Страница 25 из 30
В тот день Аннет упала на кровать, не раздеваясь. Не думая ни о чём, слишком усталая, чтобы размышлять. А утром проснулась достаточно живой и полной сил, как будто и не было недавнего истощения. Нет, ещё чувствовались отголоски слабости, но Аннет словно отдыхала у большого источника. Магия пела в её крови. Нет! Это было неправильно! Она не могла восстановиться за одну ночь, если только не… Она неосознанно «выпила» малый источник. Неосознанность таких действий была крайне опасной, как для окружающих, так и для самого мага. Аннет дотянулась до берёзы – та чувствовалась наполненной. Это было невозможно. Нужно было проверить рябину. Но другой источник тоже не пострадал, а наоборот восстановился. Аннет уже ничего не понимала. Неужели…
Где-то рядом был большой источник. Другого вывода Аннет сделать не смогла из такой странной ситуации. Закрыла глаза и сосредоточилась. Раз источник, два. Потом она сама. Потом – слабый огонёк жизни внизу – господин Хардивэй. Вдалеке ещё огоньки – охрана, слуги… Дальше ещё какие-то люди, едва ощутимые. Дальше, дальше… Аннет поразилась, как далеко она могла видеть. Но источника нигде не было. И при этом вокруг словно разливалась сила. Казалось, он был везде и нигде одновременно.
Поразительная мысль пронзила Аннет. Весь этот мир был источником – могущественным и неистощимым. Динамической системой, которая давала силу, а потом забирала её обратно. Это был мир, словно созданный для них, для Аннет. Девушка больше не боялась. Она была в своей стихии. В своём мире.
Аннет засмеялась, испытывая ни с чем не сравнимое облегчение.
Ситуация в парке переменилась. Родерик отлетел в сторону, падая на землю. Похоже было, что он потерял сознание. Аннет замерла напротив мастера, удерживая его внимание на себе.
За её спиной сражались охотники и Кей, но Аннет не слышала – не чувствовала – ничего. Она смотрела прямо в чужие глаза. И не было ничего, кроме борьбы, напряжения и громкого стука сердца.
Кровь, жажда, клыки, которые погружаются в чужую шею…
Запах, притягательный аромат…
Сладость освобождения, которую приносит становление вампиром. Желание отомстить и насладиться чужим страданием.
Она тонет в алой крови вокруг.
Подчинись мне. Разреши попробовать твою кровь.
Вампир оказался ещё сильнее, чем думала Аннет. Она могла только удерживать его на месте, но и он не давал сделать ей ни шага – она хотела отступить, не приблизиться. И даже её сила не слушалась сознания, запутавшегося в чужих сетях.
Отчаяние. Невозможность борьбы. Отпусти себя и покорись.
Аннет не могла уступить, только не сейчас. Вампир приближался, как будто сквозь густое желе, с трудом преодолевая сопротивление воздуха.
Клыки у её шеи.
И жар, разгорающийся в груди. Аннет выплеснула силу, которая бушевала внутри. Всё было алым, как кровь и чужие глаза. Она задыхалась.
А вампир медленно горел, чтобы осыпаться пеплом у её ног.
Аннет пошатнулась, падая на землю. И усмехнулась. Он так хотел её крови, но попробовав, всё равно не смог изменить своей судьбы. На мгновение скованный отравой, он бы проиграл её силе.
Девушка медленно подняла руку, касаясь шеи. Укуса не было. Победа была за ней. Только слабость никуда не уходила. И воспоминания, пробуждённые ментальной схваткой, не давали ей покоя.
Она прикрыла глаза, собираясь с мыслями, пытаясь заново выстраивая своё сознание. Сражение было окончено. Вокруг Родерика суетились охотники. Кей стоял рядом, поддерживая её своей энергией. Нужно выспаться, и всё будет хорошо.
– Спасибо вам за помощь, – Родерик еле стоял на ногах, укус на его шее выглядел страшно. Вампир не старался быть аккуратным. Незнакомый охотник поддерживал его за плечо.
– Если бы не ты, Рода бы обратили, – Руциа едва не плакала.
– Я помогла не только по своей инициативе. Александр, мастер города, поддерживает соглашение между вампирами и охотниками. Частично я помогла по его просьбе. – Аннет произносила то, что нужно было сказать, – фразы, которые сами всплывали в её голове. Он умолял меня на коленях.
– Вы спасли мне жизнь. И я надеюсь, что смогу оплатить вам тем же.
Аннет только кивнула в ответ.
Домой.
Кей перенёс её. В её – их – убежище. В место, которое она могла назвать домом.
Голова кружилась. Думать было сложно. Аннет смутно осознавала, где она и что с ней происходит. Она падала в чужие воспоминания, и только собственная сила воли и невозможность отступить удерживали её на плаву.
Погружение всегда было слишком опасно. Сила и талант не были в этом помощниками, скорее наоборот, и только якоря не давали утонуть в глубинах чужого ментала, который проникал, смешивался с памятью Аннет.