Страница 169 из 224
- Ненадолго.
- Что это значит?- недоуменно поинтересовался Евангелион, нахмурившись.
- Незадолго до заключения перемирия, я посетил остров, взяв с собой лишь двоих, самых преданных воинов. И мы решили ненадолго затеряться в станице. Но именно это и стало моей самой большой ошибкой.
- Оборотни снова напали на вас? - с толикой испуга спросил ребенок.
- Нет.- успокоил его вампир, и продолжил:
- Именно тогда я встретил твою мать. И эта встреча полностью изменила меня. Я прогнал с «Диких земель» своих верных поданных, велев им не возвращаться. А сам готов был навсегда остаться здесь. Лишь-бы видеть ее каждый день.
На лице вампира появилась легкая улыбка, и Евангелион, неожиданно для самого себя, улыбнулся в ответ.
- И ты влюбился?- немного насмешливо спросил мальчик, отняв ладонь от груди. Неприязнь, которую он по началу испытывал к Владу, незаметно ушла, стоило вампиру упомянуть о матери. И мальчик насмешливо глядел на отца, не в силах убрать с лица глупую улыбку.
- Влюбился без памяти.- с неожиданной теплотой в голосе отозвался Влад. И задрав голову, взглянул на сумеречное небо, усыпанное яркими, и далекими звездами. На его бледном лице появилось мечтательное выражение, а негромкий, низкий голос снова стал мягким и ласковым:
- Я, словно отчаянно влюбленный мальчишка, тайком выкрадывал твою мать от наставницы еще до того, как на горизонте взойдет солнце. И мы вдвоем ходили рука об руку по берегу реки, встречая рассвет. В такие моменты мы оба были счастливы, как никогда. А после- я незаметно возвращал Анну в ее обитель, чтобы никто не догадался, что она сбегала. Чем больше времени мы проводили вместе, тем сильнее становились наши чувства. Анна была для меня - как мечта, как наваждение. Но мы оба понимали, что вместе нам быть не суждено. Не может вампир быть с человеческой девушкой. Так же, как не может послушница монастыря поддаваться такому искушению, как любовь к мужчине. Но все же, это произошло. И наша безумная, абсолютно противоречащая всяким правилам любовь, породила создание еще одной жизни. И за эту маленькую, еще не родившуюся на свет жизнь мы были готовы бороться. Отчаянно и до конца. И только по этой причине я был готов заключить перемирие с кровным врагом, и никогда больше не проливать крови оборотней.
Взгляд Влада устремился на Евангелиона, а ласковая улыбка заставила мальчика полностью довериться ему. Видя Влада таким, как сейчас, Евангелион не мог поверить в то, что такой как он- мог убивать. Опираясь руками об каменную поверхность забора, мальчик решительно подтянулся на руках, и перемахнув через забор, приземлился на ноги. Опешивший от подобного маневра вампир, отпрянул назад, с недоумением смотря на него. Отряхнув ладони, Евангелион едва заметно улыбнулся, и присев на траву, которая росла вдоль забора, негромко произнес:
- Расскажи мне о ней. Я хочу знать, как моя мать относилась к тебе.
Влад с легкой улыбкой покачал головой, и подойдя к мальчику, присел рядом с ним.
Несколько секунд они оба провели в молчании. Вампир с теплотой, и толикой удивления смотрел на сидящего рядом ребенка. Казалось, что все, что сейчас происходит- всего лишь иллюзия. И стоит Владу сделать одно неверное движение, и сын, сидящий рядом, попросту исчезнет. Снова окажется за высоким забором, и будет с ненавистью наблюдать за ним, тая в душе злобу и неприязнь. Но Евангелион, к его удивлению смотрел на Влада на удивление теплым, и заинтересованным взглядом. Понимая, что молчание затягивается, а интерес ребенка медленно перерастает в легкое недоумение, вампир наконец произнес, тем же мягким и ласковым голосом:
- Твоя мать никогда не верила в существование вампиров. А когда я решился рассказать ей правду о том, кто я на самом деле, она лишь посмеялась надо мной.
- Она не поверила тебе?- с легкой усмешкой спросил Евангелион, внимательно слушая Влада. Вампир медленно покачал головой, и в его голосе мальчик уловил едва заметную грусть:
- Именно. Твоя мать всегда считала, что такой, как я- не может быть вампиром. Ее не смущало даже то, что я не похож на обычных людей. Мои способности всегда вызывали у Анны лишь восхищение. Но, она и понятия не имела, что среди них есть и такие, которые способны убить. Я никогда не показывал ей своей смертоносной магии.
- Смертоносной магии? - удивился Евангелион, и тут же поинтересовался:
- Это магия огня?
- Да. Но это- лишь одна из немногих. Есть и другие, не менее опасные.
- А моя мать знала, что ты убивал людей?- вопрос возник в голове мальчика спонтанно, и озвучив его, Евангелион замер, в ожидании ответа. Которого по непонятной для себя причине боялся услышать.
Влад грустно улыбнулся, и тихо ответил:
- Я рассказывал ей об этом, один раз. Но, она не верила мне.
Ответ немного удивил мальчика. И вспомнив недавний разговор Влада и отца Даниила, Евангелион недоверчиво поинтересовался:
- Но, ведь, когда ты убил в станице сестру батюшки Ефима, неужели моя мама не узнала об этом?
Влад и в этот раз не стал тянуть с ответом. И голос его снова наполнился грустью и сожалением:
- Нет. Об этом знал лишь твой дедушка - отец Даниил. В ту ночь он стал невольным свидетелем моего безумства.
- Но, почему ты убил ни в чем не повинного человека? Ведь ты сам говорил, что перестал пить кровь людей, и запретил это делать своим вампирам!- недоумевал Евангелион, пораженно смотря на вампира.
Влад посмотрел на его удивленное лицо, и неожиданно твердо произнес: