Первопроходец

Надолго меня не хватило — через десять минут пальцы начало просто ломить, так что я пригладил всклокоченную гриву единорожки, поднялся с колен и рухнул на другой диванчик.

— Ох-х-х… спасибо… это было здорово, — расслабленно пробормотала Твайлайт. — Если ты вдруг решишь стать массажистом, я дам Алоэ и Лотос самые хвалебные рекомендации.

— Предпочитаю более интеллектуальные виды работ, — хмыкнул я, ожидая пока расслабятся мышцы рук. — Но рад, что тебе понравилось.

— Очень понравилось, — подтвердила она и поднялась на ноги. — Тебе нужен был ещё один кристалл?

— Ага. С напряжением в 1,7 раза выше, чем на эталоне. Это для плеера, — я задумался. — А Винил сможет его заряжать?

— Любой единорог сможет, — кивнула Твайлайт. — Я сделаю его поменьше в этот раз.

— Конечно, спасибо, — кивнул я, и единорожка ушла.

Уф-ф… ладно. Теперь мне нужно постричься. А ещё лучше — побриться налысо, а то, чего доброго, пони привыкнут к этому шедевру авангардного искусства и будут считать что для людей это норма. Сохраним честь человечества! Где бы взять бритву?

Вопрос, конечно, интересный. Станок для бритья у меня с собой был, но он остался в рюкзаке. Найти что-то такое здесь… хм. Здесь я даже скорее всего и клинковую бритву не найду — даже не представляю, какому из видов, перечисленных Твайлайт во вводной лекции, она могла бы понадобиться. Значит либо бриться топором, либо… снова магией? Четыре дня прошло с тех пор как я здесь, а уже за любой мелочью бегу к единорожке. Позор.

— Держи, — Твайлайт поднялась из подвала и уронила в мою подставленную руку небольшой берилл.

— Спасибо, — кивнул я. — У тебя есть время? Мне нужна ещё одна твоя фирменная лекция.

— Конечно, — единорожка запрыгнула на противоположный диванчик и посмотрела на меня с улыбкой. — Спрашивай.

— Расскажи про здешнюю финансовую систему.

— С чего начать… — задумалась Твайлайт. — Эквестрийская валюта называется «биты», это серебряные или золотые монеты…

Если здесь когда-нибудь будет что-то вроде гугла или википедии, то это что-то надо назвать в честь Твайлайт Спаркл. Твайлипедия, звучит неплохо. В общем, после её лекции и нескольких уточняющих вопросов я вполне представлял себе и как работает местная финансовая система, и какая покупательная способность у битов. Кратко: банков нет, помимо битов в ходу прямой бартер, а фиксированных цен просто не существует, хочешь купить дешевле или продать дороже — торгуйся.

— Что-то не так? — спросила Твайлайт. — Кажется, ты чем-то разочарован.

— Хочешь верь, хочешь нет, но я за всю свою жизнь ни разу не торговался.

— Ни разу? — удивилась она.

— У людей фиксированные цены, — развёл руками я. — Торг чаще всего неуместен.

— Ты можешь попросить Рэйнбоу или Эпплджек помочь, — задумчиво предложила единорожка. — Они в этом доки.

— Эпплджек, — я хмыкнул. Кажется мне, что после той ситуации с Пинки, она ко мне относится несколько… неодобрительно. — Хорошо, буду решать проблемы по мере их поступления. Ещё один вопрос, после твоего заклинания я прекрасно понимаю ваш язык на слух, но прочесть ничего не могу. Так и должно быть?

— Это очень древнее заклинание, — объяснила Твайлайт. — Оно представляет чисто академический интерес, поскольку сейчас все разумные говорят на одном языке и его не на ком использовать. Вполне возможно, что когда оно создавалось, письменности как таковой вообще не было.

— А дополнить его можно?

— Слишком опасно, — покачала головой единорожка. — Это же магия разума.

— Понятно, значит старое доброе учиться, учиться и ещё раз учиться, — я вздохнул. — Не дашь ли несколько частных уроков?

— Конечно, — улыбнулась Твайлайт. — Можем начать прямо сейчас.

«Прямо сейчас» начать не получилось, поскольку в библиотеку ввалилась запыхавшаяся Винил.

— Арт! Плеер потух! — с ходу заявила она и только потом опомнившись поздоровалась. — Привет, Твай.

— Привет, Винил. Что-то он рано, я думал ещё часок-другой поработает, — я показал единорожке кристалл. — Он просто разрядился, но Твайлайт уже решила для нас эту проблему.

— Отлично, — загарцевала на месте Винил. — Тогда пойдём.

— Пойдём, — я поднялся. — Извини, Твайлайт, давай начнём как я вернусь.

— Хорошо, — кивнула единорожка и хихикнула. — Не заблудись в этот раз.

— Постараюсь, — кивнул я и вышел из библиотеки вслед за Винил.

Единорожка некоторое время шла рядом молча, восстанавливая дыхание после пробежки.

— Я уж думала что сломала твой плеер, — наконец, призналась она.

— Сегодня с утра Спайк тоже думал что сломал зажигалку. Кстати, он её тоже, можно сказать, разрядил.

— Значит, все будет работать нормально? — уточнила Винил.

— Скорее всего, — кивнул я. — Надо будет только сделать разъём, вроде того что мы вчера для плеера делали.

— Это не проблема, — задумчиво ответила Винил. — Слушай, Арт, а что ты собираешься делать после того, как мы запишем музыку на кристаллы?

— Вообще-то я планировал их продавать, — признался я.

Пиратство как оно есть, конечно. Но за неимением возможности заплатить правообладателям… в конце концов я её честно купил! Большую часть. Права я себе присваивать не буду, так что если когда-нибудь Linkin Park прилетит сюда верхом на молнии, у них и тут будут преданные фанаты. Я, можно сказать, рекламу им сделаю. Хреновое оправдание, конечно…

— Я хочу двадцать процентов, — заявила вдруг Винил с каким-то затаённым упрямством.

— Пятьдесят, — спокойно ответил я.

— Пятнадцать… — начала было спорить она, но поперхнулась — Что?! Сколько?

— Пятьдесят. Половину. Пополам. Какие ещё есть синонимы? — я улыбнулся. — Я вообще не понимаю, почему ты решила взять меньшую долю.

— Но я… но ведь… — она мотнула головой. — Отказываться не буду, учти.

— Твоя магия, твои кристаллы, твоё время и знания, — объяснил я. — Что бы я без тебя делал с этим плеером? Только сам слушал.

— Это мог бы повторить любой единорог увлекающийся звукозаписью, — покачала головой Винил. — А без твоих объяснений и плеера толку-то с кристаллов? Я бы сама такой звук ни в жизнь не получила.

— Может быть, — я вздохнул. — Но я-то к этому вообще никаких усилий не прикладывал. Музыка создана не мной, я на неё вообще никаких прав не имею, мне и пятидесяти процентов слишком много. Можешь считать, что я так свою совесть успокаиваю. Да и потом, её ещё продать надо.

— Странный ты. Какие могут быть права на музыку? — она мотнула головой. — По поводу продажи я и хотела с тобой поговорить. Вчера, после того как ты ушёл, я написала одному знакомому из звукозаписывающей компании и приложила кристалл с образцами. Сегодня утром пришёл ответ…

— И? — пожал плечами я, не понимая её многозначительного взгляда.

— Обычно они не отвечают так быстро, — объяснила Винил. — Кин всех ночью на уши поднял. В общем, компания готова заключить контракт с исключительными правами на распространение в течение года с момента подписания. На все, что у нас найдётся.

— Ого, — удивился я. — И сколько предлагают?

— Много, — веско ответила единорожка. — Если мы и не в первой десятке по величине гонорара за альбом среди музыкантов Эквестрии, то в первой двадцатке точно. Соглашаемся?

— А ты что думаешь? Стоит?

— Я думаю — да.

— Значит решено, — я кивнул единорожке и получил в ответ дружелюбный толчок бедром.

Если местные гонорары сравнимы с теми что получают звезды на родине, то… а жизнь-то налаживается!

— Кстати, почему это Твайлайт сегодня такая растрёпанная? — как обычно, фраза начинающаяся с «кстати» идёт совсем некстати.