Страница 49 из 96
– Ну, расскажем, про разделителей? – спросил Барти.
– Конечно, – сказала Ива уверенно, а вот Грегори засомневался.
– Нам могут не поверить. Посмотрим, но думаю Ливину рассказать нужно.
Вернулись в комнату. Килисса решилась утром ехать к изгоям и поговорить с женихом. Ливин будет ее сопровождать. Хнуги разумеется поедут с ними.
Всю ночь Грегори никак не мог уснуть, всюду мерещились черные капюшоны и змеиные улыбки. Ливин может не поверить, как верить в то, что не видишь?
Рано утром, пока солнце не раскалило воздух отправились в путь. Гроки вывели лошадей, для Ливина и баронессы. Выезжая из города, опять на луке седла Ливина, Грегори заметил фигуры в капюшонах то здесь, то там мелькающих среди домов.
Хнуги рассказали Ливину все, он задумался и всю дорогу ехал молча. Грегори немного успокоился. Ливин маг, и раз он поверил, то наверняка что-нибудь придумает.
Приехали в поселение изгоев.
– Вон они опять, – Грегори показал на разделителей.
– Не вижу, – сокрушенно покачал головой Ливин.
– Да вон же они, – подтвердил Барти, – у реки!
Эрци увидел Килиссу и засмеялся. Подбежал, подхватил на руки и закружил. Баронесса покраснела и попыталась разжать руки князя, но не получилось. Она с мольбой посмотрела на Барти, но он не заметил. И Килисса разрыдалась, уткнувшись лицом в широкую грудь князя.
Позже, все вместе сидели у костра и Ливин рассказал князю и баронессе все, что узнал от хнугов. Ливин признался, что не видит разделителей и его магия бессильна.
– Я не хочу жить вот так, – Килисса указала вокруг себя на дивов удобно развалившихся на траве, на молоко в кружках, на все.
– Я не могу жить как там, – сказал князь.
– Итак, – Ливин задумался, – что нам делать? Если мы продолжим спорить, то это только на руку разделителям.
– Стройте новый город, – сказал Барти.
– Не понимаю, – Килисса посмотрела на хнугов, на дивов.
– А ведь верно, молодец, Барти! – согласился Ливин. – Город, не город, но поселение, вы сможете начать строить. Пусть там живут дивы так, как хотят. Мы придумаем новые законы.
Утром Эрци произнес прочувствованную речь, что дивам пришло время научиться понимать друг друга. Построить новый мир, где дивы могут пить молоко или нет. Могут соблюдать ритуалы или нет. Могут есть руками или с помощью ножей и вилок. А главное смогут уважать друг друга.
Несколько дней подряд Эрци, Килисса, Ливин и дивы, которых они смогли убедить проповедовали на улицах города и среди изгоев. Многие дивы согласились строить новый порядок.
Гроки начали возводить новый дом для Эрци и Киллисы, между городом и поселением, вскоре к ним присоединились другие.
Стычки и драки между дивами прекратились. Кто хотел жил в городе, кто хотел у реки с изгоями, а кто хотел в новом городе Эрци и Килиссы.
Грегори нервничал. С каждым днем ему все сильнее хотелось уйти подальше от этого места. По ночам вместо сна приходили кошмары в капюшонах со змеиными улыбками. Измучившись, после очередной бессонной ночи он сказал, – Нам пора уходить, мы сделали для дивов, что могли, дальше они сами разберутся.
Ива и Барти согласились, и так задержались у дивов чуть не на месяц.
Ливин вызвался проводить хнугов. Рядом с домом Килиссы и Эрци их остановил див с печальными глазами. Он взял Ливина за руку и сказал:
– Дивы плохо поступают, знаете ли вы, что гроки очень умны, а их жизнь так безрадостна. Их презирают, даже заговорить с ними считается неприличным!
– Я думаю это неправильно, – поддержал дива Барти, – я с ними разговаривал, они чудесные.
– Вот, не я один так считаю! Гроки ни чем не хуже дивов и они достойны уважения!
– Да, дружище, ты прав, но нам пора ехать, – проговорил Ливин и пошел к оседланному коню. Гроки держали его под уздцы.
Грегори обернулся и увидел вокруг дива – защитника гроков нескольких разделителей. Они улыбались. Острые зубы, прозрачные глаза, лысые черепа. Они улыбались!
– Новый раскол, – понял Грегори, – будет новый раскол у дивов.
***
– Разделители, – проговорил Кирки и обернулся, – странные. Спорим ты их никогда не видел.
– Я их постоянно вижу. Они все время разделяют твой мозг с языком, – буркнул Ррорг.
Но вот вопрос, знает ли о разделителях королева, и можно ли как-нибудь их приручить? Вот приручили же ламистоксов.