Страница 139 из 152
Оставалось исследовать те самые завалы, созданные ураганом. Джейн проводила половину каждого дня, лазая по горам и разгребая мусор. На пути этой горы ветер был бедноват на дары погибшей цивилизации. В основном это была грязь и камни. Потоки жижи в свое время, стекали в воду и местами образовали грязные мелководные озера. Джейн лазала в них в надежде нащупать что-нибудь стоящее, но ничего такого не попадалось.
Анна привыкла к пещере, воробьям, многочисленным лягушкам и насекомым, населявшим маленький заповедный мир. Это она первая увидела крысу. Джейн, как обычно, была чем-то занята. Когда она не слышала дочери несколько минут, то тревожилась за нее, потому что всякий раз, когда она вела себя тихо, стоило ждать неприятностей. Мать готовила обед на дровах. Ароматный дым разносился по всей пещере. Джейн обернулась, чтобы узнать, почему затихла Анна и пока глаза ее привыкали к темноте, увидела такую картину. Здоровая крыса осторожно тянулась к вытянутой ручке дочери. Анну забавляло это животное. Она смотрела на нее с благожелательностью и интересом. Крыса дергала усами и продолжала тянуться к розовым пальчикам дочери.
Джейн испугалась. Она вскочила и крикнула, напугав и крысу и Анну. Дочь посмотрела на мать и разревелась. С тех пор, она всегда играла рядом с тем местом, где работала Джейн.
Как-то они отправились в очередной раз обыскивать грязные озера. Анна ходила рядом, мешая матери бесконечными вопросами.
- А это что? – Переспрашивала она каждый раз, увидев очередной камень, немного иной формы, чем предыдущий.
Мать терпеливо отвечала, занимаясь своими делами. На некоторое время Анна затихла. Джейн была благодарна, но потом решила проверить, что еще удумала ее беспокойная дочь. Анна стояла по колено в воде, и что-то тянула на себя оттуда. Джейн бросилась к ней и вытащила дочь на берег. Та разревелась, обидевшись, что мать не оценила ее помощь.
- Там! – С обидой говорила она, показывая в воду рукой, и снова рвалась туда. – Там!
- Что там? Там грязь!
- Нет! Там! – Слово «там» стоило понимать как: «отпусти, мне надо туда!».
Джейн, чтобы показать дочери, что в воде ничего нет, поводила рукой и зацепилась за какой-то предмет. Она осторожно ощупала его. Определить его предназначение сразу не получилось, кроме материала. Это было железо. По пальцам царапнул рваный край. Она ощупала предмет по всей длине, зайдя в воду выше колен. Определила, что это, скорее, всего небольшой фургон, смятый в «лепешку». У него имелась рама и остатки колес, а сама будка едва держалась на ней, поддаваясь усилиям Джейн.
Они с Анной вернулись домой. Джейн надела непромокаемый костюм из спасательного набора. Взяла три тонких, но целых бревнышка, веревку, мачете и железку, которую можно было использовать в качестве рычага. Погрузила хозяйство на плот и вместе с дочерью, ожидающей новых приключений, отправилась вызволять из плена новую находку.
Высадилась на берег у машины и спрыгнула в воду. Дочь испуганно наблюдала за матерью, лазающей по пояс в воде. В просвет между кабиной и будкой поперек рамы положила бревно. Сунула под железо рычаг и стала раскачивать, чтобы сдернуть ее с креплений. Без страха прыгала на нем весом всего тела. За свою беспечность получила урок. Крепление резко сорвалось, а Джейн со всего маху упала в воду, обрызгав дочь с головы до ног. Малышка, правда, не поняла, что произошло ЧП, и заливисто рассмеялась. Дальше Джейн была осторожнее. Анна удивленно наблюдала за работой матери и периодически хлопала в ладоши.
Через час мятая и «простреленная» будка лежала на берегу. У нее даже сохранились распашные задние двери. Джейн обошла вокруг находки несколько раз, внимательно рассматривая и планируя в голове ее использование.
- Тё это? – Раздался за спиной голос Анны.
- Это наш дом. – Ответила ей Джейн.
Будку перевезли в пещеру на плоту. Джейн занялась возвращением ей прежней формы. Когда ей это удалось, стало понятно, что внутри получается довольно сносное пространство для жизни. Есть куда примостить печь, где соорудить лежанку, а где подобие кухонного стола. Стены, конечно, светились сквозными дырами, но Джейн уже решила, как избавиться от этой проблемы.
На одной будке она не остановилась. Разломала кабину, вынула из нее сиденья, весь пластик с торпедо, куски бампера, трубки с мотора, резину с колес. Все, что сумела сняла с машины. Сейчас Джейн мало беспокоил экологический класс топлива. Она знала цену теплу и готова была подышать углеводородами, лишь бы не мерзнуть. К тому же не весь добытый материал она собиралась пускать в топливо. Ей уже приходили на ум различные домашние удобства, созданные из добытых материалов.
Сразу после этого Джейн приступила к утеплению домика. Вокруг было много густой грязи, из которой она решила делать кирпичи, для обкладки его снаружи. Сделала первый замес, подбирая оптимальную консистенцию, смешиванием сырой и сухой грязи. Им замазала все дыры в стенах дома. Затем сделала формы для кирпичей из всего, что попадалось под руку, стараясь выдерживать одинаковую высоту кирпича. Выложила первый угол и с удивлением обнаружила, что кирпичи не хотят держать форму. Тогда она решила перед этим сушить их и стала добавлять в раствор сухую траву, опилки, сосновую кору, для получения более крепкой формы. Вскоре, ей стало очевидно, что утепление дома займет очень много времени.
В перерывах, давая время подсохнуть каждому новому слою, Джейн с Анной выплывали на открытую воду, чтобы порыбачить. Рыбачили подолгу, чтобы потом больше времени уделять обустройству дома. Рыбу Джейн научилась запекать в куске грязи, варить уху, и просто жарить на костре. Практичнее всего была уха, которую можно было растянуть на несколько дней. Но вкуснее всего получалась запеченная рыба. Джейн не боялась использовать растущую в пещере траву в качестве приправ.
За месяц, фургон полностью скрылся под толстым слоем подсыхающей грязи. Джейн установила внутри печку из прошлого дома и топила ее, чтобы ускорить затвердевание стен. Она боялась, что ее раствор при подсыхании растрескается, но этого не произошло. Кирпичи, благодаря растительной связке, сохраняли целостность. На крышу Джейн просто нанесла грязь в три пальца толщиной, но не поверх металла, а на всякий мусор, который должен был создать изоляционный слой.