Нити

- Пьянь поганая, - выругалась тетка с сумками, проходившая мимо.

Нити таяли прямо в воздухе. Илья постоял над мертвым еще немного, потом нашел взглядом машину ППС, припаркованную неподалеку. Подошел к людям в форме.

- Там старик лежит, - сказал он.

Полицейский смерил его равнодушным взглядом:

- Пусть лежит.

- Мне кажется, ему плохо.

- А мы тут причем?

- Ну, смотрите, дело ваше. – Илья пошел дальше.

Оборачиваться не хотелось. Набрал номер Лены. Та ответила не сразу, удивленно. Спросил, что купить на ужин. Замешкавшись, подруга ответила, что нужен хлеб на завтрак. Илья сказал в трубку «ладно» и отправился в продуктовый. Домой он вернулся рано, засветло. В лифте попалась соседка по лестничной площадке. После формального «здрасьте» она ввернула:

- Вы не забудьте, у нас послезавтра собрание жильцов. Надо быть.

- Хорошо, - сухо сказал Илья, разглядывая засевшую на груди женщины тварь: выпуклая, с присосками и тлеющим темной энергией брюхом.

- Вы мыли площадку в начале месяца?

Илья ничего не ответил и зашел в квартиру. Серость и тишина. Тихонько урчал холодильник. Он прошел на кухню, не включая свет, выложил покупки на стол. Не хотелось ничего делать, и он сел на диван, дожидаясь, когда комната погрузится в вязкие сумерки. Как-то незаметно он заснул.

Илья с криком проснулся. Свет от включенной люстры бил в зрачки, рядом стояла испуганная Ленка и смотрела сверху вниз. Вид у нее был уставший, растрепанный, под глазами залегли тени.

- Тихо ты… это я.

Илья выдохнул, проморгался.

- Приснилось, - захрипел он.

Ленка стала раздеваться, украдкой бросая на него вопросительные взгляды. Смотрела она теперь серьезно, движения ее были точными и быстрыми, а по опыту Илья знал, что это не сулит ничего хорошего. Лена ходила к маме, которая мучилась артритом и ломотой в суставах, особенно в периоды сырости. Каждую весну у женщины было обострение, и, привыкшая жить с дочерью, она никак не могла смириться с тем, что та теперь ушла к нему.

Сели ужинать. Ели молча. Ленка обычно была словоохотлива, но сейчас над столом висело молчание. Илья неуклюже пошутил о чем-то. Ноль реакции. Он уже собрался встать из-за стола.

- Стой. Надо поговорить.

Илья замер. Ох уж эти разговоры, выяснения отношений… сцены. Но деваться некуда и терять особенно нечего. Ленка стрельнула глазами, убедилась, что он слушает.

- Ты в последнее время не замечал ничего такого?

- Нет.

- Ничего не хочешь мне сказать?

Илья напрягся.

- Нет, а что?

Лена выжидающе молчала, разглядывая его, потом кивнула сама себе и продолжила:

- Последние две недели ты ходишь как зомби. Что происходит?

- Я тебе рассказывал, помнишь? Про нити и все такое.

- Ясно, – по дрожащим губам Илья понял, что ответ ей крайне не понравился. – То есть всему причиной эта придуманная тобой фигня, которая тебе то ли приснилась, то ли померещилась.

Илья вздохнул. Объяснять ей сейчас что-то  бесполезно. Боль в висках ослабла, шок от прокатившейся волны почти улегся. Он смотрел, как ее пальцы нервно теребят обертку от конфеты, съеденной вприкуску с чаем. А может действительно, подумал он, все эти фокусы, все, что происходило с ним за последние недели – плод его больного воображения?

- Как мама? – тихо спросил он.

- Плохо, - отрезала Ленка.

Илья видел, как из груди его девушки исходят пучки нитей разных цветов, а тот, что связывал ее с мамой, раньше ярко розовый, сейчас стал наливаться алым и затопорщился маленькими иглами.

- Но сейчас речь не об этом. Мне не нравится этот твой новый черный друг. Мне не нравится, что ты торчишь в этой его мастерской и что общаешься с ним. Он подозрительный. Тебя могут затянуть в такое говно, из которого потом и выбраться не сможешь. Тебе надо бросать пить, совсем. И сходить провериться у врача. Галлюцинации бывают не от плохого зрения, говорят, что причина в мозгах. У тебя в голове. Нам надо проверить, чтобы исключить…

- Лена, ты не переживай, - он положил руку на ее ладошку. – Все будет хорошо.

Руки она не убрала, но и на прикосновение не ответила: он словно тискал кусок теста. Она смотрела в стену, губы шевелились. На шее билась жилка. Наконец она порывисто взглянула на него и выпалила:

- У тебя есть другая? Только честно.

- Почему такие вопросы?

- Отвечай. Я все пойму, мне просто нужно знать.

- Ты и так все прекрасно знаешь.

Она упрямо смотрела на него исподлобья, терзая обертку от конфеты.