В том гробу твоя зарплата. Трудовыебудни

Абель отпустил меня, подошел к столу и взял в руки бокал. Он приблизился ко мне, тяжело дыша, а потом осторожно, капнул кровь мне на впадину у основания шеи. Я затаила дыхание, стоило мне вздохнуть, как капля крови устремилась вниз по телу в сторону груди. Абель поцелуем поймал ее, облизав кровавый след.  Он расстегнул несколько пуговиц своего камзола,  обнажая белую рубашку. Я скользнула рукой по его шее, стала спускаться вниз по его груди, разглаживая шелк, но тут же поймала его взгляд. Абель деликатно отвел мою руку, давая мне понять ему не нравится, когда я так делаю.

- Мы же не хотим испортить платье? – вздохнул он, осторожно расстегивая первую пуговку моего корсета.

Следующая капля стала медленно и лениво  стекать по моей груди, оставляя кровавую дорожку.  Абель пристально смотрел, как она стекает, а потом снова поймал ее поцелуем почти у самой границы платья, медленно с наслаждением стирая ее след губами и языком, изредка поднимая на меня свои красивые серые глаза.

- Нет, мы так точно его испачкаем… - грустно заметил он, с тяжелым вздохом расстегивая вторую пуговицу корсета и проводя пальцем вниз, к третьей пуговице. Кровь текла, поцелуи спускались все ниже и ниже. На шестой пуговице, я поняла, что пропадаю, прижимая его голову к груди. Седьмая пуговица. Восьмая.  Поцелуи становились все продолжительней и настойчивей.

На секунду Абель оторвался от моей груди и снова поцеловал меня в губы. Теперь поцелуй был нежным и дразнящим.  Он отвел, мою руку, которая решила расстегнуть его одежду, и сдавил мое запястье. В этот момент он осторожно прикусил мою нижнюю губу клыком, чтобы через мгновенье продолжить поцелуй.

- Лена! Очнись! – заорали тараканы в один голос, - Ты же не хочешь, чтобы он увидел шрам? Помнишь, что сказал твой последний ухажер, когда увидел тонкий шрам на животе? «Да ну нафиг ты мне такая сдалась!» Его еще час передергивало от омерзения, пока он спешно одевался.

Шрам… Я совсем забыла про него….  Хирург обещал, что его не будет видно, но, увы, его радужные прогнозы не сбылись! Это было полгода назад.

Я с содроганием вспомнила лицо одного «эстета», который утверждал, что шрамы у женщины  – это омерзительно.  «Ни один нормальный мужик не захочет смотреть на бабу с распоротым брюхом!» - вспомнила я голос, - «Ты что? Кесарево делала?». Нет, увы, не кесарево.