Страница 45 из 104
Женщина закатала рукав белого халата, обнажив пропитанные подсохшей кровью и гноем бинты. Медленно и осторожно сняла повязку. Чуть ниже локтя, зияла внушительная гноящаяся рана, от которой уже распространялось омертвение здоровой плоти.
- У меня рак груди, началась уже четвёртая стадия. Поздно обратилась. Укус этой твари усугубил положение, от зубов занесли инфекцию и теперь я умираю. Ампутировать бесполезно, не заживёт.
- Как вы замели следы? – раздался голос за кадром. – И зачем хотели убить полицейского?
- Когда я поняла, что всё, что мне остаётся – это гнить заживо, мне уже было нечего терять. А следы я замела, сняв кроссовки с этой дуры.
- Но с собачкой вышел прокол.
- Да. Я не смогла удержаться.
- И вас каждый раз так обуревают эмоции?
- Всё, что я совершила за эти недели, за всё уже поплатилась сполна. Об одном жалею, что не решилась на подобное раньше. И уже никогда не смогу добраться до той мрази, что осталась безнаказанной за убийство моего ребёнка.»
Я выключила телефон, и в палате нависла гнетущая тишина. Каждый думал о своём.
- Ты знаешь. – прервала я молчание. - Я записала ещё другое видео.
- Какое? – удивился Николай. - Где она говорит, что взяла чужую вину на себя? И на самом деле виноват кто-то другой?
- Нет. Видео, где она даёт показания против того мужика, который виновен в гибели её сына. Имя, фамилия, город, номер дела.
- Гиблое дело. – покачал головой Любомирский.
- Но я всё же попробую. – Уверенно заявила я. – А ты мне в этом поможешь.
- Так и быть. – пожал плечами Николай.
- Как думаешь, что теперь будет со старшей медсестрой? Она же скрыла тот факт от милиции, что в момент убийства дежурила ночная сменщица. И никому в голову не пришло всё досконально проверить. Да и мы тоже, как могли проглазеть? Ты, когда за перекисью ходил и ваткой, неужели никого не встретил?