Страница 67 из 73
— Я выхожу замуж, за Мишу.
— Но папа, — сказала Саша, глядя в стол. Она и без того наворотила дел, степень значимости которых вряд ли понимала.
— Думаю, что папа понимает, — спокойно ответил Женя, — мам, я просто хочу, чтобы ты улыбалась, если ты улыбаешься при Мише… пусть это будет Миша.
В квартире было тихо, умиротворённо. Женька убежал куда-то, а Саша спала, в последнее время она часто спала или попросту сидела в своей комнате. Наташе приходилось едва ли не силой выводить её прогуляться, вывозить за город, заставлять говорить… Но решение было принято, и это было правильное решение, судя по восхищённому Саши «Мам, он шевелится», Женькиному «Саня такая красивая с животиком» и появившейся полуулыбке дочери.
Миша переехал к ним практически сразу после разговора в маленькой квартирке на окраине города, почти сразу они подали заявление и, сидя в машине на пассажирском сиденье, смотря на виды летнего города и на офицера за рулём, Наташа ощущала какой-то странный прилив хорошего настроения, подъёма, удивления, влюблённости. Она повернула голову в сторону мужского профиля и поймала себя на любовании, это было удивительно.
— Мне нравится твой взгляд, — Миша.
— Какой?
— Влюблённый.
— Влюблённый?
— Сильно влюблённый.
— Сильно влюблённый?
— Очень сильно.
— У кого-то раздутое эго, — протягивая руку, чтобы провести пальцами по мужским губам, отдав в плен мизинец, почувствовав язык, который ласкал, нежил, обещал.
— Вкусный пальчик, — легко поцеловав напоследок, — кто-то очень сильно влюблён в свою будущую жену.
Несмотря на реальность происходящего, было невозможно поверить, всё ещё.
— Скажи ещё раз.
— Я влюблён в тебя.
— Ещё.
— Я люблю тебя.
— Ещё.
— Словно мне семнадцать, так сильно.
— Так остро…
Должна была прийти Марго, будущая свидетельница, лучшая подруга, самая близкая, несмотря ни на что. Есть примета в счастливое свадебное счастье, у Наташи была счастливая свидетельница. Первый брак её был удачным, так что… не изменяя традициям, Наташа была уверена и во втором своём браке.
— У нас будут гости?
— Я не слышала, как ты пришёл, будут, Марго, привет, — подставляя губы для поцелуя, — раздевайся.
— Что ты делаешь? — смотря на мужские пальцы, медленно расстегивающие молнию на брюках.
— Ты сказала «раздевайся», — улыбаясь, — я не очень понял, при чём тут Марго, но, возможно, я не всё про тебя знаю, девочка? — скорей дыхание, чем губы скользили по шее. Движение, от которого мурашки по позвоночнику. Гарантировано.
— А ты многое знаешь?
— Давай проверим… — снимая резинку с её волос, — тебе нравится так, — распутывая волосы пальцами, — и так, — опускаясь невесомыми поцелуями от шеи к груди, к просвечивающему сквозь кружево соску, — так, — рука опускается вдоль тела, к ногам, по внутренней стороне бёдер, — у тебя очень нежная кожа здесь, — опускаясь на колени, чтобы пройтись губами вслед за руками, отодвинуть в сторону кружево белья и протолкнуть язык.
— Эй, Саша дома.
— Я помню, Наталь, — поднимаясь, — разговор о моих знаниях считаю отложенным до вечера, — оставляя лёгкий поцелуй на губах, — может, теперь ты скажешь, отчего дёргаешься?
— С чего ты взял?
— Я практически не знаю твоих друзей, поэтому, если есть что-то, что я должен знать?..
— Нет, ничего такого, — был ли иррациональный страх достоин обсуждения? Стоило ли тащить в новые отношения свою не до конца пережитую обиду?
— Ладно. Давай я помогу, что делать?