Приключение

- Спаси вас Бог, ребята, - кивнул священник. – Откликайтесь, когда слышите, что вас зовут. Не всякому дано просто услышать. Попьете чайку и отдохнете с пользой.

К нему под благословление подбежали двое мальчишек-близнецов.

Распрощались и разошлись. Оказавшись за воротами, пошли к машине. Сперва молчали, будто не решаясь нарушать тишину, но потом заговорили. Лера была печально-спокойной, но умиротворенной. Косте же казалось, будто все его чувства взвесили и причесали; подумалось, что часом назад он был свободнее и чувствовал мир восторженнее. Лера же, идущая рядом и касающаяся иногда плечом его плеча, была теперь не захватившей стихией счастья, а спокойным осознанием родного человека.

- Он как будто специально к нам подошел.

- Специально и подошел.

- А какие у нас вопросы?

- Не знаю. Я думал, у меня-то как раз и есть все ответы. Если вдруг кто меня спросит.

Лера задумчиво молчала.

- Наверное, вопросы есть у меня, - сказала она потом. – Я бы их задала тому, кто мог бы на них ответить. Про бабушку. Знаешь?..

Замолчала опять.

- Что? – не дождался Костя.

- Этот священник подошел к нам так же, как я сама зашла к тебе… - Подбирала слова. – Будто бы вдруг. Ни с того ни с сего. Но помнишь, как я тебе сказала тогда – словно кто-то свел меня с тобой.

- Помню.

- Вот, - помедлила, а потом сказала, - как будто этот кто-то и сейчас дает мне направление. Нам. – На него посмотрела. – Давай съездим в… Листвицы? К отцу Виктору.

Эта была не просьба девушки, с которой он знаком с сегодняшней ночи. Так близкий человек говорит другому близкому. От осознания этого у Кости быстрее забилось сердце. Все что угодно, Лера!

- Давай съездим, - ответил.

- Спасибо.

И вновь взяла его за руку.

И вот они ехали. Несколько километров обернулись почти часом. Как подсказывал навигатор, оставалось чуть-чуть пройти по магистрали и свернуть налево. Не обманул. С гладкого полотна машина сошла на песчаную двуполосицу. Миновали поля и нырнули в стеной стоящий лес. Дорога становилась уже, солнце реже мелькало в верхушках деревьев. Навигатор помигивал красной точечкой приближающихся Листвиц. И, наконец, вынырнули из лесного коридора, в уютный разлог, обрамленный лесом – спрятанная от всего мира деревня. Костя восхищенно присвистнул. Никогда здесь не бывал, не думал даже, что есть у него на родине такие места. Аккуратные, но настоящие домики – не пластиковые коттеджи, в которых теперь живут за городом; увитые вереском сады и фруктовые, собирающиеся в лето деревья. Небольшие участки, жмущиеся друг к другу, вплетающаяся в облака паутинка электропроводов, протянувшаяся от поросших зеленым мхом столбов, и на пригорке, над всем – светло-коричневая, как из спичек сложенная, маленькая церковка. Показалось сначала – вокруг ни души, как после обеда в Обломовке, но вот пронеслись по песчаной дороге на великах трое мальчишек, с дальнего леса, разминувшись с ними, пропылил грузовичок, в огородах, стоило приглядеться, мелькали за работой хозяйки. Через всю деревню, дорога вела на подъем, прямиком к церкви. Неспешно двинулись, провожаемые порой взглядами да лаем собак. Остановились у холма. Машина потухла, и стало слышно, как живет природа.

- Куда нам дальше? - оглядываясь, спросил Костя.

- Давай выйдем и посмотрим, - сказала Лера и первая открыла дверь.

Церковь на пригорке, обнесенная невысоким заборчиком, выглядела пустынной. Костя, вышедший следом за Лерой, нерешительно переступил с ноги на ногу, не отходя от машины. Подняться и… войти?

- Смотри, - Лера окликнула.

Вправо от холма, теряясь в подлеске, убегала тропинка. Вела она, было видно, к небольшому домику за простым дощатым забором, неподалеку на полянке паслась прекрасная гнедая лошадь, а у дома рубил дрова высокий человек лет тридцати, в просторной белой рубахе, с забранными в хвост русыми волосами и с бородой. У будки сидела, похожая на волчонка, собака – насторожившись, смотрела на них, наклонив голову.

- Отец Виктор, - сказала Лера, взглянув на Костю. – Может это он и есть?

- Похож. – Костя обошел машину и встал рядом с ней. – Подойдем?

Они пошли по тропинке. Когда подошли ближе, собака чуть заурчала, а человек, отбросив половинки полешка, наконец, увидел их. Солнце золотило бороду, глаза смотрели весело, с прищуром. Костя сразу исполнился уважением к этому человеку; в его образе было все, что встречал он у героев правильных книг. На миг даже мелькнула мысль о пустоте всего, чем он восхищался и что ценил сам в себе – даже важность музыки и единение с миром. Но мысль исчезла, как появилась – перед ними просто был человек, точно знающий, как и для чего ему жить. Гораздо определеннее, чем знал (или думал, что знал) сам Костя. Они остановились перед калиткой и поздоровались.

- И вам здравствовать, ребята. – Голос звучный, обволакивающий. Топор звякнул в колоду; открыл калитку и протянул Косте руку.

- Мы ищем отца Виктора, - просто ответил тот, пожимая крепкую ладонь.

- Это я, - улыбнулся священник. – А вы, наверное, от отца Александра, с Прибрежного?