Страница 42 из 104
Милиция дала нам отмашку на прекращение следственного мероприятия. Улики имелись, но всё косвенные. Михаил, жених погибшей, завершив лечение, уехал домой. Он был согласен со следствием, и всё сам лично подписал.
Мы оставались практически одни. Многие так же заканчивали свой отдых, и разъезжались кто куда, а новеньких на горизонте ещё не наблюдалось.
Я продолжала доделывать оздоровительные процедуры, Любомирский тоже старался не отставать. Иногда он всё-таки, проводил время с Ингой и маленьким Андрюшей. Видимо, привязался к малышу, и не удивительно, парнишка был очень хорошенький и общительный. Но после подобных встреч, Коля всё больше становился хмурым.
Серьгу у нас давно уже изъяли, и я лишь по памяти, всё ещё присматривалась и искала подобную на женских ушах. Вдруг убийца забудется, и сам выдаст себя с потрохами.
Иногда накатывала грусть, что совсем скоро уезжать, и тогда я бродила по берегу озера, подбирала интересные камешки, рассматривала их, а после запускала «лягушек» по зеркальной глади. Вода успокаивала, я наслаждалась одиночеством и гармонией с природой.
В одну из таких прогулок между процедурами, на берегу я нашла большой такой булыжник, и решила во что бы то ни стало, запустить его как можно дальше. Меня охватил азарт, и я размахнувшись, бросила камень. Раздалось такое ощутимое «бултых», вода поглотила предмет, а взамен, моему взору предстала всплывшая обувь.
Меня бросило в холодный пот, неужели это ещё одно тело находится там. Я медлила, и не решалась предпринять хоть какое-нибудь действие. Но взяв себя в руки, полезла в воду.
Вода была прозрачной, всё было отчётливо видно, местами ещё не сошёл снег, но у берега он уже практически весь растаял, а в том месте, куда я швырнула камень, лёд был только на дне. Я шла, дрожа от страха и холода, и представляла себе жуткую картину. Вода залила мне кроссовки, ноги постепенно начинало сводить. Подойдя ближе, я обнаружила пару отвратительных, остроносых туфель на толстой танкетке, и зелёный пакет, в который они были упакованы. Он был плохо завязан, и обувь всплыла от попадания камня. Туфли напоминали взрыв из прошлого. Пережитки девяностых, и начала двухтысячных. Но даже тогда, мало кто осмеливался такие носить. Либо дамы без вкуса, либо дворовые алкоголички. Я схватила находку, и решила побыстрее ретироваться.
В гостиницу я шла огородами. Джинсы были по колено мокрые, кроссовки хлюпали, я изо всех сил старалась не попадаться никому. Что-то мне в этой обуви показалось странным. Точно. Я уже видела подобную обувку на нашей медсестре, такие же безвкусные, уродливые туфли, с тупым носом и толстым каблуком. Я ещё наверно, никогда так быстро не бегала. Я спрятала находку под куртку, а потом заперла её в своём номере. И быстрее побежала искать Любомирского. Он был на процедурах, и я как была мокрая и замёрзшая, выдернула его и потащила в номер. От силы всё заняло минут двадцать.
- Ну ты чего, Катюх, другого времени что ли найти не могла? – Коля улыбался и думал, что я тащу его к себе придаться пламенной страсти.
Я затащила его в номер, и тыкнула в сторону находки.
- Что? Ты хотела показать мне пятно? Погоди, ты что описалась? – только сейчас разглядел меня Любомирский, а я резко повернулась, и обнаружила только мокрое пятно в кресле. И ни одной капли рядом. Меня обокрали.
Я всё выложила Николаю, а он присел на кровать и крепко призадумался.
- Нам нужно срочно трясти эту медсестру! Прям вот за грудки хватать и трясти! Она врунья, убийца, ещё и воровка! – Я лютовала, и эмоции захлестнули меня. Мозг думать отказывался совсем. Мне хотелось пойти в медпункт прямо сейчас, схватит эту мерзавку за волосы и хорошенько потягать.
- Не гони коней. Есть следы какие-нибудь в коридоре? – спросил Николай. Я выглянула. Но ничего не обнаружила, кроме своих мокрых следов от кроссовок. Злоумышленник явно следил за мной, и прихватил с собой сухой пакет.
- А ещё, мы – дураки. – Констатировала я.
- Почему? – искренне удивился Николай.
- Потому что, пока бегали туда-сюда, стёрли отпечатки с ручки. – Я выдохнула и опустила голову. Да что за день то такой.
Я уже окончательно перестала чувствовать свои стопы, и резко скинула с себя обувь. Потом кое-как стянула с себя мокрые джинсы, и нырнула под одеяло. И очень удивилась, когда Любомирский тоже начал раздеваться.
- Погоди, я тебя не приглашала. – Высунувшись, удивлённо проговорила я.
- Да не очень то и хотелось, я погреть тебя решил. – Николай взял мои джинсы и кроссовки и разложил сушиться на батарею. Потом подошёл к кровати, секунду по раздумывал и всё же присоединился ко мне. Обнял меня, прижал к себе. В отличии от моих ног, его были просто горячими, и действительно согревали не хуже печки. И вместо того, чтобы по горячим следам бежать за преступником, мы что сделали? Правильно, уснули.
Мы оба прогуляли оставшиеся за день процедуры, и когда я проснулась, за окном был уже вечер. Это всё было неправильным, но перспектива подхватить воспаление лёгких меня не прельщала. И я была рада, что меня таким образом согрели.
Я скинула с себя одеяло, сладко потянулась, и хотела уже встать, но тут меня схватил спящий Любомирский, и бормоча, так сильно прижал к себе, что мне перестало хватать воздуха.
- Коля, я сейчас задохнусь, и ты будешь плакать. – Еле слышно произнесла я.
- Ну чуть-чуть ещё поспим, ещё капельку. – сложив губы трубочкой, очень мило проворковал Любомирский.
- Ты рискуешь проснуться с трупиком! – Гаркнула я, и от неожиданности Любомирский разомкнул руки, и я просто слетела с кровати, так как до этого активно упиралась в капитана всеми своими конечностями.