Страница 127 из 145
Слегка вру, ибо уверенности у меня никакой, но вот желание набить морду муженьку своей подруги имеется. Только пусть попробует ее обидеть, хоть слово скажет о том, что она его позорит, и тогда я…
Сжимаю зубы, приказываю себе не думать о нём, но все равно думаю. Это наваждение, это больная голова. Я же сумасшедшая, глупая и неуравновешенная. Все еще его, пускай уже не так как раньше.
Все еще чувствую палец, которого нет, все еще чувствую кольцо на пальце, которого уже нет. Мои губы дрожат, сейчас снова какая-то странная жидкость потечет с глаз. Беру себя в руки, плевать на всё, плевать на его слова, смогу жить дальше и без него. Пускай даже сейчас кажется, что жизни без него и нет. Вот знала же, знала, что он просто не может быть таким нежным, его объятия не могут быть такими желанными, его поцелуи не могут быть столь нежными. Хочу сказать, что это не он, хочу соврать себе, что это был не он. Но не верю в эту ложь, да и врать самой себе – плохая привычка.
— Ты ведь хочешь отомстить ей, я права? – сажусь на кровати, позволяю себе страшно улыбнутся.
Ника вздрагивает и смотрит на меня во все глаза, как открытая книга, все ее мысли на лице. Попала в точку, я была права.
— Это ведь она послала тебя к муженьку, я права? – все еще улыбаюсь, чувствуя сильную усталость.
Девушка кивает, ее губы дрожат от сильных эмоций.
— Если бы не она, то мой муж не возненавидел бы меня. Мои действия погубили его карьеру, он теперь никогда не простит меня.
Как же она плачется, смотреть противно. Гадкое тихое создание, готовое вонзить в спину нож за просто так.
— Ты же просто переводишь стрелки с себя на Пепу. Ты хоть иногда пробовала обвинять в своих неудачах только себя, а не всех, кто тебя окружает? Или что, все богатенькие наследники аристократии вместе с кровь приобретают гниль внутри? Ты хоть представляешь, как гадка ты сейчас, как жалка в своем стремлении? Она не заставляла тебя это делать силой, это был твой выбор. Лучше бы задницу свою подняла и просто с мужиком своим поговорила, вместо того чтобы портить жизнь единственной пока что подруге!
Конец моей гневной тирады был очевиден, это нечто заплакало и убежало все в слезах прочь.
— Дверь! – кричу ей в след, но она похоже не слышит.
— Клара? – слышу нового посетителя и слегка приподнимаюсь на локотке, чтобы увидеть высокого блондина в генеральской форме.
— Ты еще кто? – фыркнула на это чучело.
Где-то я его уже видела, скосила взгляд ниже мундира, и чуть не потеряла дар речи от счастья. Меч, тот самый, который я своровать так и не смогла! Руки привычно зачесались, больное желание к блёсточкам проснулось.
— Я Серж Волд, генерал третьей армии. Пришел чтобы…
Договорить он не успел, потому как я резко села и с улыбкой уставилась на блёсточку на рукояти меча.
— Иди ко мне моя прелесть, — прошипела с улыбкой и на четвереньках двинулась по кровати к ней.
— Девушка, вы… вы что делаете? – завопил этот обладатель моей прелести, когда руку к ней потянула.
Точно, у него же какая-то странная магия, тут так просто забрать не получится. Посмотрела на меч внимательней в кожаных ножнах привязанный к поясу. О, придумала!
— Штаны снимай и иди ко мне моя прелесть! – нервно хихикая потянула руки к своему сокровищу, но его хозяин решил, что штаны ему еще нужны и нагло сбежал.
В другой ситуации, я бы за ним бросилась, уж больно блёсточка хороша, но сил вообще нет. Только свалилась обратно на кровать и жалобно простонала:
— Дверь.
— Клара? – прозвучала фраза феноменальной редкости.
Подняла голову, чтобы посмотреть кого там принесло в мою скромную обитель. В этот раз я на четвереньки не вставала, только покрывало на себя натянула.
— Костромской, ты хоть понимаешь, что после увиденного ты просто обязан на мне жениться? – говорю очень серьёзным тоном, глядя на красного как помидор парня.
— Почему сразу я! Это ты дверь тут открыла, а я просто мимо проходил! – оправдывается.
— И ты жениться не хочешь, что вам мужикам не нравится-то? Ну сисек нет, но зато попа-то какая, и ноги ничего! Или хочешь сказать, что нет? – Подергала ножками, хотя они сейчас, наверное, грязные, я же босиком домой позавчера пришла.
— Д-да, н-нет, то есть нет, то есть да…
Он даже заикаться начал, не зная, как ответить на мой вопрос. Кто же знал, что моя голая туша способна делать людей почти заиками, которые и двух слов связать не могут. Да, шикарная способность, только применений у нее маловато.
— Ты чего вообще пришел? – спрашиваю мрачно.
— Там это, парни у полицаев интересовались, как ты. Говорили, что их главный был страшен в гневе, их самих тоже наказали, лишили стипендии и на дежурства дополнительные до конца учебы заставили ходить.