Страница 140 из 224
" Дампиры так же обладают способностью видеть события, происходившие в прошлом - через сновидения. Не важно, происходили ли эти события до момента рождения полукровки, или же- после. Если воспоминания связаны с родными дампиру людьми, он может увидеть их, через свои сны. Но при этом связь с тем, чьи воспоминания он видит, должна быть необычайно сильна. Иногда подобное происходит на подсознательном уровне, и не всегда можно определить причину подобных "перемещений в прошлое". "
Оторвавшись от книги, Евангелион повернул голову к окну, прильнув виском к холодному стеклу. И на мгновение прикрыв глаза, задумался. Сон все никак не спешил уходить из головы. Перед мысленным взором мальчика то и дело всплывал образ Влада. Сжав кулаки от бессильной злости, Евангелион стиснул зубы, стараясь подавить вырывавшееся наружу рычание. Теперь, когда он наконец смог увидеть своего настоящего отца, пусть и во сне, мальчик вновь ощутил ненависть к нему. За то, что именно он наградил Евангелиона таким мрачным и зловещим наследием.
В комнате царила полная тишина. И Евангелион старался изо всех сил успокоиться, чтобы не нарушить ее, и не разбудить Даниила. Мысли о нем вернули мальчика к мыслям, которые роились в его голове несколько мгновений назад. Ведь тогда, в казарме он почувствовал страх Даниила. И теперь мальчик был полностью уверен в этом. Взяв в руки покоившуюся на коленях книгу, Евангелион осторожно обернулся. Бросив взор на спящего в постели настоятеля. И горько улыбнулся, с одной единственной мыслью: " Сколько же еще тайн вы таите от меня, батюшка?"
В этот момент умиротворяющую тишину нарушило едва приглушенное, тревожное ржание коня, доносящееся со двора. Вздрогнув от неожиданности и прижав книгу к груди, Евангелион резко развернулся к окну. Его настороженный взор пробежал по сумрачному двору. И зацепился за небольшую конюшню, находящуюся чуть поодаль от монастыря. Напрягая зрение и слух, мальчик расслышал вдалеке громкий стук копыт, и понял: кто-то из коней неожиданно начал бесноваться. Но, к чему бы это?
Охваченный тревожным любопытством, мальчик убрал книгу в дальний конец подоконника, и тихо спустившись на пол, украдкой прошел к двери комнаты.
*********
Пламя факелов, висевших на стене, по обеим сторонам от парадной двери, трепетало на ветру, тускло освещая небольшой двор. Тихонько выйдя на крыльцо и прикрыв за собой дверь, Евангелион огляделся по сторонам. Со стороны конюшни уже явственно слышались громкие стуки лошадиных копыт, и мальчик тут же направился именно туда.
Остановившись рядом с небольшой конюшней, представлявшей собой два загона, под большим навесом, мальчик широко распахнул глаза, от увиденного.
Лошади метались по своим загончи кам, тревожно вскрикивая и взбрыкивая. Подскочив сперва к рыжему коню Даниила, Евангелион принялся успокаивать перепуганное животное. Завидев ребенка, конь мгновенно стих, и замер. Евангелион осторожно протянул к нему руку, тихо и мягко проговорив:
- Тише, тише. Все хорошо. Здесь никого нет.
Конь тут же смиренно опустил морду вниз, позволив мальчику погладить себя по длинной шее. Было заметно, что он успокоился. Чего нельзя было сказать про Мрака, который все еще бесился, в соседнем загоне. Конь протяжно, испуганно ржал, вскакивая на дыбы. Но как только мальчик возник перед ним, конь тут же опустил передние копыта на досчатый, усыпанный сеном пол, продолжая тревожно ржать.
Евангелион посмотрел в перепуганные глаза Мрака и поежился.
- Что же вас так напугало? - мягко обратился он к черному коню, ласково пригладив его по морде. Мрак фыркнул, стукнув копытом по деревянному полу загона, и наконец успокоился. Тяжело дыша, конь вытянул шею, протягивая морду к лицу мальчика.
- Успокойся, Мрак. Все хорошо.- успокоительно произнес Евангелион, прижавшись щекой к морде коня, и продолжая гладить его. За каменным забором, располагавшимся в метре от конюшни, послышался приглушенный стук копыт. Мрак резко поджал уши и попятился.
Евангелион вновь принялся успокаивать его, и приложив палец к губам тихо произнес:
- Тише. Все хорошо.
Конь послушно замер, опуская морду. Но уши все еще стояли торчком, а дыхание коня было тяжелым и прерывистым. Обернувшись к забору, Евангелион с тревогой прислушался. Звук лошадиных копыт резко стих, и в тишине послышался тихий и вкрадчивый, мужской голос:
- Поищи себе еды, Тень. У нас еще много дел. Нужно наведаться к старым знакомым, и чем быстрее, тем лучше.
Следом послышалось протяжное ржание лошади, которое тут же стихло, стоило мужчине заговорить снова:
- Не стоит тут задерживаться. Тем более, что твои сородичи, кажется не в восторге от нашего присутствия.
От знакомого голоса Евангелион вздрогнул, и его охватило неистовое любопытство. Позабыв про лошадей, мальчик осторожно шагнул к высокому, каменному забору. Рядом, подпирая забор, покоилась деревянная лестница. Подойдя ближе, Евангелион принялся тихо подниматься по лестнице наверх, к самой макушке забора. И осторожно выглянув из-за него, всмотрелся в полумрак.
Полная луна выглянула из-за небольшой тучки, осветив своим тусклым светом дорогу впереди, что вела к монастырю. На краю дороги мальчику удалось разглядеть большую, черную лошадь и темный, высокий силуэт, рядом с ней. Напрягая зрение, мальчик пригнул голову, украдкой разглядывая незнакомца.
Это был высокий человек, в длинном черном плаще. Голову и лицо его, скрывал глубокий капюшон. Евангелион затаил дыхание, все еще наблюдая за ним. И заметил, как темная фигура, стоявшая к нему в пол оборота, медленно повернулась в его сторону. Мальчик хотел было скрыться за стеной забора, как наступившую тишину неожиданно нарушил голос того самого, незнакомого мужчины.