Страница 49 из 152
Тамара была довольна собой, что накормила детей, но неопределенность с мужем подтачивала ее радость. По их договоренности с Егором, он должен был обойти гору за сутки, плюс еще несколько часов на непредвиденные обстоятельства. Он ушел вчера утром. Сутки и время на форс-мажор закончились. Чем больше время близилось к вечеру, тем тревожнее становилось у неё на душе. Ночь в пещере без мужа пугала ее. Черная пещера, черная вдова.
Егор пришел в себя оттого, что чуть не задохнулся. Жижа затекла через нос и попала в дыхательное горло. Мужчина закашлялся и попытался открыть глаза. Далось это с трудом. Сухая корка грязи залепила веки. Ему на мгновение показалось, что он снова очутился в пещере. С перепуга попытался убрать с лица грязь, но сделал это небрежно, вместе с бровями. Попала она и в глаза. Когда Егор прочистил их, то заметил, что день подходит к концу.
Егор сидел посреди грязной лужи. Левая рука болела. Подвигал ею, пошевелил пальцами. На перелом не было похоже, скорее сильный ушиб. Посмотрел вверх, туда, откуда он свалился. Метров пять было до того злосчастного уступа. Кажется, он еще легко отделался. Можно было пробить голову, сломать позвоночник, да все что угодно. Егор пообещал себе больше не делать таких непредусмотрительных действий. Снял вязанку с плеч, чтобы оценить ее состояние.
Она была в грязи, но в целости. Если бы не вязанка, удар мог оказаться значительно жестче. Егор поднялся на ноги. Сейчас он стоял на уступе, который был гораздо шире того, с которого он свалился. Чтобы не испытывать судьбу еще раз, выбрался из грязи и подошел к краю. Отсюда до воды было метра три. Темнеющая, вместе с закатом вода, превратилась в черную инфернальную субстанцию. Суеверная часть души считала водоем местом, противоположным понятию «жизнь».
Разглядывая воду, Егор заметил на самом краю водной поверхности что-то странное. Из-за сгущающихся сумерек тяжело было определить, что это за предмет. Несмотря на свое помятое состояние, он все же решил удовлетворить любопытство. Все, что осталось от человечества вызывало ностальгию и, в конце концов, могло пригодиться в хозяйстве.
Осторожно, не опираясь на больную руку, Егор спустился к кромке воды. Предмет действительно имел человеческое происхождение. Это было колесо грузовика. Егор смыл с него грязь. Покрышка была рваной, будто ее трепали гигантские собаки. Обод смят сильным ударом. Егор попробовал сдвинуть колесо, но оно не поддалось. В голову закралось подозрение, что у колеса имеется продолжение. Он протянул за колесо руку и нащупал покореженный металл или пластик. Вот и первый настоящий сюрприз от человечества. Позабыв о боли и осторожности, Егор скинул свой груз и наступил на колесо. Опора держалась уверенно. Он опустился на колени и прощупал все пространство вокруг, скрытое мутной водой. По ощущениям, там было мятое железо, скорее всего кабина грузовика. Недостаток света не позволял увидеть ее очертания сквозь воду.
Егор вернулся на берег и прошелся вдоль него, чтобы разглядеть остальную часть машины. Сразу за кабиной просматривался прицеп. Удивительно, что машину не разорвало на мелкие части от удара. Не терпелось забраться внутрь, чтобы узнать содержимое грузовика. Если бы не ночь, которая неотвратимо приближалась с каждой секундой, то Егор не удержался бы от исследования.
Скрепя сердце, он отказался от этой затеи и решил продолжить путь, пока не наступит полная тьма. Заночевать там, где она его застигнет, чтобы ранним утром снова двинуться в путь. Если он рано вернется домой, то в тот же день отправится назад, к этому грузовику, прихватив с собой Матвея, для подстраховки.
Человеческие глаза быстро привыкли к недостатку света и спокойно видели то, что в прошлой жизни казалось сплошной тьмой. Егор шел до тех пор, пока видел, куда поставить ногу. Он затруднялся предположить, сколько пути преодолел. Остановиться на ночлег решил только тогда, когда влетел в жижу, не отличив ее от камней.
На ощупь нашел ровное место среди камней, подложил руку под голову и собрался засыпать. Несмотря на усталость, сон пришел не сразу. События дня пробегали перед глазами. Разнылась ушибленная рука. Егор пролежал минут тридцать, и никак не мог уснуть. Тело быстро начинало уставать в одном положении. Мужчина приподнялся, чтобы сменить позу. Ему вдруг показалось, что где-то вдалеке мелькнул огонек. Он всмотрелся. Некоторое время было темно, и Егор уже решил, что ему показалось, но вдруг отчетливо увидел, как вдали снова загорелся огонек.
Он встал. Протер глаза, поморгал для верности. Огонь все еще светился. Это точно не могло быть иллюзией. Кто же мог светить в темноте? Конечно же, кто-то из его семьи. Егор достал фонарик с динамо и сделал несколько движений. Лампочка слабо загорелась.
- Эх, была, не была!
Егор снова навьючил на себя вязанку и, используя далекий огонек, как ориентир, под «вжиканья» собственного фонарика, продолжил путь. Слабый свет проницал тьму метра на три. Этого вполне хватало для того, чтобы случайно не оступиться. «Маячок» приближался. Егор заметил, что огоньком машут, привлекая внимание.
Один раз он потух, и Егор подумал, что уже не загорится. Но огонь снова загорелся, указывая путь.
- Тамара! Матвей! – Крикнул Егор, предполагая, что это кто-то из его семьи.
- Егор. – Донесся слабый голос Тамары.
Егор облегченно выдохнул. Глубоко в душе он боялся, что огонь может быть каким-нибудь новым природным явлением, типа огней святого Эльма, что с такими грозами вполне могло случиться.
- Егор! – голос жены приближался.
- Тамара! – Отвечал Егор.
Через полчаса Егор различил в отсветах огня вход в пещеру и фигуру жены возле него. Последние метры он преодолел как на крыльях. Как только ступил на площадку, сразу скинул с плеч вязанку и кинулся к жене. Тамара бросилась навстречу. Наобнимавшись, Тамара отстранилась и заметила, что Егор по самые уши в грязи.
- Повалялся немного, но дрова нашел. – Довольным тоном произнес Егор.