Страница 37 из 94
Отец шумно втянул воздух, прикрыл веки, и на миг Бэзилу показалось, что его снова ударят. Но лорд Томас только сделал глубокий вздох.
- Что ж, мне стоило бы отправить в Скардаг всю компанию, чтобы научить не доверять словам распущенного и испорченного мальчишки. Но тогда я должен был бы начать с тебя, а такого позора на нашу семью я не обрушу.
- На нашу семью, или на себя? - уточнил Бэзил ядовито.
- И на себя - тоже, - Лорд Томас сделал паузу, а затем заговорил немного спокойнее. - Послушай, Бэзил. Ты уже не ребенок, и должен думать о последствиях своих поступков. Может быть, ты позабыл, что я не монарх милостью Божьей, что моя власть основана на авторитете, на уважении, которое питают люди к моему опыту, к моей способности управлять ими уверенной рукой. Твою выходку еще можно было бы счесть забавной на обычном балу, - видят Боги, каких только безумств не придумывают сейчас бездельники чтобы заставить говорить о себе. Но это - торжественный прием в честь посла... посланницы другого государства, и любое оскорбление, нанесенное ей, - оскорбление великой державе, которую она представляет. Леди Мирме великодушно простит твою глупость, но в глазах людей ты выставил меня человеком, не способным навести порядок в собственной семье…
- А разве это не так?
В ответ, отец схватил его за плечо и тряхнул как котенка.
- Проклятье, чего ты добиваешься?!
На сей раз, слова пришли к нему прежде, чем ужас лишил голоса.
- Чтоб вам было плохо!
Томас разжал пальцы, и Бэзил отскочил подальше, готовый в любой момент обратиться в бегство. Они стояли друг напротив друга, столкнувшись в безмолвном поединке взглядов. Все его обиды, застарелые и недавние, вся бессильная ненависть, поднимались на поверхность, обжигая гортань, и - черт подери его слабость! - туманя влагой глаза. Есть ли во всем Сюляпарре человек несчастнее меня? Он не мог прочитать выражение на лице отца - безразличие? презрение? горечь? Время замедлило ход, и Бэзил снова слышал стук своего сердца.
Он даже не заметил, как в комнату вошел Филип. Конечно же, братец сразу встал рядом с обожаемым папочкой. И все же Бэзил вздохнул с облегчением - при своем любимчике отец не покажет себя в полной красе, о нет.
- Посмотри, что сделало это чудовище! - Бэзил продемонстрировал Филипу окровавленный платок. - Он запустил мною о стену!
- И поделом, - Брат стоял в той же позе, что и лорд Томас, также сложив руки на груди, качая головой с тем же высокомерно-осуждающим видом. Сейчас Бэзил ненавидел его почти так же сильно, как отца. - Скажи спасибо, что легко отделался. Сегодня ты превзошел самого себя, Бэзил.
- Ну, конечно! Убей он меня, ты сказал бы тоже самое. Подхалим несчастный.
- Молчать! - рявкнул лорд Томас. - Не смей так говорить с братом, недавно чудом избежавшим смерти! Бэзилу нет дела ни до тебя, ни до меня, ни до чести семьи, - сейчас он обращался к Филипу, но его проклятый взгляд все также давил на Бэзила, заставляя пятиться в угол. - Единственное, чего он желает, - это выставить меня на посмешище. Тебе стоило бы брать пример с брата, Бэзил, а не оскорблять его. Иногда мне кажется, что ты безумен.
Филип успокоительно похлопал отца по руке.
- Не принимайте близко к сердцу, молю вас. Бэзил - просто болван. Ничего страшного не произошло. Вы же знаете, достаточно нам сделать вид, что ничего особенного не случилось, и все решат, что произошедшее - в порядке вещей. Нам начнут подражать, как всегда. И скоро нельзя будет прийти ни на один бал, чтобы не наткнуться там на кроликов, зайцев, кур и прочую живность. Не позволяйте его глупостям испортить себе вечер.
Они стояли перед Бэзилом плечо к плечу, единые как всегда. Как же его тошнило от этого зрелища, от насмешливой мины Филипа, от постной физиономии отца!.. Наконец, этот последний вынес свой вердикт.
- Ты исчерпал мое терпение. Здесь есть и моя вина - я был слишком мягок с тобой и слишком многое прощал. Даю совет - не рассчитывай на мое снисхождение в дальнейшем. Коли твое поведение не изменится, скоро ты узнаешь, каким строгим отцом и повелителем я могу быть. А сегодня, твое наказание будет таким. Во-первых, я запрещаю тебе покидать твои покои в течение недели. Слышишь?
Тоже мне, напугал! Бэзил предпочитал свою башню и комнаты всем другим местам на свете. Может, отец перепутал его с Филипом, который обожал шляться по вонючим, полным черни улицам, и, как следствие, уже пару раз едва не был съеден каким-то невоспитанным чудовищем.
- А я-то как раз собирался предпринять путешествие в Андаргу! - Он закатил глаза к потолку.
- Во-вторых. Твое содержание удерживается на неопределенный срок, пока ты не начнешь вести себя, как подобает дворянину и моему сыну. А ты, - велел отец Филипу. - не давай ему денег.
- Ни юля! - весело подтвердил братец.
Вот это был подлый удар. От возмущения перехватило дыхание.
- Вы желаете, чтобы я умер с голоду?! И еще называете себя отцом!
- Прекрати нести чушь! Когда тебе приходилось платить за еду?
- Значит, вы хотите, чтобы я ходил голым! И босым!
- У тебя и так больше тряпок, чем у дорогой шлюхи, - отмахнулся отец с брезгливой гримасой.
От возмущения Бэзил мог только топнуть ногой.
- Но они все скоро выйдут из моды!!!