Страница 50 из 82
Судно колыхало из стороны в сторону и, к великому счастью, до того, как мачта была срублена, корабль был выброшен на берег. От огромного толчка многие повалились с ног, не имея мочи уже шевелиться. Замерзая и изнемогая, не чувствуя своих конечностей, мало кто мог двигаться. Примчавшиеся с берега принялись помогать выносить людей и оказывать им немедленную помощь.
Михаил был накрыт парой гардемаринов, уже почти окоченевшими от холода, спасавшими ему жизнь. Когда с Михаила убрали бесчувственные тела, он почувствовал вновь силы и приоткрыл глаза. Первое, что увидел: лежавший откинутый от шторма в сторону командир...
Кто-то, помогающий уносить с корабля всех, кто не мог сам уйти, подхватил вдруг Михаила, помогая вставать...
-Я сам, - прорезавшимся голосом прохрипел Михаил.
Он поднялся, еле держась на ногах, всё ещё поддерживаемый, и оглядел с тревогой происходящее. Туманность шторма и темнота мешали видеть всё отчётливо. Михаила уводили прочь с корабля, уводили на берег. Он молчал, заглатывая чувство беды, мельком бросая взгляд на мигающий маяк. Вновь потеряв осознание действительности, поняв в секунду, что пал без чувств, Михаил очнулся уже в постели незнакомой ему каюты...
-Где я? Кто-нибудь! - прохрипел он и снова почувствовал холод.
Человек встал и подошёл, оставшись стоять. Он улыбнулся и даже, как показалось, прослезился.
-Да, я приказал перенести тебя сюда. Мы вернёмся в Кронштадт на этом бриге, - пояснил тот и помог Михаилу за руку подняться.