Страница 80 из 162
Я вытерла слезы и вышла в коридор. Провожать меня никто, разумеется, несоизволил. Я сглотнула. Думала, что он что-то придумает. Найдет предлог, чтобы меня остановить, но, увы… Я ошиблась. Входная дверь была открыта…
Я молча вышла, закрыла ее за собой и пошла по дорожке. На дороге стояла карета.
- Садитесь, сударыня, - цыкнул зубом кучер. Я посмотрела на окна второго этажа. Да, я не ошиблась. В окне своей бывшей комнаты я видела отчетливый черный силуэт.
- Простите, - заметила я, - Я, наверное, пойду пешком. Спасибо.
- Хозяин приказал вас отвезти туда, куда вы скажете, - заметил кучер, распахивая двери кареты, - Не упрямьтесь.
Я снова бросила взгляд на окна. Силуэт исчез. Я вздохнула и села в карету. Прислонившись лицом к стеклу, я почувствовала, как у меня из глаз текут слезы. Все это было игрой, не более. Мерзкая, отвратительная и очень жестокая игра. Лучше бы он мне сразу шею прокусил.
- Так куда едем? – спросил кучер, открывая дверь.
- Мне все равно. Мне некуда ехать, - заметила я, не глядя на него.
- Может быть, вас где-то ждут? – поинтересовался кучер. Нашел, что спросить. Ноги моей не будет там, где меня ждут.
- Меня нигде не ждут, и мне нигде не рады, - холодно ответила я, - Отвезите меня туда, где я смогу умереть. Мне уже все равно. Думаю, что стоит отъехать подальше, чтобы не бросать тень на репутацию Его Сиятельства.
Карета тронулась. Я ехала и плакала. Да что там плакала? Рыдала, как маленькая. Мы ехали по освещенным улицам, а я растирала слезы, текущие по лицу. Значит, я была права. Я – просто зверюшка. Милый котенок, которого берут на ручки, целуют и умиляются. Нет, лучше сейчас, чем потом. Хорошо, что отношения не успели зайти далеко. Тогда было бы вдвойне обидней. Мы ехали, ехали, ехали. В голове прокручивалась седьмая симфония.
- Остановитесь! Я хочу выйти здесь, - крикнула я, но меня никто не услышал. Мы ехали уже полчаса. Я не сильно обращала внимания на пейзажи за окном. Карета остановилась. Дверь открылась. Я выглянула и поняла, что нахожусь там, откуда приехала.
- Выходите, - тихо произнес кучер.
Свет в окнах не горел.
- Хозяин ждет вас, - цыкнул зубом кучер, глядя на меня.
Я молча встала и вышла из кареты. Стоило мне подойти к двери, как дверь открылась. Я вздохнула и пошла в свою комнату. В моем любимом кресле сидел Абель с бокалом крови в левой руке.
- Думаю, что на сегодня взаимных проверок достаточно? Или вы так не считаете? – тоскливо спросил он, делая глоток, - Есть предложения, чем еще можно скрасить этот унылый пятничный вечер?
- Может, в театр сходим? – съехидничала я, холодно глядя на него.
- Нет, только не театр. Я вас умоляю. У меня дома куда больше Шекспировских страстей, чем на его подмостках. Тем более, с того времени, как артисты решили оголяться на сцене, ругаться и заниматься членовредительством, мне пришлось ввести цензуру, - закатил глаза Абель, - Если хотите, можете сходить. Только без меня.
Повисла неловкая пауза с моей стороны. Абель поставил бокал на столик рядом с браслетами и звездой. Самое интересное, что я, когда их снимала, положила их в ряд, как на витрине, а сейчас они лежали кучкой.
- А вот у меня есть предложение. Как вы сказали кучеру? Место, где я могу умереть? Он верно передал ваши слова? Ну, значит, он привез вас по правильному адресу, - Абель встал с кресла.
- Язык наш – враг наш, - заметили притихшие тараканы.
- Правда, мне не нужна ваша смерть… Но вы ведь не остановитесь ни перед чем, чтобы добиться своей цели, не так ли? – Абель подошел ко мне и взял за подбородок, - Мне нужно вас разубедить, я так понимаю? Интересно, как мне это сделать? Хорошо, попробуем так…
Он прижал меня к двери, наклонился и поцеловал. Это был долгий, жестокий, страстный и сладкий поцелуй, сопровождаемый его прерывистым дыханием. Стоило мне робко ответить, как поцелуй стал еще более настойчивым. Он не просил, не умолял, он просто требовал ответа, обжигая меня своим сбивчивым дыханием. От таких поцелуев обычно дрожат колени, и хочется присесть, а еще лучше – прилечь. Я почувствовала, что у меня что-то течет по подбородку, стекая на шею. Я сначала не поняла, что это, но когда Абель оторвался и опустился к моей шее, слизывая каплю крови, я увидела, что его губы были в крови. Я сглотнула и провела языком по своим вспухшим губам. И тут до меня дошло, что кровь - моя. Во рту тоже был характерный неприятный привкус.
Прикоснувшись пальцами к губам, я увидела, что они слегка покраснели. Вопросительно взглянув на Абеля, я размазала кровь, как помаду.
Тараканы подавились крошками, не донеся их до ртов.