Страница 170 из 224
- К сожалению, я не смогу дать тебе ответа на этот вопрос. Все это будет слишком сложным для твоего понимания. И поверь, есть вещи, о которых тебе лучше не знать.
- Но я хочу знать!- требовательно сказал Евангелион, и добавил:
- Почему ты нарушил собственное обещание, и убил человека?
- Скажу кратко.- устало выдохнул вампир:
- В ночь, когда я сделал это, у меня не было выбора. Произошло то, что выбило меня из колеи, и я просто потерял контроль над своей тьмой.
- Что же такого могло произойти, что ты пошел наперекор собственным принципам?- обеспокоенно поинтересовался ребенок, все еще желая услышать четкий ответ.
- Я действительно не могу дать тебе ответа на этот вопрос. Прости. - с грустью сказал Влад, уводя взгляд в сторону. Лицо его на мгновение стало скорбным, и вампир поспешил отвернуть голову в сторону. Делая вид, что наблюдает за лошадью, которая паслась неподалеку. Евангелион понял, что вампир не намерен отвечать. И как ему показалось, мальчик своим вопросом задел чувства Влада. Смиренно сложив руки на коленях, ребенок вновь задумался над тем, что узнал. И вскоре нарушил недолгое молчание, заставив Влада наконец повернуться к нему. Но теперь Евангелион не увидел той скорби на бледном лице вампира. Ей на смену пришел интерес.
Лицо мальчика на мгновение стало задумчивым. И тут он вспомнил о самом главном вопросе, ответ на который желал получить. Внимательно взглянув на Влада, Евангелион спросил:
- Скажи. Ты знаешь, откуда Рамзулу известно о тебе и моей маме?
Вампир нисколько не удивился подобному вопросу, словно ожидал его услышать. Тяжело вздохнув, он задумчиво посмотрел куда-то мимо ребёнка, со словами:
- Дело в том, что я был знаком с его родителями. Они были предводителями клана оборотней, что обитал в здешнем лесу. Да и сейчас обитает. После гибели Арсения к ним прибился его младший брат. И когда друиды в очередной раз призвали нас с ним к миру, я и познакомился с родителями Рамзула. Он тогда ещё ребёнком был.
- Что было потом?
Наблюдая за вампиром, мальчик заметил, каким мрачным стало его лицо. И ему самому стало немного не по себе. Казалось, словно сейчас Евангелион услышит то, что заставит его вновь возненавидеть Влада.
Когда молчание затянулось, мальчик понимающе посмотрел на вампира, со словами:
- Я просто хочу знать, за что меня ненавидит Рамзул. И я чувствую, что на то есть довольно веская причина.
Буравя Влада взглядом, Евангелион пытался провернуть с ним тоже самое, что изредка проделывал с настоятелем. Заставить подчиниться его воле, и ответить на вопрос честно.
Но прошло мгновение, и вампир увел взгляд в сторону, прервав тем самым зрительный контакт. Евангелион тяжело вздохнул, опустив голову и отчаявшись узнать правду.
- Я убил его родителей.- глухой ответ прозвучал, словно гром среди ясного неба. Вздрогнув, мальчик поднял на Влада ошеломленный взгляд. И тут же увидел в его глазах сожаление и грусть.
- Не может быть...- не веряще пролепетал ребёнок, прикрыв ладонью нижнюю часть лица.
Сердце замерло на несколько долгих мгновений, а он упорно отказывался верить услышанному, качая головой.
Влад с сожалением в голосе ответил:
- Это правда. Родители Рамзула и твоей подруги Агнии погибли от моей руки.
- За что?- только и смог спросить Евангелион, и сам не узнал свой мёртвый голос.
- После того, как я и брат погибшего Арсения подписали мирный договор, он осмелился нарушить его. И сбежал к родителям Рамзула, ища помощи и спасения от моего гнева,- начал Влад, снова смотря куда-то вдаль отрешенным взглядом. Голос его был глух и не имел эмоций. Словно бы, вампир говорил только потому, что так было нужно:
- Но когда я потребовал отдать его, родители Рамзула напротив, принялись яростно защищать предателя. И я окончательно потерял контроль над собой. В результате чего они оба погибли.
Когда вампир замолчал, Евангелион ещё долго смотрел на него широко раскрытыми от страха глазами, не смея даже вздохнуть. Внутри больно кольнула иголочка сострадания к брату Агнии и к ней самой.
Евангелион и сам всю свою жизнь прожил без матери. И прекрасно мог понять состояние Рамзула. Но вместе с чувством сострадания в нем проснулось и чувство ненависти. Опустив руки на колени, мальчик на мгновение прикрыл глаза, стараясь взять свои чувства под контроль. И не открывая глаз напряженно спросил внезапно изменившимся, огрубевшим голосом:
- Ты лишил родителей мою близкую подругу и её брата. И из-за чего? Из-за того, что они заступились за предателя?!
Резко распахнув глаза, в которых теперь сияла тьма, Евангелион тяжело задышал, сдерживая кипящий внутри гнев. И тяжело подняв руку с колена, резко приложил её у груди. Ледяная боль отрезвила мгновенно, заставив согнуться пополам, тихонько застонав.
И тут же до него донесся испуганный голос Влада, а руки его бережно обняли за плечи, прижимая к себе.
Упираясь свободной рукой в грудь вампира, мальчик оттолкнул его, злобно, с осуждением рявкнув:
- Ты оставил их сиротами! Что такого совершили родители Рамзула и его сестры, чего нельзя было простить!?
Подняв на Влада полный ненависти взгляд, мальчик увидел в его тёмных глазах столько боли и сожаления, что сердце странно сжалось, а неистовое негодование сошло на нет.
Рука вампира скользнула к его напряжённому лицу, осторожно провела по мокрой от выступивших слез щеке. Голос Влада стал хриплым и горьким:
- Я и сам жалею о том, что совершил. Мне не хватило силы воли на то, чтобы остановиться и взять под контроль свою тёмную сущность. Но поверь,- большой палец его руки замер на виске мальчика, слегка подрагивая:
- Я не мог иначе. То, что сделал этот предатель- простить нельзя. Он знал, на что шёл, подписывая договор. Знал о правилах, которые я установил. Но осмелился пойти против них. За что расплатились жизнями невиновные.