Страница 226 из 260
- Ты похож на ангела, - внезапно сказала Хенси, начиная быстрее перебирать пальцами, дёргая пряди волос парня и совершенно этого не замечая. – На милого ангелочка… А таких, обычно, бросают под колёса и даже не утруждаются тем, чтобы убрать их останки с проезжей части.
- Не держи зло, - сказал мальчик. Это было слишком смелым и непозволительным.
Резко отпихнув мальчишку, Хенси ожгла его стальным, кипящим взглядом. Милость и тепло в отношении парня испарились так же быстро и неожиданно, как и появились, уступая место злости и желанию сделать больно.
- Не злись, - как-то растеряно прошептал Себастьян.
- Уходи, - выдавила из себя Хенси, всеми силами удерживаясь от того, чтобы не врезать мальчишке. – Уходи… пока не поздно.
Парень покорно кивнул и встал, собирая все, принесенные им вещи.
- Быстрее! – рявкнула девушка и запустила пустым бокалом в стену.
Мелкие осколки осыпали пол, Себастьян, чуть вздрогнув, подхватил сумку с принадлежностями для уборки и поспешил уйти, забывая пылесос, оставляя его стоять посреди комнаты.
Как только за парнем закрылась дверь, Хенси закрыла лицо руками, сгибаясь, упираясь локтями в колени и беззвучно зарыдала. Именно беззвучно, потому что слёз в ней сейчас не было. Она так надеялась, что сможет нормально поговорить с мальчиком, но не вышло. Видно, её злость, её боль куда сильнее той маленькой части хорошего, что остались в её душе, той крупицы человечности, жизни, что доживали свой век под слоем пепла от выжженной веры, надежды и любви.
«Почему он такой? – думала Хенси, слегка покачиваясь взад-вперёд. – У меня отняли семью, а у него… У него её, по сути, никогда и не было. Его семья, его самые родные люди предали его, а он их любит. Меня изнасиловали, но… Но это было всего один раз. Жестоко, ужасно, отвратительно, но один! А он… Он терпел это на протяжении одиннадцати лет, одиннадцать лет бесконечного насилия… И… Мне… Мне было шестнадцать, когда это произошло, а ему всего пять! Пять! Чёрт… Ему было всего пять лет, когда его впервые трахнули, а он… Он не сломался. Может быть, это и есть сумасшествие – считать, что не всё так плохо? Жизнь продолжается и это главное, но, чёрт подери, зачем такая жизнь нужна?!».
Просидев так какое-то время, обдумав всё, прокрутив в голове, Хенси начала чувствовать себя только хуже. Встав, пнув со всей силы пылесос, который откатился к стене, девушка взяла бутылку рома и пошла прочь, направляясь в подвал.
С её последнего визита к Морицу прошло три дня. За это время парень успел немного прийти в себя, а раны чуть зажили, к тому же, ему помог врач, которого прислала Хенси, но всё равно парень чувствовал себя дёрьмово. Он чувствовал, что это ещё не конец, далеко не конец. И эти мысли убивали его.
Дверь распахнулась слишком резко и сильно, ударяясь о стену. Мориц, лежавший на боку, спиной к двери, поморщился и подтянул колени выше. В воздухе запахло крепким алкоголем, что говорило не только о том, что Хенси пришла, но и о том, что она пьяна, а это никогда хорошо не заканчивалось для парня…
- Привет, - пьяно произнесла девушка, подходя к постели парня и садясь.
Она выпила не так много, но сейчас было уже пять часов вечера, а в последний раз она ела около девяти утра, что не могло не сказаться на её состоянии. Протянув руку, Хенси коснулась плеча парня, провела по спине, наслаждаясь бархатностью кожи. Мориц дёрнул плечами, сбрасывая ладонь девушки и отодвинулся.
- Когда ты уже сопьёшься и забудешь ко мне дорогу? – раздражёно спросил парень, когда девушка вновь прикоснулась к нему. Обернувшись через плечо, парень одарил Хенси взглядом шоколадно-карих глаз, которые полыхали ненавистью.
- Как же здорово, когда чувства взаимны, - прошептала Хенси.
Будучи под властью спиртного и какого-то эмоционального дурмана, что затуманили её мозги, девушка резко придвинулась к парню, сокращая между ними расстояние и прикоснулась к его губам своими: горячими и горькими от рома.
Мориц удивлёно распахнул глаза и отшатнулся назад, резко поворачиваясь и ударяя девушку скованными руками. Движение вышло как-то на автомате…
Удар пришёлся в челюсть, отчего на губах Хенси выступила вишнёвая капелька крови, которую она тотчас слизала.
- Кровь за кровь, - как-то слишком холодно сказала Хенси, ударяя парня наотмашь. От силы удара Мориц едва не упал с кровати. – Боль за боль, - добавила девушка с каким-то психопатическим спокойствием в голосе и вновь ударила парня в лицо.
Нависнув над Морицем, пользуясь тем, что он закрыл глаза, оправляясь от боли, девушка разглядывала его лицо, словно желала запомнить его навсегда.
- Мой малыш, - как-то слишком ласково произнесла Хенси. – Нельзя с тобой по-хорошему, ох, нельзя…
Оглядевшись по сторонам и не найдя ничего, что подходило бы для «пытки», Хенси поморщилась и опустила взгляд на бутылку в своей руке. Сделав несколько быстрых и больших глотков, утерев тыльной стороной ладони губы, девушка просунула руку под затылок парня, заставляя его приподняться и прикладывая горлышко к его губам.
- Пей, - коротко приказала Хенси, наклоняя бутылку и начиная вливать крепкий напиток в рот парня.
Поперхнувшись, подавившись, Мориц выплюнул содержимое рта прямо в лицо девушке. Она на мгновение замерла, по её лицу катились крупные капли тёмного, дорогого напитка, а глаза чернели с каждым мгновением, с каждым ударом сердца, которое разносило по крови яд ненависти.