Страница 125 из 145
— Мне нужен только ребенок, маг. Всегда был нужен только ребенок, не ты, — она подходит ко мне, касается моего лица холодными пальцами.
От этого движения вздрагиваю, чувствую, как злюсь. Ребенок, не я? Так что я всего лишь почти добровольный донор? Инструмент для получения детей?
— Боюсь тебя разочаровать, дорогая великанша, но у меня не может быть детей. Я уже давно позаботился о том, чтобы такой ошибки никогда не случилось! – не скрываю своей злости, хочу ее задеть словами.
— Ошибки? – резко выдыхает она.
Плащ исчезает, я могу видеть ее перекошенное от злости лицо.
— Ошибки, моя дорогая великанша! Боюсь в тот раз это была твоя последняя возможность залететь от меня! Ибо спать с такой больной на всю голову я точно не буду,– получаю звонкую пощёчину, от которой моя злость только увеличивается.
— Отчего же я больная, некромант? Желать иметь детей нормально, а вот держать детей в банках – нет. Если бы у тебя и были дети, от кого-то другого, ты бы наверняка так же их в колбах держал, как этих. Мразь!
Глаза закрывает пелена ярости, хватаю ее за шею и поднимаю над полом, чтобы почти сразу отпустить самому. Да как у нее язык поворачивается такое говорить?! Никогда не хотел исполнить мечту своей матери, просто потому ни один ребенок не заслуживает того, что пережил я. Если бы она только знала, что может ожидать ребенка от некроманта, никогда бы не тащила бы меня в свою постель.
— Убирайся, — не смотрю на нее, — слышишь? Я сказал, убирайся, чтобы я тебя больше никогда не видел!
Отворачиваюсь, пламя охватывает меня, но я пытаюсь успокоиться. Жду, когда закроется за ней дверь, но она не уходит. Толкает меня в бок, подходит к столу и берет нож для писем. Не понимаю, что она делает, пока не становится слишком поздно, чтобы ее остановить. Она ставит правую руку на стол, левой замахивается ножом и отсекает палец с кольцом, даже не вскрикнув от боли.
— Что ты наделала?! – кричу на нее, пытаюсь залечить ее рану магией, но она отталкивает меня в сторону.
Хватает свой собственный отрезанный палец, стаскивает с него кольцо вместе с кровью и кожей и отдает эту чертову безделушку мне.
— Мне не нужно твоё кольцо, как не нужен и ты, — ее глаза и улыбка горят безумием.
Не верю, ни в одно слово не верю.
Обнимаю ее, несмотря на то что она вырывается, шепчу:
— Сумасшедшая…
Она держит свой обрубок в руке, возле живота. Кровы хлыщет с раны, но она не обращает на нее внимания, как будто боль не имеет для нее значения. Как будто я уже сделал ей намного больней, чем мог бы сделать просто, ранив тело.
— Что же ты наделала, — шепчу, делая с ней то, что не делал никогда раньше с живым – отдаю свою жизненную энергию.
Отдаю ей почти все что осталось, это занимает много сил, но я не подаю виду. Целую ее макушку на прощание. Она вырывается из моих объятий, сносит дверь с одного удара ноги и уходит. Падаю без сил на землю, только когда она скрывается из виду. Почему-то мне кажется, что в этот раз великанша ушла навсегда