Страница 42 из 61
- Вот ей Богу жульничает, а за руку не поймаешь!
- Сколько раз вы уж зарекались с Дольчиным в карты играть? – Весело хмыкнул корнет.
- Зарекался, - Павел Николаевич вздохнул и взял из рук лакея предложенную ему трубку. – А вы почему же не играете, господа?
- Есть у меня один приятель, - взялся рассказывать историю Соколинский, - из здешних местных помещиков. Так вот он за одну ночь усадьбу в карты проиграл.
- Весьма поучительная история, Михаил Алексеевич, - усмехнулся Карташевский. – Головы нужно не терять в этом деле, да уметь вовремя остановиться.
- А вы, стало быть, умеете? – Поддел его Соколинский.
- Коли бы не умел, подчистую бы продулся, - буркнул, отворачиваясь от них Карташевский. Выпустив колечко дыма, Павел Николаевич закинул голову, проследив за ним, и прикрыл глаза.
Соколинский ему не нравился. Но перестал он ему нравиться не сразу, а только после того, как выяснилось, что тот является женихом княжны Урусовой. Карташевскому вздумалось поволочиться за Натальей Сергеевной. Сначала более от скуки, по привычке, но потом он быстро смекнул, что женитьба на богатом приданом могла бы существенно поправить его совершенно никуда не годные дела. А Соколинский стал к тому неодолимым препятствием.
«Не везёт мне, - уныло рассуждал он, продолжая сидеть с закрытыми глазами. – Какому-то хлыщу и невеста побогаче».
Ближе к полуночи офицеры стали расходиться по своим спальням, где их разместили по двое или по трое. Засобирался домой и Соколинский, несмотря на то, что князь Урусов предложил ему остаться.
Выехав на дорогу, Мишель пустил коня лёгким галопом. Полная луна хорошо освещала путь, и можно было не бояться угодить в выбоину или споткнуться о камень. Уже завтра, вернее сегодня, в Овсянках собирались праздновать день рождения княжны Натальи. А он так и не смог сказать ей о самом главном.