделилось от стены казармы. В его руках оказался килограммовый кирпич странного цвета и формы. Помяв находку пальцами, Гельмут убедился в её эластичности. Без видимых усилий он разломил «кирпич» обнаружив внутри массу схожую с пластилином. С боку в «кирпич» был, воткнут пучок проводов на конце, которого, мигала синяя лампочка. Сдвинув фуражку на затылок, Гельмут выдернул провода из находки. Лампочка тут же перестала мигать.
Вспыхнувшая в мозгу догадка заставила его обойти казарму вокруг. Очередной «кирпич», прилепленный на противоположную стену, заставил его крепко задуматься о назначении его странных находок. Решение пришло быстро. Отшвырнув «кирпич» в сторону, он набрал побольше воздуха в лёгкие, чтобы извергнуть из них вопль способный поднять весь лагерь на ноги.
- Второй - Первому! – за две минуты до фейерверка ожила связь со Шраммом. – Фейерверк будет не полным. Повторяю, фейерверк будет не полным.
- Первый слушает. Что случилось?
Возникший рядом Лотт указал Крису на пульт, управляющий зарядами взрывчатки. В цепочки огоньков появились пробелы.
- На Лотта не греши, - принесла рация. – Это случайность. Просто парню захотелось с комфортом завязать ботинок.
- Первый, что будем делать? – прервал его лихорадочные размышления Шрамм.
- Первый, я попробую исправить ситуацию. Доверься мне, - произнёс из рации Мартин.
- Времени на размышления уже нет, - напомнил Шрамм. – Если у меня ничего не получится, я смоюсь оттуда, и вы взорвёте заряды. Казарму я зачищу.
- Хорошо, ждём твоего сигнала.
- Только не сильно там геройствуй. Твоя жизнь сегодня принадлежит мне.
- Все всё слышали, - произнёс он. Выдвигаемся на позиции. Лотт находишься рядом со мной. Всем одеть на шлемы «горгоны» и приготовить к бою бронебойные патроны. Впереди у нас куча развлечений и рукоплещущая публика!
Блаженствуя под порывами прохладного ветерка, дующего с океана, Глагау в очередной раз сканировал окрестности. Когда время придёт он не даст фрицам даже высунуться из своих щелей. В «горгону» Зигфрид ясно видел силуэты противника за стенами, располагающихся внизу, строений.
- Зигфрид ты меня слышишь? – ударил в ухо голос Криса. – Ты ещё там не уснул?
Игнорировав шутку Крис продолжал:
Отключив рацию, Глагау с недовольством напялил на голову, опостылевший шлем.
* * *
- Ты чего прохлаждаешься? Заметят, что мы плохо патрулируем, посадят в яму со змеями.
- Да пошёл ты Клуге, - раздражённо бросил через плечо он. – Сейчас не до этого. Лучше посмотри, что я нашёл.
Черная тень, метнувшаяся между часовыми, и последовавший за её появлением хруст шейных позвонков, заставила эсесовцев рухнуть на гравий. Равнодушно взглянув на мертвых солдат, Шрамм стал шарить взглядом в поисках пластида. Через несколько секунд он понял, что взрывчатка была на месте, но вот детонаторы отсутствовали. Шрамм чувствовал, как время утекало, словно песок сквозь пальцы, но ничего не мог с этим поделать.
Вот и всё. Вся конспирация лопнула как мыльный пузырь, – подумал Шрамм. Молнией он метнулся в сторону от казарм. Куда он бежал? Это было уже неважно. Главное подальше отсюда. На ходу он лихорадочно прокричал в рацию:
* * *
- Начали.
Серия взрывов по всему лагерю прокатившаяся следом, уничтожила вышки с пулемётчиками. Горящие многометровые конструкции валились на землю с ужасным грохотом. В бухте под воду стремительно уходили остатки сторожевика подорванного миной Криса.
Оценив в бинокль состояние оставшегося последнего домика казарм, Крис пришёл к выводу, что внутри никаких разрушений, скорее всего не было. Взрывы стоящих рядом зданий лишь опалили правую стену, да выбили оконные стёкла.
- Вперёд! - передёрнув затвор автомата, скомандовал Крис своим товарищам.
Дождь стекла принёс в казарму Шрамма. Мягко коснувшись, пола он откатился в сторону от места падения и услышал как в деревянный пол, позади него, ударились две пистолетные пули. Лучи нащупали двух стрелявших полуодетых солдат, замерших в проходе, между кроватями и отправили их на небеса.
Семерых солдат Шрамм застал в процессе одевания. Сбитые с толку грохотом, раздающимся с наружи, а так же свергшимся из под потолка типом, они стали лёгкой добычей для него.
Когда он прошел, таким образом, более половины казармы, в его сторону полетели новые пули. Откатившись в сторону от прохода, он выпустил заряд по единственной тусклой лампочке находящейся над потолком. В помещении воцарилась кромешная темнота. На ходу, поднимаясь с пола, он включил вмонтированный в шлеме прибор ночного видения. Всё вокруг окрасилось призрачным зеленоватым светом.
Где-то снаружи раздался мощный взрыв, от которого вздрогнула земля. Керлл взорвал винт подводной лодки, - понял Мартин. Что ж теперь с этого острова от нас никто не сбежит.
Отверстия для глаз в шлеме сработали безотказно. На мгновение они подёрнулись пеленой защитившей глаза Мартина от светового шока, а затем прибор ночного видения отключился, в связи с невозможностью функционирования в таких условиях.
Вскочив с пола, он мощным прыжком метнул своё тело на балку находящуюся под крышей. Распластавшись на ней и убедившись, что его не видно он стал наблюдать за событиями развернувшимися внизу.
В течение десятка секунд стрелки превращали пол, и стены казармы в кучу стружек и щепок. Закончив стрелять, они поспешили сменить опустошённые магазины.
Пока оставшиеся в живых солдаты с ужасом и отвращением смотрели на дело его рук, Мартин снова соскользнул на пол. Но тут произошло непредвиденное. Участок пола, выбранный им для приземления, с треском провалился и Шрамм оказался под полом казарм.
Стрельба закончилась, и топот ног над ним заставили убедиться Мартина, в том, что эсесовцы решили посмотреть на дело своих рук. Они жаждали обнаружить продырявленное тело своего неуловимого противника. Несколько человек остановились прямо над ним. Шрамм видел их в щели между досок.
Трое солдат с автоматами наготове склонились над отверстием в полу. Ещё четверо солдат полукругом окружили их. Позади всех, сжимая вспотевшей ладонью пистолет, стоял полуодетый офицер.
Сельскохозяйственный термин, который по отношению к нему применил эсесовец, серьёзно задел Шрамма. Пробив всей массой тела пол над собой, он возник за спиной офицера. Точно пущенная пуля разнесла ему мозги. Тело эсесовца ещё не упало на землю, а четверо солдат впереди него, уже были мертвы. Стоявшие у пролома солдаты ловко укрылись от его выстрелов и, нырнув в углубление под ногами, начали экономными очередями поливать пространство перед собой.
Вынув из кармашка на поясе пару Ш-1, Мартин одну за другой метнул их в темноту. Сам же, предварительно расстреляв стену перед собой, ломанулся сквозь деревянные доски наружу.
* * *
- Макс ты кого-нибудь видишь? – после длительного наблюдения за окружающим бросил Керлл в рацию.
Одев на шлем «горгону» Гюнтер поводил головой в разные стороны. Он видел сквозь стены и всё что он видел, не подавало никаких признаков жизни.
- Макс, видишь двухэтажный склад напротив тебя?
- Проверим его. Если там всё в порядке двигаемся навстречу остальным.
Силуэт Руделя спрыгнул с крыши и метнулся к двухэтажному складу. По водосточной трубе он взобрался на крышу и послал Керллу сообщение:
Не заставляя себя ждать, Гюнтер, перемещаясь зигзагом, подошёл вплотную к стене здания. Не касаясь ящиков и контейнеров, валяющихся вокруг входа, он проник внутрь склада. Даже внутри сканер не прояснял обстановку. Убрав бесполезный прибор в заплечную сумку Керлл осторожно начал передвигаться к заинтересовавшему его скоплению предметов.
Гюнтер, в который раз поразился необычайной качественности и практичности мысленного общения. Слова напарника он слышал так ясно, будто тот стоял с ним рядом и кричал ему их в самое ухо. Их же не слышал никто. Отправив Руделю сходное сообщение, Керлл прислушался к окружающему.
На полу, в двух шагах от него крутилась граната. Радоваться хорошей интуиции, позволившей обнаружить противника, времени не было. Надо было действовать. Подтянув автомат к груди, Керлл прыгнул за огромную кучу катушек канатов.
Тощий явно не ожидал встречи с Керллом. Лихорадочно попытавшись нацелить ствол автомата в сторону противника, он получил сильнейший удар ногой снизу в челюсть. Голова с хрустом откинулась, и Тощий свалился всем своим весом на Керлла.
Где-то впереди раздался топот нескольких пар ног и гортанные команды.
Топот приближался и он понял, что не успеет избавиться от общества Тощего вовремя. Прекратив все попытки Керлл замер под трупом, вытаскивая из кобуры «Север».
- Не время ныть, - услышал он другой голос. – Надо убираться отсюда!
- Как мы отсюда уберёмся!? – истерично заголосил коренастый крепыш с гранатой на поясе. – Наша подлодка испорчена, а сторожевик кормит рыб! Что вообще здесь творится!?
- Будем пробиваться к казармам. Там слышна стрельба. Там наши.
Перекувыркнувшись через голову, он нащупал лазерным прицелом кинувшегося к нему солдата. Пуля разворотила горло и заставила противника мешком свалиться перед ним.
Но и на этом всё не окончилось. Где-то впереди него послышались новые шаги и крики.
Схватив свой валявшийся на полу автомат, Керлл закрутил головой в поисках голосивших противников. Обнаружил их он довольно быстро. На лестнице ведущий, на второй этаж стояли трое солдат. Один из них держал в руках, что-то громоздкое и внушительное. Эта труба смотрела на Гюнтера, и он понял, что не успеет скрыться от взрыва. В отчаянной попытке продать свою жизнь подороже он вскинул автомат в сторону скалившихся моряков.
- Я с тобой.
Превозмогая слабость в коленях, Керлл подошёл к железной трубе. Под его ногами лежал «Офенрор» - игрушка, превращающая танки в кучу бесполезного мусора.
- Ерунда. Наоборот, я должен извинится перед тобой, - сказал спускающийся по лестнице Рудель. – На верху меня задержал приятель со снайперской винтовкой.
- Ладно, нам давно уже пора двигаться, - закидывая за спину «Офенрор», сказал он. – Ребята нас уже наверняка заждались.
В течение нескольких минут Глагау уложил два с лишним десятка эсесовцев. Пулемётные пули насквозь пробивали все, за, что его противники пытались спрятаться. Он знал, что именно сейчас его поддержка необходима Крису. Ребята двигались к сердцу острова с востока и нуждались в его огневой мощи.
Дюжина тел валялось в грязи около самого штаба патрулей. Несколько человек догорали в легковушке попытавшейся выехать из гаража. Рваные пулевые отверстия в машине заставили вспыхнуть её как свечка, практически сразу же.
Стоит, однако, заметить, что действовали нападающие довольно грамотно. Он сразу понял, что столкнулся не с новичками. Около трёх десятков солдат рассыпались вокруг храма, используя неровности в рельефе, и начинали вести стрельбу, только после того, как Зигфрид своим огнём обнаруживал своё местонахождение.
Потеряв ещё несколько человек, эсесовцы предприняли отчаянную попытку подняться по стенам на крышу храма. Зигфриду пришлось побегать по куполу и пристрелить пару солдат пытавшихся повторить его подвиг верхолазания. Если бы нападающие знали, что на крыше находится всего один человек, они бы без сомнения повторили свои попытки. Но точная стрельба Глагау заставляла их усомниться в этом. Отчаявшись, они оказались прижатыми к земле его огнём.
Длинная очередь, пригвоздившая к земле очередного храбреца, внезапно прервалась. Кончились патроны. Ловким движение руки Зигфрид выдавил пустой цилиндр из под пулемёта. Пустая ёмкость звонко шлёпнулась на поверхность купола. Пинок ногой заставил цилиндр преодолеть гравитацию и слететь с купола храма. Сорвав с пояса новый магазин, Зигфрид вставил его в пулемёт.
Зигфрид не услышал звук отъезжающей в сторону плиты, но он почувствовал враждебное присутствие за своей спиной. Посылая патрон в ствол пулемета, он ничком повалился на камень, одновременно разворачиваясь в сторону противников.
Одновременно, в тот же момент, к нему под ноги выкатились две обыкновенные германские гранаты противников, взрыв которых, ломая кости, швырнул его тело об груду камней находящихся в нескольких шагах от башенки.
Проход в башенку с громким хлопком и клубами пыли обвалился, погребая под собой нескольких человек в чёрных мундирах без опознавательных знаков.
Четыре человека сметая всё на своём пути, и используя для атаки любое укрытие, двигались с востока к середине острова. За спиной остались дымящиеся дзоты, подорванная артиллерия и догорающий арсенал.
Неподвижные, обугленные конструкции вышек, больше напоминающие собой кости сказочных чудовищ, сразу бросались в глаза наблюдающему. Дымящиеся бетонные одноэтажные домики, безукоризненная белизна которых была нарушена многочисленными пятнами копоти. Тлеющие доски, разбросанные по всему лагерю – все, что осталось от казарменных помещений. Огромный костер, бушевавший на месте порта. Многочисленные, обезображенные мёртвые тела, уставившееся мёртвыми глазницами, в небо. Пятна крови повсюду. Всё это вкус их победы.
- Ничего, выкурим, - ответил Крис. Мы даже половину своего боезапаса не истратили. Что слышно от Зигфрида?
- Возьми Макса, и поднимайтесь на храм, - приказал Крис. Будьте осторожны, посматривайте по сторонам. А мы пока побеспокоим жрецов.
- Крис, теперь у нас настоящие проблемы. К южной стороне ограждения направляется маленькая армия: около сотни человек, пара легковушек, один бронетранспортёр и два тяжёлых ТАНКА.
- Откуда они взялись? – недоумённо уставился через забрало ограждения Рудель. - Здесь, что неподалёку есть ещё один лагерь? Чёрт побери! И в чём они привезли сюда танки?
- Кажется, нас снова кинули, - вульгарно заявил Керлл. - С лагерем мы почти разобрались. Не считая этих сектантов. Да и то нам это удалось, по большей части, благодаря взрывчатке. Склонили так сказать чашу численного перевеса в нашу пользу. Но, что мы будем делать с этими. Им-то спящим мину не подложишь. Опять же, чем мы будем танки останавливать?
Тем временем, в сотне метров от стены гости развили весьма бурную деятельность. «Тигры» отъехали друг от друга и замерли, направив стволы в сторону лагерной стены. Расторопные танкисты расчехляли башенные орудия. За каждым из танков пристроилось по легковушке, на которые сноровисто устанавливали пулемёты. Пехотинцы разделились на две группы по пятьдесят человек в каждой и построились вслед за легковыми машинами. Солдаты проверяли оружие, щёлкали затворами, вешали на пояса гранаты. Всё это ненавязчиво наводило на мысль о скором штурме.
- Конечно. Без проблем. Пара выстрелов пробьют в этой стене огромную дыру, через которую они к нам и вломятся.
- Нам нужно разделится и рассредоточится. Быстрое перемещение и внезапные атаки – вот чем мы встретим противника. Это единственный наш шанс выжить. Иначе нас просто раздавят.
- Главной нашей проблемой являются танки. Ими займутся Рудель и Шрамм. Тем более что один танк вам есть, чем остановить, - указал Крис на трубу «Офенрора». – Но бейте наверняка.
- Я, Кордт и Керлл – займёмся пехотой. Лотт и Эльза – бронетранспортёром и легковушками. Устроим им ад.
Скривившись от напоминания о и без того беспокоившем его вопросе Крис ответил девушке:
Сделав шаг к девушке, Крис встретился с ней глазами, почувствовал её опьяняющий запах и снова некстати подумал, что девушкам не место на войне.
Закусив губу, Эльза молча кивнула. Она всё понимала.
- Мы и так уже совершили не возможное. Сделаем это снова.
- Слушай танкист, а ты быстро копать умеешь?
Нападающие, не встретив сопротивления, двумя потоками ворвались сквозь огромные дыры в стенах на расстоянии ста метров друг от друга. Командовал вторжением майор СС Мориц Ётун – боевой офицер, только недавно вернувшийся с Восточного фронта. Ётун понимал, что его люди устали после работ проводимых под его руководством на противоположной стороне острова, но у него попросили помощь, и он, не имел права отказать. К тому же он знал, что, несмотря на выучку и профессионализм, противник серьёзно уступают им в численности. Да и появление его людей для захватчиков будет сюрпризом.
В лагере царила тишина. «Тигры» вырвались вперёд и обогнули храм с двух сторон. Пехотинцы, под прикрытием бронетранспортёра и легковых автомобилей, развернулась в линию и начала прочёсывать лагерь «частым гребнем». Ётун был немало обескуражен, отсутствием противника.
Бледность была вызвана многочисленными мёртвыми телами в эсесовской форме устилавшими землю. Бой был явно ожесточённым, - подумал майор. Но почему я не вижу трупов противника?
Немного позади танка, земля и каменный щебень сдвинулись в сторону и из земли возникли два человека в причудливых мундирах и ещё более причудливых шлемах. Хлопок и башня «Тигра» была продырявлена. Ещё хлопок и мощный взрыв, произошедший внутри танка, швырнул тяжеленную башню, на группу солдат, направлявшуюся к дверям храма. От пятерых солдат, по которым она прокатилась, осталось лишь кровавое месиво и расплющенное оружие. Крутанувшись на месте, башня замерла на ступенях ведущих к двери в храм, надёжно забаррикадировав вход.
- Скорте! Я хочу, чтобы вы притащили ко мне этих мерзавцев! - плюясь слюной, прокричал Ётун своему заместителю.
Пока он созерцал труп своего заместителя, вокруг началось твориться, что-то непонятное. Его солдаты получали смертельные ранения и один за другим падали на землю, в полнейшей, исключительной тишине. Мимо бронетранспортёра кто-то пробежал, и майор услышал характерный стук падающей гранаты. Не медля ни секунды, он скатился с машины на землю. Последовавший за этим взрыв разнёс бронетранспортёр в клочья. Выхватив из кобуры пистолет, Ётун бросился к одному из своих сержантов, спина которого маячила впереди.
Он увидел, что его люди снова стали валиться на землю мёртвыми. Стрельба велась не с крыш зданий. Они были слишком плохими укрытиями. И это ещё более усложняло обстановку. За какую-то минуту дюжина его солдат рассталась с жизнью. Единственное, что нарушало крики умирающих солдат это странный треск и шуршание, раздававшееся до того, как очередной солдат вермахта умирал.
- Уходите от стен! Быстро убирайтесь от стен! – заорал он своим людям. – Эти гады палят по нам сквозь двойную кирпичную кладку! Они внутри.
Впрочем, танк не доехал до ощетинившихся оружием эсесовцев. На полном ходу он врезался в здание школы, развалил стену и безнадёжно забуксовал в обломках. Из открытого люка машины вился чёрный дым.
Одна из легковых машин спешила на соединение со своим командиром, разбрасывая из под колёс каменную крошку и грязь. Водитель был жив, но пулемётчик безжизненно висел на железном раме державшей МG-34 .
- Слушайте меня внимательно! – обратился он к своим солдатам. – Мы должны выкурить этих трусливых ублюдков из укрытий и уничтожить их. Нас больше и мы…
Дальнейшее майор воспринимал, словно сквозь сон. Мысли в голове вязли и путались, громоздясь, друг на друга. Увиденное со стены воспринималось контуженым майором сквозь кровавую пелену. Он не был уверен, что всё, что он видит, происходит на самом деле. Раньше ему казалось, что на Восточном фронте он повидал ВСЁ, но он ошибся.
Солдаты, сбившиеся на площади, не видели этого, так как здание столовой закрывала от их глаз произошедшее. И это было даже лучше. Увидев мгновенную смерть своих товарищей от рук противника, они бы обязательно пали духом, что отразилось бы на их боеспособности. Противник, владеющий такими навыками – слишком опасен.
Опираясь руками на забрало лагерной стены, майор попытался подняться на ноги. Волна тошноты вывернула его внутренности. Пустой желудок содрогался в попытках освободиться от лишнего, но напрасно. Последний раз майор принимал пищу более двадцати часов назад.
Пошатываясь, Ётун направился на площадь. Склонившись над обгоревшим телом, распростёртым на земле, он поднял автомат и продолжил свой путь. Глаза заливала кровь, текущая из рассечённого лба. Тошнота прижимала к земле. Кое-как Ётун добрался до линии залёгших на земле солдат. Осев на камни, он застонал от боли. Солдат, находящийся на расстоянии вытянутой руки от него кинулся на помощь к окровавленному командиру.
- Быстро ко мне старшего офицера, солдат!
- Герр майор командование взял на себя сержант Берг. Мы думали, что вас убили.
Прижавшись к земле солдат, по-пластунски пополз исполнять приказ.
Осторожно стирая бинтом, кровь со лба, майор поглядывал в сторону невидимого противника. Размышляя о том, что рано или поздно у стрелков в чёрном кончаться патроны и тогда у его людей появится шанс прижать их к горящей пристани. Рядом, что-то зашуршало, и Ётун увидел подползающего к нему солдата с сержантскими нашивками. Им оказался тот самый пожилой солдат. Надо бы поощрить вояку, - подумал майор. Сейчас так редко встречаешь толковых подчинённых.
- Сержант я хочу, чтобы вы немедленно связались с людьми в храме. Это они вызвали нас на помощь, объединив силы, мы сможем раздавить противника, - чеканя слова, произнёс Ётун.
- Всё уже сделано герр майор. Они вот-вот должны присоединится к нам. Их задержка произошла из-за загородившей вход башни подбитого «Тигра», но я приказал сдвинуть её с помощью оставшейся у нас «Мерседеса». Дело двигается.
Посмеиваясь и весело поглядывая на своего командира, сержант проговорил:
Раздавшийся громкий хлопок оповестил майора о потере последней технической единицы, в лице автомобиля «Мерседес» 1941 года выпуска. Однако сержант был прав. Башня влекомая металлическим тросом с горящим автомобилем на другом конце, катилась по ступенькам вниз. Двери храма отворились, выпустив наружу два десятка вооружённых людей в форме без опознавательных знаков.
Палец два раза надавил на спусковой крючок, и эсесовец упал на землю с развороченной грудной клеткой.
Пустой магазин пистолета упал к ногам, и девушка потянулась за следующим. Рука её шарила по ремню, но не находила ничего. Опустив взгляд, Эльза поняла, что патроны для «Севера» кончились, также как и боеприпасы для «Пираньи». Рюкзачок за спиной был безнадёжно пуст. Из всего оружия на данный момент она имела одну гранату «Ш-1» и пару метательных ножей.
Вынув из ножен нож, она ответила:
Звук выстрела на том конце рации, заставил её забеспокоится о напарнике.
- Ничего особенного истратил последний патрон в пистолете. Теперь я на мели, - возник в эфире Лотт.
- Подожди меня, скоро я к тебе присоединюсь, - прервал связь Лотт.
Треск дерева над головой заставил девушку отскочить от ящиков и метнуть нож в мелькнувший над ней силуэт.
Удар был удачный. Её нога выбила оружие стоящего за её спиной солдата. Описав в воздухе дугу, автомат улетел в огонь, пожирающий пристань справа от неё. В следующий момент сильный удар в грудь опрокинул Эльзу на спину, заставив, на этот раз, её обронить трофейный автомат.
Правая нога девушки обвила руку эсесовца и резко ударила в основание головы. Хруст, раздавшийся следом и потухающий взгляд её противника, привёл в бешенство второго солдата. Отшвырнув в сторону своё оружие, он, рыча, кинулся к девушке.
Коротким, но сильным ударом она ударила своего противника головой в переносицу. Хватка ослабела, и «кузнец» потерял контроль над девушкой. Вскинув руки вверх, Эльза выскользнула из его тисков. Не теряя времени, она, крутанувшись, ударила громилу ногой в промежность.
Удар достиг цели и, задыхаясь «кузнец» опустился на колено, часто хватая ртом наполненный дымом воздух. Эльза нырнула под склонившегося противника и, схватив его за плечи, метнула через себя. Сметая всё на своём пути «кузнец» полетел в груду мусора за её спиной.
Шаг назад спас девушку от черепно-мозговой травмы, разнеся в пыль доски пристани. Правая нога Эльзы ударила по торчащей из досок трубе, а сжатый кулак ударил в шею «кузнеца». Противник огласил окрестности воплем боли и освободившимися руками снова схватил девушку поперёк тела и прижал к себе. Словно огромный бутерброд они грянулись о доски. Дыхание её перехватило, а наушник рации, выпав из уха, оказался под ногами «кузнеца» (где и был в следующий момент раздавлен). Воспользовавшись последствиями своего удара, эсесовец сжал горло Эльзы. Воздух перестал поступать в горло, и лёгкие девушки охватил огонь. Теряя сознание, она выхватила из перевязи на груди метательный нож и ударила им своего душителя под рёбра.
Тем временем глаза противника начали стекленеть, из уголка рта струйкой текла вязкая кровь, но хватка рук не ослабевала. Через долгую, ужасно долгую секунду, из-за плеча «кузнеца» вытянулась чужая рука и, схватив его за подбородок, резко дёрнула на себя. Огромные волосатые руки безвольно расслабились и отпустили шею многострадальной Эльзы.
- Извини, я виноват. Ещё чуть, чуть и я бы опоздал.
- Ничего, главное, что ты, в конце концов, успел.
Принимая из его рук трофейный автомат, и пару запасных магазинов к нему, девушка спросила:
Взъерошив рукой, светлые волосы цвета спелой пшеницы, Лотт ответил:
Жеманно закатив глаза, Эльза сказала:
- Ты права, - убрав с лица улыбку, произнёс Лотт. – Скорее всего, мы попадём в Ад. Мы уже нарушили, по крайней мере, одну божью заповедь.
- Самую главную, - ответил Лотт помогая Эльзе подняться с ящика, на котором она отдыхала. - Не убий.
Пули ударялись о гранитную поверхность скалы, плющились и падали рядом с вжавшимся в землю Крисом. Ему положительно не нравилось такое времяпровождение. Пора было убираться отсюда.
Жрецов оказалось около трёх десятков, и вооружены они были пулемётами и гранатометами, что наводило на мысль об оружейном складе находящемся внутри храма. Эльза и Курт слишком поздно заметили сдвигающую башню танка машину и не смогли повлиять на события. Однако обвинять их было трудно. Слишком интенсивный огонь вели сбившиеся в кучу на площади эсесовцы.
Всего пятнадцать минут назад он отдал приказ Руделю и Керллу уничтожить подземный склад боеприпасов. Его задание было выполнено, да так, что земля на всём острове подпрыгнула под ногами. Но после этого, атаки эсесовцев ещё более усилились. Им наверняка не понравилось принятое Крисом решение.
В данный момент ситуация была такова. «Ровной линией» его люди отступали в сторону пристани, превращая в огневую точку любое укрытие, пока его не разносил в клочки заряд гранатомёта. Сам Крис, Кордт и Шрамм в данный момент удерживали противника в двадцати метрах от полуразрушенных домиков, в которых ранее проживали офицеры острова. Помогали им в этом поваленные пулемётные вышки, а также куча других нагромождений образовавшихся после их фейерверка. Здесь было полным полно всяких ящиков, тюков, бочек и досок, выгруженных, скорее всего недавно прибывшей сюда подводной лодкой - всё это барахло предназначалось для нужд лагеря.
Чуть левее и немного позади их позиции, почти вплотную к горящей пристани, сражались Эльза и Курт. Связавшись с ними, он узнал, что их боеприпасы закончились и сражаются они главным образом трофейным оружием. Справа от него героически отступали Рудель и Керлл.
Крис попробовал установить с ним мысленный контакт, так как устройство связи Зигфрида по-прежнему не работало, но то ли науку хранительницы он так и не постиг в полной мере, то ли ещё по какой-либо причине, узнать ему удалось немного. Единственное, что успокаивало это то, что Зигфрид был жив.
Устройство связи зашипело и выдало голосом Руделя:
Скрючившийся рядом с ним на земле Кордт напряжённо замер, вслушиваясь в сообщение.
- Взорвав склад, мы отступили к обломкам столовой, - объяснял хриплый голос на том конце. – Здесь они нас и зажали. Окружили. Патроны на исходе и, кажется, эти сволочи догадываются об этом. Думаю, они вскоре прикончат нас. Блеснуть искусством рукопашного боя не придётся, они просто изрешетят нас.
Рядом с ним зашевелился Кордт, явно ожидавший решения командира. Выражения лица было скрыто уцелевшим шлемом, но Крис знал, что моряк готов броситься на помощь товарищам.
- Ничего не предпринимайте, ждите моего сигнала. Идём вам на помощь.
- Мартин как ты относишься к тому, чтобы немного побыть в одиночестве?
- Отношусь к этому неплохо. Только возьми с собой Тео, он тебе пригодится.
- У тебя как с патронами? – задал он вопрос товарищу.
Удовлетворённо кивнув, Крис сказал:
Заставив одного из противников повиснуть на клубке колючей проволоки, Шрамм ответил:
Сказав всё, что должен был сказать, Крис повернулся к Кордту.
- Да даже две. Одна «Ш-2» и одна «В-Z».
Кивнув, Тео прильнул к осколку скалы, за которым они прятались.
- Знаю, что каждый патрон на счёту, но не мог бы ты, положить этих рябят на землю?
Со стороны укрытия противника раздавались крики и стоны. Отрадно было знать, что боеприпасы потрачены не впустую. Змейкой они доползли до желанной цели, и взвалив на себя тела, отправились обратно. Когда они уже скрывались за куском скалы, тело на спине Криса содрогнулось от двойного попадания. Вслед за этим эсесовцы вновь открыли бешеную стрельбу, в облако поднятой взрывом пыли.
Объяснять, что он задумал, Кордту не пришлось. Быстро раздев трупы они стали переоблачаться в серую полевую форму СС. Кордту удалось полностью соблюсти порядок обмундирования. Натянув чуть коротковатые штаны прямо на «Хамелеон», он надел мундир прямо на бронежилет. Завершила перевоплощение натянутая на глаза кепка. Признать в нём своего противника церберы не смогли бы.
Натянув поглубже на глаза кепку (тоже заляпанную кровью) Крис протянул Кордту два метательных ножа.
Взмахнув рукой, Крис продемонстрировал товарищу широкий ствол «Скорпиона» вывалившийся из рукава.
* * *
Всё куда-то исчезло, и Зигфрид оказался на площади русского села. Перед ним стояла шеренга пленных. Здесь были старики, молодые девушки и безусые юнцы – все они сопротивлялись вторжению германских войск в селение. Это было глупо, но достойно уважения.
На площади слишком много гестаповцев и эсесовцев. Они не принимали участие в захвате села. Это не их дело. ИХ дело сеять страх и боль.
Кажется, толстомордый устал орать. Смахнув платком со лба капли пота, он уставился на Зигфрида и его солдат. Гестаповец прочёл в их глазах сочувствие к пленным. Глаза его бешено засверкали. Бросившись к стоящим позади Зигфрида солдатам, он заорал на них. Перед ним не опустили глаз, не спасовали перед его званием. Это ещё более взъярило его. Стащив с плеча одного из солдат автомат, он передёрнул затвор и приказал владельцу оружия открыть огонь по пленным. Этого не ожидал никто. Зигфрид был шокирован и думал, что всё ещё обойдётся. Как он был глуп.
Вскинув автомат, эсесовец расстрелял его солдата. Площадь замерла.
Картинка снова сменилась. Теперь он находился в маленькой комнате без окон и без дверей, пол которой был залит кровью. Попытки выбраться из неё ничего не давали. Но ему надо было обязательно куда-то идти. Но куда? Зачем? Он не помнил.
* * *
До позиции эсесовцев обстреливающих Руделя и Керлла оставалось несколько десятков метров. Когда пришло время разделятся (заранее было договорено, что Крис снимает стрелков справа от Макса и Гюнтера, а Тео слева) Кордт недовольно произнёс:
Согласно кивнув, Крис остановился возле трупа солдата, сжимавшего в руках пулемёт. Запрокинутая голова молодого парня была залита кровью. Белокурые волосы потеряли свой цвет под воздействием пота, крови и грязи. Здесь же в ногах мертвеца валялась опустевшая пулемётная лента. Обшарив карманы трупа на предмет наличия боеприпасов, он нашёл две наступательные гранаты. Одну сунул к себе в карман, другую подал Тео. Убедившись, что труп обильно кровоточит, Крис взвалил его на плечо.
- Только если они не знают каждого солдата здесь в лицо, - пробурчал моряк.
Сосредоточившись, Крис послал осаждённым товарищам мысленное сообщение, содержащее описание его нынешнего облика. Не хотелось всё-таки, чтобы тебя подстрелили собственные товарищи. Как можно глубже натянув на глаза кепку и прижав к себе ношу, он решительно направился в сторону выстрелов.
Остановившись, Крис отчеканил:
Поведя стволом автомата из стороны в сторону, часовой требовательно спросил:
Не минуты не задумываясь, Крис соврал:
- Рядовой ты сам ранен? – чуть опустив ствол оружия к земле, спросил часовой.
Кажется, часовой поверил объяснениям Криса. Опустив автомат, он нетерпеливым жестом предложил Крису следовать за собой. Пропетляв немного среди кусков полуразрушенных зданий и переступая через многочисленные трупы в эсесовской форме, они вскоре оказались около полуразрушенной бетонной стены.
Часовой приведший его сюда, обратился к мужчине рассматривающем в бинокль, что-то находящиеся вне поле зрения Криса.
Отложив бинокль в сторону, брат Дюнкерк не торопясь обернулся к пришедшим.
Тот, кого называли братом Дюнкерком, задавал ему ничего не значащие вопросы, из которых Крис понял, что жрецы не знают всех обитателей острова. Отвечая на вопросы, он посматривал по сторонам и в полной мере оценил силы жрецов.
В общем, позицию жрецы выбрали отнюдь не дурственную. Он видел, что справа и слева от его товарищей были сплошные завалы, выбраться по которым, под огнём противника, было невозможно.
Удовлетворившись допросом новичка, брат Дюнкерк обратился к Крису:
Крис попытался изобразить скорбь, на что получил неожиданное одобрение жреца. Похлопав его по плечу, тот сказал:
Осторожно опустив свою ношу на землю рядом с другими мертвецами, Крис обернулся к Дюнкерку. Что-то изменилось в лице Дюнкерка. Он замер внимательно рассматривая, что-то на груди Криса.
Глупец. Прокололся как мальчишка. Да грудь его действительно была обильно залита кровью, но небольшой участочек как назло остался чист. Крис совсем забыл, что на Гиблоне находилась эсесовская школа и преподаватели должны знать, как обращаться к своим ученикам. На его груди красовалась нашивка с именем и фамилией хозяина формы. И конечно они отличались от названных им ранее. Поняв свою ошибку, он понял, что настала пора действовать.
Подхватив оседавшего Дюнкерка, он очередью из его автомата расстрелял ничего не подозревающих четырёх жрецов. В ответ, один из оставшихся в живых изрешетил тело Дюнкерка, прикрывавшее Криса. Ему пришлось бросить тело симпатяги и, откатившись в сторону воспользоваться «Скорпионом». Первый выстрел взорвал голову стрелка, а второй разнёс грудную клетку гранатомётчика.
* * *
Глупое, бесцельное наблюдение за последствиями взрыва было прервано голосом Кордта раздавшемся из-за спины Криса.
Рядом с Кордтом стояли здоровые и счастливые Рудель и Керлл. У всех троих в руках были трофейные автоматы.
- Пришлось метнуть в эсесовцев гранату, - расстроено пояснил Тео. – Большинство оружия пришло в негодность. Извини командир.
- Не извиняйся. Мне как видишь тоже нечем похвастаться. Сколько эсесовцев было у тебя?
- Все жрецы?
Пока Крис разговаривал с Кордтом, Рудель отыскал среди тел исправный МР-40 и три магазина к нему. Керлл нашёл новенький «Люггер» и патроны к нему. Пулемет, извлечённый Крисом, тоже оказался в порядке. Половина ленты всё ещё содержала патроны. Таким образом итогом их операции стало приобретение четырёх автоматов, пулемёта и пистолета, плюс небольшой запас патронов к ним. Это было конечно лучше, чем ничего, но все понимали, что имеющегося хватит на несколько минут боя.
Отбросив форму в сторону Крис уже было хотел отдать приказ о немедленном выступлении, когда раздавшиеся откуда-то голоса заставили его прислушаться. Рудель ловко вскарабкался на кусок закопченной стены и вглядываясь во, что-то впереди негромко сказал:
- У нас нет на них времени, - сказал Крис, закрепляя свой нож на груди. – Немедленно выступаем. Макс и Кордт впереди, Гюнтер замыкающий. Я догоню вас через несколько минут.
Когда впереди замаячила спина Керлла, он услышал хлопок взрыва и крики, раздавшиеся позади. Брат Дюнкерк выполнил свою последнюю задачу. Спасибо ему за это.
И снова они окружены. Четыре десятка эсесовцев сжимали кольцо вокруг них. Крис отбросил в сторону опустевший автомат и метнул гранату в группу солдат. Рядом с ним постоянно держался Кордт, экономными очередями полевавший противников. Разнеся из «Скорпиона» в дребезги голову выскочившему на них жрецу, Крис сосредоточился и мысленно приказал всем отступать к двухэтажному деревянному складу, находящемуся позади них. Этот склад был единственной постройкой на пристани, не охваченной огнём.
Подобрав обронённый жрецом автомат и обшарив тело противника на предмет боеприпасов, он вместе с Кордтом пересёк оставшиеся метры до склада и в несколько секунд забрался на него. С крыши им было видно большую часть картины боя.
Оглядев своих подчинённых, Крис заметил, что на Руделе отсутствует шлем, а у Керлла кровоточит раненное плечо. Приказав Тео оказать первую помощь товарищам, Крис снова повторил свой мысленный приказ. Его беспокоило отсутствие Курта и Эльзы. За Шрамма он не беспокоился, он знал, что тот позаботиться о себе сам.
Пулемётная очередь выпихнула из огня тело в эсесовской форме. Вслед за этим, подогнув ноги к груди, из огня выпрыгнул Мартин Шрамм. В его руках блестел МG-42, а за спиной висела пара МР-40. Каким образом несносный Мартин раздобыл пулемёт и два автомата, было не понятно. Умудрившись взгромоздиться с этой кучей железа на крышу склада, Мартин весело приветствовал их.
Побледнев от боли в плече, которое бинтовал ему Кордт, Рудель сказал:
- Я смотрю Рудель вы совсем пали духом? Конечно видь под вашим задом нет кресла, а кресло не находиться в танке, - весело поддел товарища Шрамм. – Не бойтесь Макс, раньше смерти не умрём.
- Извините братцы запасной магазин только один. Делите его сами.
Расправив пулемётную ленту, Мартин протянул оружие насупившемуся Руделю.
- Не беспокойся, у меня тоже кое-что есть.
- Сколько там у тебя патронов? – проверяя состояние своего автомата, спросил Керлл.
- Чёртов фокусник, - развёл руками в стороны Рудель, - как тебе удалось сэкономить патроны. У нас ни у кого не получилось.
Взмахом руки Крис прекратил болтовню товарищей и с остервенением уставился в огонь под ними.
Когда до стен склада осталось половина проделанного ими пути, им под ноги выкатился железный кругляш гранаты. Эльза метнула свой нож в не слишком расторопного противника и попыталась скрыться от взрыва. Громкий хлопок подбросил их с Куртом в воздух, а затем швырнул их на горящие доски пристани.
Их выстрелы привели в чувство Лотта. Перекатившись по доскам к Эльзе он схватил её рукой за пояс и подняв над землёй бросился к складу.
Когда Кордт нырнул внутрь здания, чтобы оказать прибывшим первую помощь, Шрамм спросил Криса:
Пристально взглянув на Мартина, Крис ответил:
- Приятно слышать, что наш командир не потерял присутствие духа. И как же зовут нашу надежду.
* * *
Внезапно лицо девушки появилось снова. Кровавая комната, окружавшая Зигфрида, стала постепенно становиться прозрачной и невидимой. Зигфрид чувствовал, что вот-вот услышит, что пытается объяснить ему девушка, но накатившая изнутри волна боли оборвала готовую возникнуть между ними нить.
* * *
- Не знаю! Он вот-вот должен был прийти в себя и вдруг, всё сорвалось, - прокричала в ответ Эльза. – Наверное, его слишком сильно контузило. Ему больно. Ему плохо.
- Курт! – закричал сквозь раскаты выстрелов он.
- Бери Эльзу и спускайся с ней на первый этаж. Эта какофония не даёт ей сосредоточиться. Да и пули сюда залетают. Я знаю, что у тебя неплохо получается мысленное общение, поможешь ей связаться с Зигфридом.
Выскочив на обстреливаемую эсесовцами и жрецами крышу, Крис обратился к своим товарищам:
Голос подал сидящий на скате крыши Керлл:
Заняв своё место рядом с Мартином, Крис распорядился:
Отползая от края крыши и протягивая своё оружие Кордту, лётчик спросил:
Выпустив пулю по ползущему к складу эсесовцу, Крис недовольно пояснил:
Рассматривающий, что-то внизу Шрамм крикнул в след удаляющемуся Керллу:
Когда Керлл исчёз внутри склада Рудель, расположившийся с пулемётом на коньке крыши, обратился к товарищам:
Пессимистическое заявление Руделя было прервано криком Криса. Сквозь объективы шлема он увидел смутный силуэт неправдоподобно высокого солдата с гранатомётом в руках. Попади в них такая штука, и всё было бы кончено.
Поведя стволом в сторону противника Мартин сделал один единственный прицельный выстрел. Великан взмахнул руками и шлёпнулся на тлеющие доски пристани, подняв в воздух столб весёлых искр. Однако гранатомётный снаряд прочертил воздух и вдребезги разнёс кучу ящиков под стенами склада. Крис видел, что дерево взялось огнем, и маленькие пока язычки пламени, жадно, с упоением зализали стены их убежища.
Вихрь пуль пронёсся над их головами. И из огня, не сбавляя скорости, по направлению к складу, бросились три десятка эсесовцев.
* * *
По их шевелящемся губам, Зигфрид понял, что троица синхронно повторяла одну и ту же фразу. Страшно хотелось услышать их. Хотелось вспомнить их. Но что-то мешало. Голоса погибших товарищей, обрывки воспоминаний и горечь разочарования, заполняли собой всё. Комната окружающая его, давила со всех сторон и не давала вспомнить лица тех, кто предстал перед ним. Однако Зигфрид боролся со своим прошлым.
Прошлое предприняло последнюю попытку оставить его в камере залитой кровью, голоса и воспоминания обрели чёткость, а боль, накатившая изнутри тела, стала практически нестерпимой. Но помощь пришла. Неожиданно всё вокруг него стало стремительно изменяться. Кровь исчезла с пола и стен окружающего его помещения, а видения его товарищей (теперь он знал, что они его товарищи) обрели масштабность. В тот момент, когда стены его камеры исчезли (рассыпались как песочные), Зигфрид услышал, что всё это время они ему говорили. Звуки стали доступны ему. Троица вещала:
Он вспомнил, кто он. Вспомнил где он. Он открыл глаза.
* * *
- У кого-нибудь есть с собой сканер? – прервал молчание Крис.
Внимательно обозревая окрестности, Крис чертыхнулся.
- Нас окружает как минимум ещё два, два с половиной десятка противников, - прокомментировал свои наблюдения Крис.
- Возможно, я разделил бы твоё мнение Мартин, - сказал Крис, продолжая сканировать местность. – Но наши противники вооружены автоматами, пулемётами и гранатомётами. У нас же боеприпасы закончились. Да и отсидеться тут мы не сможем, склад уже начал гореть. Так, что думаю, следующая атака станет для нас последней.
- Выход существует всегда командир. И ты это знаешь не хуже меня, - сказал он. – И даже если нам суждено погибнуть, мы не дурственно поработали сегодня.
- Думаю, что в случае если бы удалось привести в чувство Зигфрида, нам удалось бы утереть нос Совам. Но на это у меня мало надежды.
Снимая с головы шлем и вдыхая ароматный утренний воздух, Крис ответил:
- Но откуда они взялись на острове? Ведь из лагеря нет даже ворот.
Спихнув ногой с крыши склада свой автомат, Кордт спокойно, без эмоций, заметил:
- Они просто не доверяют нам. А на счёт жара и чужих рук ты не прав, - не согласился с товарищем Шрамм. – С их возможностями они могли очень быстро ликвидировать всех на этом острове и без нас.
- Возможно это испытание для нас. Возможно, что-то действительно пошло не совсем, так, как они задумывали, - высказался Шрамм, щурясь от первых лучей просыпающегося солнечного диска.
- Может быть, - внезапно оживился Шрамм. – Но согласитесь, если мы всё-таки выживем, Совам будет трудно отвернуться от нас.
- Не капли. Я объективен, - сказал Шрамм.
Четыре пар глаз с надеждой уставились на него.
- Зигфрид пришёл в себя. Он попытается нам помочь.
- Кажется мне, что это единственная хорошая новость за последние время, - задумчиво проговорил молодой аристократ одевая на голову шлем.
- Единственное, что меня радует, - заявил Шрамм, - это то, что дым мешает, как следует прицелиться, этим настырным парням.
* * *
Он торопился, так как знал, что новой атаки противника его товарищи могут не пережить.
Дыхание сбилось, а ноги подкосились. Зигфрид упал на покрытую камнями землю, больно ударив колени. Нет, так я не смогу никому помочь, - понял он.
Постаравшись расслабиться (хотя стоя на коленях посреди усыпанной трупами площади, с тупой болью по всему телу, от которой хотелось потерять сознание, было это очень не просто), он представил себя рекой, текущей по бескрайней равнине. Нет даже не рекой бескрайним океаном. Зигфрид даже не ожидал, что ему удастся так просто прислушаться к своему непослушному, израненному телу.
Десяток глубоких вдохов и выдохов запустил в его организме невидимый механизм уничтожения боли. С каждым новым вздохом боль становилась всё слабее. Мозг прояснился. Всё члены организма налились силой и бодростью. Зигфрид знал, что это состояние не продержится слишком долго. Однако на полчаса оно останется стабильным и неизменным.
* * *
- Знаешь, командир, а это совсем не плохая идея, - широко улыбаясь, сказал весельчак Керлл. – По крайней мере, теперь мы точно не сгорим.
- А вот интересно когда здесь бывает прилив, - смывая с лица копоть, произнёс Рудель.
- За, что я тебя люблю Мартин, так это за твой чёрный юмор, - недовольно проворчал Рудель в тщетных попытках улучшить свой внешний вид.
Над их головами уже несколько раз раздавались торопливые шаги и гортанные команды. Эсесовцы, наученные горьким опытом, очень осторожно и медленно продвигались к зданию во всю полыхающего склада. Они всё ещё ожидали неожиданной атаки или очередного подвоха с их стороны.
- Курт опусти меня на землю, - раздался слабый, но недовольный голос пришедшей в себя Эльзы. – Ты так прижал меня к себя, что я задыхаюсь.
Крису вдруг стало ужасно жалко эту девушку. Почему она должна выносить всё это? За, что? Глупое, несвоевременное чувство, длившаяся всего секунду, была безжалостно подавлено им. Эта девушка солдат, такой же, как и он. Она здесь по собственной воле. Это её выбор.
- Как ты себя чувствуешь?
- Бывало и лучше.
- А где это мы? Куда вы меня затащили?
Прижав палец к губам, Шрамм жестом показал всем, что кто-то остановился над ними.
Доски завибрировали, говоря о приближении к говорившему нескольких пар ног.
- Конечно, не подают идиот. Склад охвачен огнём. Они уже или сгорели, или ускользнули прямо из-под нашего носа.
Включив прибор и покрутив колёсики настройки, Крис увидел над собой четыре человеческих силуэта. Что ж, их не так много, - подумал он. Но кто знает, сколько эсесовцев вокруг? Если бы только у нас остались патроны к бесшумным пистолетам. Был бы шанс ещё немного подсократить население острова.
Тот, кого называли господином, продолжал резко выражать своё недовольство.
- Господин дело в том, что германцы боятся, - попытался оправдаться обладатель звонкого голоса.
- Они говорят, что нескольким диверсантам не под силу уничтожить стольких солдат. Германцы уверены, что во всём виноваты какие-то призраки.
- Думаю да. Я со своими братьями не могу эффективно противостоять противникам. Нас слишком мало. Всего шестеро. Германцы в большинстве.
Один взгляд, мимолётом брошенный на Шрамма, заставил его забеспокоиться об их ближайшем будущем. Змеиная улыбка Мартина говорила о том, что он что-то задумал.
На мысленный вопрос Криса о том, как он собирается это сделать, Мартин потыкал пальцем в доски над своей головой.
Вытянув из рукава «Скорпион», Крис принял решение. Мысленно приказав Руделю связаться с Зигфридом, чтобы узнать, как далеко он располагается от них, а сам, стараясь не шуметь, подошёл (подплыл) к Мартину.
« - Как ты собираешься оказаться наверху? – спросил товарища Крис.
- Не боишься, что что-нибудь отшибёшь себе?
- Возьми «Скорпион» в нём осталось два патрона.
- Тогда возьми мой нож.
Достигнув обоюдного согласия, они принялись в две пары глаз внимательно изучать расстилавшиеся над ними доски. Практически сразу Крис обнаружил наиболее подходящее для плана Мартина место. Целый участок досок, рассматриваемый им, был повреждён огнём. К тому же от высокой температуры дерево сильно деформировалось и изогнулось. О своей находке он немедленно сообщил Мартину. Ткнув пальцем в доски над своей головой, молодой аристократ жестом подозвал к себе товарища.
Времени было в обрез. С одной стороны не хотелось попасть под огонь Зигфрида, а с другой адепт Чёрного ордена мог покинуть занимаемую ими, позицию.
«Я подстрахую тебя», - заверил товарища Крис.
Адепт – мужчина лет шестидесяти пяти-семидесяти, с безукоризненной осанкой и молодыми глазами во все глаза уставился на то, что возникло из-под его ног, буквально в двух шагах. Напротив адепта стоял высокий, поджарый человек в чёрной форме без опознавательных знаков, а за его спиной маячили два вооружённых эсесовца. Удивленны случившемся, они были не меньше.
Склонившись над залитым кровью деревом, чтобы подобрать оружие Шрамм заметил чуть левее от себя движение. Рука вскинулась, и из клубов дыма вывалилось тело.
Крутанувшись через голову, Шрамм метнул второй клинок в возникшую перед ним тень. И вот уже несколько очередей расщепляют дерево у его ног, а до выломанного им отверстия так далеко – пять или шесть шагов.
В следующие мгновение, растянувшиеся для Мартина в несколько минут, два пронзительно громких выстрела сбили противника с ног и опрокинули эсесовца в провал.
Снова оказавшись по пояс в воде Крис, сдирая с мёртвого солдата оружие, прокричал товарищу:
Мартин и Крис преодолевая сопротивление воды ринулись за остальными, молясь чтобы пули уходящие в воду у их ног, не находили себе цель. Утреннее солнце проникало сквозь многочисленные отверстия, наполняя пространство вокруг них солнечными зайчиками.
* * *
Что стало причиной его смерти? Два огромных отверстия в груди или осколок гранаты, распоровший живот? Теперь это было не важно.
Она видела, что перестрелка внизу закончилась и на поля боя вышли восемь человек. Отчего-то она знала, что перед ней обыкновенные люди, её соотечественники.
* * *
Ещё совсем недавно стоя на крыше госпиталя Крис видел перед собой страшную картину нарисованную смертью. Но то, что предстало его взору сейчас, было несравнимо с предыдущими горькими впечатлениями. Десятки изувеченных трупов были разбросаны по территории лагеря.
Два десятка эсесовцев вповалку лежали на земле между двумя зданиями, с откровенным непониманием в глазах. Они так и не поняли, что стало причиной их смерти. Бронебойные пули не оставили им шанса разя сквозь стены.
Носок запыленного ботинка Криса погрузился в лужу крови натёкшую из развороченной шеи молодого блондина с сержантскими нашивками. Впрочем, крови вокруг было предостаточно.
Зрелище, надо сказать, было то ещё. Крис понял, что не только на него одного навалилась внезапная усталость. Товарищи его, бесспорно, испытывали нечто подобное.
Напротив лётчика прямо на земле расположился Рудель с интересом наблюдавший за попытками товарища. Сидящий напротив Макс, бесспорно, знал, как починить сломавшуюся вещь, но помощи не предлагал, а только устало улыбался, глядя на мучения товарища. Лицо танкиста было чёрное от копоти, а на лбу кровоточила глубокая царапина.
Облокотившись на кучу щебня, на земле сидел Лотт. Быстро работая руками, он делал себе перевязку на правой ноге. Пуля или осколок вскользь задели ногу, практически раскроив штанину надвое. Его отстранённое выражение лица выдавало глубокий мысленный процесс. Интересно о чём он сейчас думает?
А помощь ему действительна была нужна. Зигфрид был бледен, глаза его ввалились. Сгорбившись, он облокотился на пулемёт, отклоняя попытки Эльзы опустить его на землю. «Хамелеон» его лохмотьями разметался по широкой груди и не скрывал пробитый в нескольких местах бронежилет. По ногам Зигфрида текла изумрудного цвета жидкость (гелиевый наполнитель, предназначенный для смягчения удара, вытекал из его брони). Многочисленные мелкие царапины покрывали лицо Глагау. На правой щеке пузырился волдырь от ожёга. На лицах его товарищей была усталость.
Покрутив головой Крис быстро обнаружил потерявшегося. Мартин слонялся среди развалин. Время от времени он склонялся над чем-то, лежащем на земле, затем подымался снова, и продолжал свой поиск. Наконец Крису удалось понять, смысл его действий. В очередной раз, разогнувшись, Мартин поднял метательный нож и поместил его в специальный чехол на груди. Таким образом, все метательные ножи оказались на своих местах. Как всегда Шрамм был предельно аккуратен и осторожен в обращении с оружием. Довольно улыбнувшись своей последней находке, Мартин направился к остальным.
- Я знаю, что все устали, но у нас ещё много работы.
- Курт, Тео и Макс должны прочесать остров и избавиться от живых. Возьмите с собой сканер, он поможет вам сделать это быстро. Мартин и Гюнтер отправятся за ящиком с подлодки и принесут его сюда. Эльза останется с Зигфридом и окажет ему помощь. Через час встречаемся здесь же. Будет произведён сеанс спутниковой связи. Прошу поторопиться.
- Неплохо было бы допросить кого-нибудь из «нежданных гостей» на предмет их неожиданного для нас появления, - задумчиво произнёс Шрамм, постукивая пальцами по трофейному автомату.
- Да конечно, - согласился он с предложением. – Курт, попытайтесь обнаружить кого-нибудь способного говорить.
Кордт же был остановлен новым распоряжением Криса:
Когда тройка скрылась с глаз, Крис повернулся к Керллу и Шрамму: