Страница 22 из 42
– Вот именно, привыкла. Мечтать о чёрствой корке да обрывке лохмотьев, чтобы укрыться от стужи? И дальше этого ничего не видеть. К чему обременять себя заботами о достойном существовании: одежде соответственно приличиям и погоде; пище, не только наполнить желудок, но приятной на вкус; добротном доме с надёжной крышей – когда проще притерпеться и не замечать неудобств. Что ж, наверно, ты заслужила такое счастье. И помощь тебе больше не требуется.
– Да, – потянулась она к цепочке на шее, – Возьмите. Теперь он снова и по праву принадлежит вам, – и, сняв, подала ему неброское украшение. – Вы ведь за этим пришли?
– Не только, – нарочито равнодушно принял старик возвращённый дар. – Хотелось увидеть, как изменилась твоя судьба. И признаться, я разочарован. Но, раз ты сама так решила… Как это понимать?! – раскрытый медальон в бледной сухой ладони был пуст. – Где камень?
– Он лежал здесь! – растерялась она. – Недавно проверяла. Может, случайно выпал?.. Я поищу…
– Хочешь посмеяться надо мной? Случайно выпал! С этой вещью не бывает случайностей, проверено много раз! Кому ты его показывала?
– Никому, – соврала девушка.
– Значит, сама решила меня провести, присвоив насовсем? А ты не так проста, как кажешься, – впились в неё невидимые глаза, пригвоздив к месту, – и не зря отмечена печатью воровки. Зная, что буду тебя искать, спряталась в глуши под личиной недалёкой пастушки, до которой никому нет дела. Много раз я отправлялся по ложному следу, когда доходили слухи о невероятном везении какой-нибудь юной барышни, и тратил драгоценное время, прежде чем понять ошибку и возвращаться к началу. Даже, грешным делом, на вашу самодурку-госпожу подумал. Но ты всех переплюнула! Приберегла для чего-то особенного?!. Не только вызвать зависть у подружек танцульками с глупым селезнем?!. Учти! Нарушив обещание, теперь ты держишь его у себя обманом. И то, что случилось и могло случиться тогда – покажется цветочками!..
– У меня, правда, нет… Ума не приложу – куда делся!
– Неплохо получается прикидываться дурочкой! Неважно: у тебя он или у кого другого. Любого из вас ждёт незавидная участь. Так что советую одуматься и вспомнить, где он «затерялся», а то крепко пожалеешь. Впрочем, – столь же резко изменил он тон с гневного на притворно-сочувственный, – не я явлюсь тому причиной. Моё дело: предупредить. Не захотела слушать так узнаешь, и в самое ближайшее время. Проклятье коснётся не только вора, но и того, кто не сумел помешать, и значит, способствовал воровству. А я ведь, и правда, поверил тогда испуганной пичужке. Вижу, что зря. Но поздно об этом жалеть. А тебя мне почему-то всё ещё жалко. Надеюсь, в твоих силах исправить недоразумение.
*****
Первый учебный день не порадовал погодой. Дождя не было с субботней ночи, но увядшая трава оставалась мокрой, лужи так и не высохли и хмурый туман не развеялся до самого вечера. А глядя, в чём пришла добрая половина учеников, можно было подумать, будто середина лета. Одни, оказавшись в натопленном классе, зевали. Другие толкали друг дружку плечами, елозя под скамейками озябшими пятками. Многие, особенно девочки, перешёптывались, обсуждая перипетии вчерашнего праздника и никак не желая сосредоточиться. Учитель с горечью отметил, что для постижения наук перерыв в полгода великоват. Они всё успели забыть и теперь придётся вспоминать заново.
А у самого не шёл из головы позавчерашний визит. Фридрих то и дело отвлекался, глядя в запотелое окно, с той стороны затянутое туманом. Стоило ли беспокоиться? Если даже оттуда и подслушивали – тут не занимались ничем запретным. Пусть слышат! Заодно и собственное образование подтянут. Но здравый смысл подсказывал, что там никого нет.
На перемене вспомнили и о свихнувшемся пасторе, про что учитель знал пока лишь со слов пилигрима. Дети же, со свойственной им наивностью, всё представили по-своему. Мол, к тому взаправду явился Нечистый, невидимый для непосвящённых смертных, пытаясь угнездиться в храме и подчинить всё своей тёмной воле. И тот вёл с ним неравную борьбу, пока не прогнал, но, лишившись сил, рухнул почти бездыханный. Заморочил святой отец юные головы, и сам оказался жертвой их фантазий! Надо будет растолковать при случае, что имя демону, свалившему служителя Господа с ног – зелёный змий. И одолеть его можно, только избегая встречи с ним. Сухость во рту и тяжесть в голове живо об этом напомнили.
Смеркалось, когда он проводил последних учеников. Вереница ёжившихся после тёплого класса ребятишек, увязая на раскисшей дороге, медленно растворялась в хмари. Фридрих зябко повёл плечами. Там за промозглой завесой уже подкрадывалась зима. Полевые работы закончились поздно, урожай только-только успели собрать, а снег и морозы ждать не заставят. Надолго ли у подопечных хватит терпения продолжать бегать к нему на уроки? Мальчишек, будущих наследников хозяйства, хоть старались снарядить в школу сообразно достатку семьи. Для девочек же образование считалось излишним и не приветствовалось. Ступай в чём хочешь, раз невтерпёж дома усидеть. Показалось, кто-то из них замер возле ограды.
– Идите по домам! Не задерживайтесь, – крикнул он с порога. – Темнеет быстро! – и закрыл дверь.
Надо бы прибраться. Вытереть с доски, помыть пол. Прислуги нет. А заставлять это делать детей, как ему посоветовал кто-то из родителей, казалось неудобно. У них и так не хватает времени учиться. Всё лето зарабатывали себе мозоли, в то время как он, можно сказать, бездельничал. Решил: «Завтра, с утра пораньше. Заодно проснусь…» Зажёг лучину, достал перо, чернильницу и лист, на котором с позавчерашнего вечера так и не появилось ни одной строчки. Странное совпаденье! Опять не оставляло ощущение, что за дверью кто-то стоит. Могли б и постучаться! Он не обязан догадываться! Снова вернулся к столу. Нет, похоже, и сегодня всё насмарку! – в сердцах скомкал он листок и бросил на пол. Ну кто там ещё?!