Страница 33 из 43
Такой показатель достигает у нынешних шимпанзе 5%, а у австралопитеков - 13%. Ясно, что австралопитек обладал явно не мозгом животного. Кроме того, изучение слепков черепа показало, что у наших предков были заметно развиты те отделы мозга, которые ведали работой рук и звуковой сигнализацией. Черепная коробка австралопитека была немногим просторнее, чем у рамапитека, зато полезная поверхность коры головного мозга чрезвычайно расширилась. Чтобы улечься в не успевавший за его ростом череп, мозг стал съеживаться мелкими складками, бороздками, извилинами. Следовательно, и по этому признаку австралопитековых нельзя причислить к простым обезьянам.
Имеется еще много черт, сближающих его и нас. Например, диастема, то есть промежуток между коренными зубами и клыками имеется у обезьян, а у австралопитековых и у нас ее нет. Зубы «южной обезьяны» мельче горилльих, а зубная дуга имеет не U-образную форму, а почти человеческие очертания плавной дуги, полукруга.
Мы уже видели, что изменения климата в неогеновом периоде привели к поредению тропических лесов. Излишки приматов в поисках новых мест обитания выбирались на редколесные просторы. Австралопитеки уже постоянно передвигались по открытым местностям и совсем не опирались на руки в отличие от своих предков. За тысячи веков они окончательно растеряли навыки быстрого перебрасывания тела с ветки на ветку или бега с опорой на руки. Ученых поразило сходство костей таза и ног австралопитековых и человека. Все определенно указывает на то, что наш предок имел устойчивую, прямую походку, умел бегать, хотя и неровно, вприпрыжку126.
Вообще говоря, «не прямохождение само по себе определяет ход развития по направлению к гоминидам. Ведь для динозавров, птиц, кенгуру и других видов животных также характерно передвижение на двух конечностях. Разумеется, положение тела и характер движений у них совершенно иные, чем у приматов. Однако, в качестве исходной позиции вполне могло бы служить и это. Если думать о возможных воздействиях в течение нескольких миллионов лет, то, по-видимому, в этом направлении действовали весьма сильные тенденции. Поэтому следует принимать во внимание влияние ряда других факторов»127.
Череп австралопитека Австралопитеки
Когда руки перестали использоваться для передвижения, они стали укорачиваться, кости утолщались. Кисти приобрели новые пропорции. Ноги, правда, менялись медленнее и еще сохраняли последние остатки хватательных навыков. Так, большой палец ноги австралопитека был заметно оттопырен. Ягодичные мышцы (от силы которых в немалой степени зависит вертикальное положение тела) были развиты слабее, чем у современных людей, но сильнее, чем у шимпанзе или орангутана128.
Вертикальное хождение сказалось и на позвоночнике. Число позвонков возросло в области шеи, которая вследствие этого стала гибче, хотя поворачивать голову так, как это делаем мы, австралопитеки не могли129. Совершенствовалось стерeоскопическое, объемное зрение, а это позволяло легче ориентироваться в пространстве. Наши предки умели различать гораздо больше цветов, чем животные.
Массивные челюсти, тяжелые, нависшие брови, приплюснутый нос, жесткая, темная щетина на щеках и подбородке. Крепкое пятидесятипятикилограммовое тело полутораметрового роста, покрытое редкими короткими волосами. Мускулистые руки и ноги, развитые мышцы живота и плеч. Постоянный запах пота и пыли от грубой кожи... Причудливо смешивались в облике австралопитека звериное и человеческое. Но все животное, отталкивающее отступало и блекло перед светом мысли в карих глазах нашего прародителя.
Какая же сила смогла вывести австралопитековых на дорогу, ведущую к людям? Прежде всего надо сказать о влиянии окружающей среды - природных систем более высокого и равного уровня130. Природные условия, в которых проживали наши предки, послужили как бы литейной формой для выплавки человечества. Группы австралопитеков как бы вливались в природную нишу, отыскивая промежуточные ступени биологической и уже предсоциальной эволюции на пути к достижению недостижимого - статуса Сверхсистемы. Все большее значение приобретали те внешние воздействия, которые требовали новых небиологических ответных противодействий. Проходил как бы непрекращающийся экзамен на сплоченность, единство и сообразительность, где отбирались и получали право на дальнейшее существование и оставление потомства не отдельные особи, а те группы австралопитеков, в которых складывались взаимопомощь, забота о ближнем, охрана детей. В таких сплоченных стадах основной сплачивающей силой стал совместный труд, охота и собирательство.
К. Маркс и Ф. Энгельс в свое время, обобщая и популяризируя научное знание, пришли к выводу, что переход от животного к человеку был чрезвычайно сложен и длителен. Основной идеей работ Ф. Энгельса «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» и «Происхождение семьи, частной собственности и государства» было утверждение: после биологически случайного возникновения существ, потенциально способных перейти к общественной эволюции, труд стал основной движущей силой развития как этих существ (особь как живая система), так и их сообществ (стадо как система) и всех их вместе взятых (человечество как система).
Череп австралопитека, ткани головы, кожный покров лица
Австралопитеки
Совершенно невозможно оспорить также положение основоположников марксизма о том, что древние обезьяноподобные прапредки освоили прямохождение и, освободив тем самым руки, приступили к трудовой деятельности. Труд стал мощнейшим из факторов эволюции, причем не внешним по отношению к человечеству-системе, а внутренним.
Однако отчего ни двуногое млекопитающее кенгуру, ни вертикально передвигающаяся птица пингвин, ни ходивший на задних лапах мезозойский ящер зауролоф не дали начало трудящимся и мыслящим существам? Их организмы по отдельности и биологические виды в целом не несли в себе того запаса случайных мутационных изменений, которые слились в критическую массу и поставили их перед ультимативным выбором: гибель, либо переход на качественно иные пути развития. До австралопитеков Землю населяли причудливейшие творения природы, но никто не оказывался в таком положении. Австралопитеков же поставило перед данным выбором чрезвычайно бурное развитие тысяч поколений его предков. Они получили достаточно развитой мозг для заполнения его информацией и ловкие конечности, чтобы пользоваться орудиями. Очевидно, что «начальные шаги трудовой деятельности, связанной с изготовлением простейших орудий, возникли не на пустом месте. Более чем полуторамиллиардная эволюция животных, приведшая к возникновению предчеловека, кончилась не нулем, а возникновением сложных навыков использования предметов в качестве орудий и появлением интеллекта»131. Двуногие ящеры просто не могли стать производителями и пользователями даже простейших орудий труда. Во-первых, почти все проблемы решались прямоходящими nресмыкающимися с помощью их мощных челюстей и большой физической силы. Во-вторых, мозг был смехотворно мал для решения сколь-нибудь сложной задачи132. В итоге даже наиболее совершенные из динозавров стали тупиковым направлением эволюции и исчезли. А с появлением на планете приматов все изменилось. Некоторые из них оказались чрезмерно чувствительными к природным переменам. Мутации, вызванные выше описанными факторами, привели к появлению австралоnитека - nримата «без шерсти, тонкокожего с маленькой пастью, с нестойкими зубишками, с мускулатурой, куда более слабой, чем у его врагов, бегающего и прыгающего куда хуже, чем они»133.