Страница 19 из 49
- Ладно Мурка, давай прощаться, береги малышей. Коту хвост накрути, вместо алиментов бери мясом.
- Мыр, Мур.
- Увидимся?
- Мыр, Мур.
Пообщались. Поговорили. О своем о девичьим.
Остров не весь песчаный, встречаются обширные оазисы по периметру, а четверть захватили нагромождение камней, они стоят, лежат, нависают один над другим, игра тени и света превращает пейзаж в необычайно привлекательный, сюрреалистичный.
Если днем камни отсвечивают серым, желтым, голубым, то к вечеру фиолетовым, синим и пурпурным.
А между ними несется горный узкий поток, а сама гора одно название в объеме, хотя вершина в облаках спрятана, в свое время облазили мы здесь вдоль и поперек, по камням горными козлами скакали, по деревья лазили, но теперь наш природный полигон оккупировали кошки, не уверена, что им понравится шум от наших тренировок.
Тем более именно мамаши с потомством особы агрессивные.
А вот живность здесь разная, косули, кроты, игольчатые полозейки живут именно в предгорье.
Змеи и дикие коровы пасутся в оазисах, в песках тямли, толи лошадь, толи бык, очередной выверт природы.
По сравнению с ним верблюды и лоси очаровашки.
Отставим лирику.
Я соскучилась.
Да и новости стоит послушать. Чем там собрание достойнейших завершилось?
Сразу попала в крепкие мужские объятья, - солнышко пусти, дай душ принять, -отпихиваюсь от рук, только сразу губы плененные.
Да ну его душ, комбинезон чистоту в любых условиях поддерживает.
Потрепыхалась, потрепыхалась, да и растеклась лужицей в любимых руках.
Целуется шельмец до радужного звездопада в моих глазах, чувствуется не малый опыт, это я уже в здравой памяти анализирую, а перед этим души наши раздулись мыльным пузырем от нахлынувших эмоций, лопнув, окатили незабываемым блаженством, и взмыли, кружась в танго, а под конец вальсом где-то на просторах мирозданья.
И так мне стало….
Лучик солнца золотой он в моем…. сердце.
Ну так и лет моему мужчине не мало, накопил он опыта, мне, на радость.
Здравствуй, необъятный водоем, возьми наши опустошённые тела негой, скрой туманом, наполни бодростью.
- Эгей, - вылавливает муж меня после очередного круга заплыва в реке, подныривая под меня, трется об нагое тело, взмывая из воды уже держа меня на руках.
Глаза бесстыжие оценивают счастье ему доставшиеся, меня то бишь.
- Ой ценю милая, ой как я ценю,- оглаживает выпуклости.
Шепот на ушко и наши довольные всхлипы глушит и скрывает туман.
- Аленушка, нельзя быть красивой такой!
Соглашаюсь, бесстыдно подставляюсь под поцелуи и ласки.
- Нельзя, но если очень хочется, то можно!
Двояко мое заявление трактовать можно, только от стыдливости муж меня вылечил, а сам он давно об этом чувстве забыл, а может когда все за стыдом стояли, муж обстоятельно выбирал мужскую гордость, для моей женской слабости, ха, пусть теперь туман краснеет.
Наказали меня за лучик света.
Какой же это лучик, для тебя у меня целый столп света припасен… для сердца, души и тела.
- Проказливый охальник!
- За я такой, за это и жена любит. Заботливо растирает одним полотенцем ступни, во второе укутав меня с головы до ног.
- Руки, замотаны, а то показала бы за что люблю. Каждый думает в меру своей испорченности, люблю за обаятельную улыбку, тепло рук, чистоту души и согревающие глаза, а главное за ответное чувство ко мне, так бы сжала и не отпускала.
Оказывается, я такая собственница!
- Аналогично любимая, - трется носом, - пошли, нас сейчас домовушка накормит.
Заботливого мужа под боком не заменит гора золота.
После сытного завтрака начал он рассказ, как ходили хлопцы отмазывать друга от короны и голосовать за его отца, так, по-моему, это называется иначе - на мягкое место мозолей насажать.
Для несведущих она - вечная блажь, в этом уже поплававших, так только лишние седые волосы, правда под золотым венцом.
Да я о власти, о её плюсах, но по большему счету минусах.
Вкусно жрать, находясь в чане с фекалиями, одним предложением если описывать.
Корона Дасхару пока не досталась, правда зря он порадовался досрочно, стал-таки ханьшей (ханом младшим, наследным принцем, сыном хана), теперь горюет в обществе Тамита и Намита.
А Эльдо вырвался.