Страница 141 из 224
В низком голосе незнакомца прозвучали нотки осуждения, и у Евангелиона не осталось сомнений, что человек обращается именно к нему:
- Неужели, такому маленькому мальчику позволяют выходить на улицу ночью, совсем одному?
Евангелион опешив, застыл. Ощущая на себе пристальный взгляд мужчины, развернувшегося к забору. Прятаться теперь, было по крайней мере глупо. И мальчик решил вступить с незнакомцем, чей голос казался ему до боли знакомым, в диалог.
- Мне кажется, я вас уже где-то встречал,- неуверенно произнес Евангелион, внимательно наблюдая за незнакомцем.
- Серьезно?- заинтересованно вопросил тот, и мальчик снова ощутил на себе его пристальный взгляд.
- Это ведь вы спасли меня от разбойников, на площади.- тут же ответил мальчик, не спуская с мужчины глаз.
Недолгую тишину наконец нарушил низкий, мягкий голос мужчины:
- Ах да! Ты же- тот самый мальчик, на которого напали те негодяи, с ножами!
Евангелион тут же согласно кивнул. Но почему-то на душе было не спокойно. Сердце учащенно колотилось в груди, а внутри появилось странное чувство тревоги. И мальчик не мог понять, с чем это связано.
- Так, неужели тебе разрешают выходить на улицу ночью?- услышал он негромкий голос мужчины, и по непонятной причине внутренне напрягся.
- Я вышел успокоить взбесившихся лошадей.- ответил Евангелион, понятия не имея, зачем оправдывается перед незнакомцем.
- А тебе не кажется, что это было весьма опрометчиво?- голос мужчины стал осуждающим, и он тут же продолжил:
- В округе бродят волки. И неужели, ты совсем не боишься встретиться с ними?
Упоминание о волках, на мгновение сбило мальчика с толку. И он неожиданно вспомнил о том, что видел этого странного незнакомца не только на площади. Но и днем, когда был найден убитым сын главы Совета. Именно он убеждал людей в том, что Ивана убил волк. Из тех, что обитают в лесах острова.
Евангелиону было любопытно, откуда мужчина знает о волках, обитающих в лесах Диких земель. И память неожиданно подкинула мальчику воспоминание давнего вечера. Перед его мысленным взором тут же возникла оскаленная, волчья морда. Морда большого, черного волка, который вместе со своими собратьями окружил Евангелиона на опушке леса. Вздрогнув от неожиданного воспоминания, мальчик огляделся по сторонам, напряженно вглядываясь в полумрак.
Наверное, его лицо выражало тревогу или испуг, потому как до мальчика тут же донесся слегка озадаченный голос незнакомца:
- Тебя что-то напугало?
Переведя взгляд на мужчину, Евангелион заметил, что тот тоже оглядывается по сторонам, попутно хватая за поводья узды, пасущуюся рядом лошадь.
У мальчика вновь возникло уже знакомое чувство страха, словно вот-вот должно произойти что-то нехорошее. Он напряженно наблюдал за темным силуэтом мужчины, который притягивал к себе свою лошадь. Та неохотно оторвавшись от травы, что росла у края дороги, вскинула морду. И негромко фыркнув, пошагала к хозяину. Остановившись рядом с мужчиной, лошадка протяжно заржала, ткнув его мордой в плечо. Незнакомец тут же похлопал ее по щеке, тихо и мягко проговорив:
- Тише, Тень. Тут никого нет.
Но лошадь не унималась. Тихонько фыркая, она настырно продолжала тыкать мордой в плечо хозяина, полностью игнорируя все его попытки усмирения. Незнакомец сильней натянул повод, приказным тоном обратившись к ней:
- Тень, прекрати!
Резко вздернув голову, Тень краем носа зацепила широкий край капюшона мужчины. От чего капюшон тут же слетел с его головы. Незнакомец резко отпустил повод, и ухватившись за края капюшона, лежавшие теперь на плечах, хотел было набросить его обратно...
Но неожиданно осекся, посмотрев перед собой.
Евангелион, все это время наблюдавший за ним, застыл, тяжело дыша и широко распахнув глаза от удивления.
Теперь, когда лунный свет полностью осветил лицо незнакомца, обрамленное черными волосами, спадавшими за ворот плаща, мальчик впервые испугался по настоящему. Перед ним стоял тот самый мужчина, которого Евангелион видел в своем сне.
И казалось, он и сам был напуган не меньше ребенка. Медленно попятившись, мужчина резко опустил голову, набросив капюшон. Который снова полностью скрыл его лицо.
- Влад!- с неожиданной ненавистью прорычал Евангелион, и сам поразился тому, каким гортанным и невнятным прозвучал собственный голос. Сердце стучало бешено и часто, а в груди растеклась почти забытая, обжигающая боль.
Полностью потеряв контроль над собой, Евангелион вцепился руками в край забора, одарив мужчину убийственным взглядом. Грудь вновь обожгло неистовым жаром. Голова резко онемела, и пошла кругом. А мгновение спустя перед глазами была лишь тьма.
Лошадь, еще пару мгновений назад стоявшая рядом с хозяином, тут же отпрянула, испуганно заржав. Сам же Влад, застыв на месте со страхом взирал на мальчика. Лицо которого резко изменилось, потеряв все человеческие черты. Глаза залила непроглядная чернота. Вначале он не шелохнулся. Глаза все еще были залиты чернотой, между приоткрытых губ блестели оскаленные клыки.
- Не может быть...- только и успел вымолвить Влад, широко раскрытыми глазами взирая на Евангелиона. В следующее мгновение мальчик, ловко перемахнув через двухметровый, каменный забор, приземлился на землю. И стремглав помчался к вампиру, разразившись грозным, гортанным рычанием. Влад замер, тяжело дыша, и наблюдая за ним. Как только мальчик возник прямо перед ним, вампир сделал шаг назад, пытаясь увернуться от пылающих ярким пламенем рук, протянутых к нему. Но Евангелион оказался быстрей.