Страница 51 из 99
-Ай!
-Так-то лучше, прости, - он улыбается.
-Ты сделал мне больно, что тут забавного?
Но я не могла на него злиться. Только не сейчас. Я издаю смешок, нервно покусывая губу.
-На, приложи, сейчас может снова пойти кровь, - он протягивает мне затертое покрывало, которое пахнет пылью и плесенью.
-Ну, как мы будем выбираться из этого дерьма? –спросил он после того, как убедился, что мой нос в порядке.
-Фу, что за слова? - моя мама всегда запрещала мне ругаться бранными словами, но в устах Алекса они звучат более, чем подходяще. В нынешней ситуации по-другому все это и не назовешь.
-У тебя есть план?
-Отчасти.
Я искренне надеюсь, что он сейчас скажет: «Да, детка, мы запросто выберемся отсюда», но по выражению его глаз я понимаю, что это не так.
-Для начала - надо выспаться. Нам необходимо восстановить силы. Вдруг, завтра война?
"Вдруг война" теперь всегда, постоянно и по всему миру, если от него еще хоть что-то осталось за этими стенами. Люди ведут борьбу за выживание уже не с болезнью, а сами с собой. А-2 сделала свое дело: от человечества остались горстки озлобленных людей, готовых горло перегрызть кому угодно за мешок крупы или бутылку воды. Нельзя никому доверять: каждый, абсолютно каждый может быть заразен. Это значит одно – нам осталось лишь доскакать до финишной линии.
Алекс двигается, и я залезаю на кровать, ложась боком. Место на двоих явно не хватает, но это меня волнует меньше всего. Я счастлива находиться рядом. Он укрывает нас рваным покрывалом, и становится немного теплее, хотя холод идет изнутри. Из самого сердца, оттуда, где еще теплится то, что принято называть душой.
Вскоре Алекс засыпает, все его силы уходят на восстановление, поэтому я не удивляюсь, когда слышу его ровное сопение. Мне не спится. Каждый раз, когда я закрываю глаза, меня настигают ужасные картины прошлого: сожженная заживо деревня, тело Рика, завернутое в простыню, патрульные, избивающие Алекса.
Водоворот мыслей не отпускает меня, затягивая все глубже в пучину размышлений. Ради чего все это? Почему бы мне не замерзнуть было где-нибудь в лесу? Или не заразится одной из самых первых?
Я не хочу быть выжившей, не хочу наблюдать, как гибнет человечество, убивая братьев и сестер своих из-за куска хлеба.
Мертвым быть хорошо: их уже ничего не беспокоит, они сейчас смотрят на горстку выживших и радуются, что они уже отмучались. А нам это все еще только предстоит.
Алекс тихо вздыхает за моей спиной, и я понимаю: вот ради чего стоит выживать, стоит бороться. А-2 забрала у нас все: жизнь, близких людей, наше общество, оставив погибать на руинах планеты. Но она никогда не сможет забрать любовь. Светлые чувства. Впервые у меня есть то, чем я дорожу, и, будь я проклята, если потеряю все.
Если А-2 отберет и это, то мы проиграли.