Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 91 из 96

-Ну, ты держись.… Это бывает… Собственно, что тут скажешь? – от волнения его голос дрожал.

-Что со Светой?! – прошептал я онемевшими губами.

-Жива, жива.…  Не волнуйся.… У неё… - он резко замолк, а потом выпалил, - Она ушла от тебя!

-Как?

-Ты только не волнуйся… - начал Николаич, но я не дал ему договорить. Резко развернувшись, я схватил его за лацканы пиджака. Николаевич сделал неуловимое движение. Какая-то сила развернула меня к нему спиной, и, я ткнулся носом в обои. Заломленную руку обожгла боль.

-Полегче, Олежек… Полегче… - хватка ослабла, - Всё? Отпускать?

Я что-то промычал в ответ.

-Всё! Отпускаю! – ответил он мне и неожиданно тихо добавил, - Я понимаю…

Разминая ноющую руку, я прошёл на кухню. 

-У тебя коньяк остался? – вопрос вырвался сам собой.

-Конечно! Если надо, я сейчас водителя зашлю… - скороговоркой залепетал полковник, - Ты сядь, я сейчас все организую…

Тупо опустился на табуретку. Открытые шкафы,  размороженный холодильник, вытяжка с сиротливо болтающейся «вилкой»… Тишина и запустение. Николаич общался по телефону. В голове звенела пустота…. Словно через вату доносился голос знакомого, отдававший распоряжения…

Видимо у водителя имелась хорошая заначка. Не прошло и пяти минут, как он появился на кухне.

-Вот…. Тут почти всё….

Смахнув со стола острые крошки, Николаич и водитель начали заполнять стол банками и пластиковыми емкостями. Механически встал и, открыв выдвижной ящик, достал открывалку. Открывалка была грязной. Видимо Светланка в спешке бросила её, минуя раковину…

-Вот только хлеба нет… - виновато сказал водитель, держа в руках банку черной икры.

-Сашенька! Ты же Шумахер в миниатюре! Слетай, голуба.… И сам посмотри, чего ещё не хватает…

Николаич, словно забыв про моё существование, деловито открывал консервы.

-Сейчас! Сейчас организуем, а то я тоже с утра толком не ел. Так, всё урывками. Работа вымотала… - бормотал он себе под нос. Ввалился водитель, нагруженный пакетами. Мой знакомый воткнул вилку, и холодильник деловито заурчал.

-Здесь пельмени, сосиски! О! Сашуля, ты даже яички прихватил? Ай, маладца! Ай, джигит! Обеспечил холостяка яичницей.

Замечание про холостяка больно резануло по ушам и вывело меня из ступора:

-Почему? – спросил я в потолок.

-Тут, такое дело… Видимо к этому вы бы и пришли…  Просто, так сложилось…

-Как сложилось?! Владимир Николаевич, да не тяни ты кота за яйца!

-Понимаешь…. Когда мы разбирались с твоей «памятью», интонацией  он, как бы заключил слово «памятью» в кавычки,  Горелов несколько переусердствовал…. И дал твоей жене  почитать всё, что ты написал…

-?

-Не смотри на меня волком. Я не могу отследить действия всех…. К тому же Горелов, все-таки начальство. А у тебя там… Любовь.… С Маринкой…

-Николаич! – я сорвался на крик, - А ты мог объяснить ей, что это сон?!!! Что ничего не было! Что это выворот моей памяти!!!

Я успел отметить, как напрягся мой знакомый, а водитель сунул руку за отворот куртки.

-Я объяснял. Потом. Но…. Но она уехала с шефом…. Как ты написал… Скорее всего, роман у них все-таки был…

-Не смей!

Гости снова напряглись.

-Не смей так о ней…. Какие же вы все-таки козлы… - зло выплюнул я и, сорвав крышку с бутылки водки, отхлебнул прямо из горлышка. Желудок обожгло. В голову словно ударила струя свежего воздуха.

-Она тебе письмо оставила… - виновато пробормотал Владимир Николаевич.

-Где?

-Оно у меня…. Давай выпьем и я принесу.

Николаич деловито разлил водку в одноразовые стаканчики, принесенные «заботливым» Сашей.

-Давай всё-таки за приезд! – Николаич хотел, было чокнуться, но, отдернув руку под моим взглядом, просто влил содержимое в рот.

-Ты закусывай! – подтолкнул он меня.

Только тогда я, наконец-то, обратил внимание на стол. Саша и подполковник постарались. Бутерброды с сыром и колбасой, ветчиной и паштетом были бездарно свалены на салфетки, сковородка с разогретыми блинчиками «украшала» середину стола, а маринованные огурчики плавали прямо в банке. Гора разогретых сосисок была  заранее полита кетчупом. Банки, лоточки, пакеты – «холостяцкая вечеринка»  в лучших традициях времени… Я, с каким-то щемящим чувством, вспомнил аккуратистку жену, превращавшую даже «дежурную чашку кофе» в целый ритуал. А ведь я посмеивался над этим маленьким чудачеством…