Страница 15 из 36
- Он все отменил, да и не празднует обычно. Не знаю, что на него в этом году нашло. Отдыхай и не перенапрягайся пару дней. Я тебя подлатала, но организму снова придется восстанавливаться.
Кира попыталась было возразить, но её остановили.
- Отнесись к этому серьезно. С хорошими новостями о детях я поторопилась. После этого рецидива забеременеть тебе будет очень сложно. Но мы обязательно что-нибудь придумаем, только попроси!
Настроение «ведьмы» было странно переменчивым, кажется, перед тем, как выйти, она подмигнула ей. Или это просто игра мелькнувшего света из коридора?
***
- Впусти меня! Пусти меня к ней!
Кира испуганно вздрогнула и открыла глаза. Ей приснился странный сон. Он кричал у дверей, неистово стучал по ним кулаками и ломился в дом, словно сумасшедший, но ему не открывали.
- Впусти, сказал! Я знаю, что ты все слышишь. Открой дверь, ублюдок! Ты меня не удержишь на пороге!
Осознание того, что это не сон застало девушку врасплох. Кира похолодела, сердце сбежало в район пяток и начало отстукивать там свой бешеный ритм. Он, действительно, здесь. Рвется к ней, но не может зайти. Внутри неё что-то встрепенулось и сорвалось с места, ринулось вниз по лестнице и распахнуло ему дверь. Оно, сумасшедшее желание увидеть его, уснувшее на несколько часов, снова вернулось на свое место.
Кира тихо, стараясь не скрипеть половицами, прошла к выходу из комнаты. «Ведьма» хорошо её подлатала, шла она ровно, только легкая слабость напоминала о случившемся. Дойти до лестницы не успела, входная дверь скрипнула и открылась.
- Еще не март, чего орешь, как кот неудовлетворенный?
Вот это тон! Оказывается, Михаил в своей язвительности при общении с ней еще сдерживается. Тут же он решил оторваться по полной программе и не щадить чувства мужчины, готового на все ради любимой женщины.
- Заткнись, где она? Хочу её увидеть.
- Кира спит. Ты пьян в стельку и в дом я тебя не пущу, - голос стал ровным и спокойным.
Да, если Ярослав, действительно, пьян, язвительность улетит в пустоту. Увы, люди, напившиеся в хлам, не восприимчивы к этим маленьким радостям жизни трезвых.
Кира тихо, стараясь не быть услышанной, скользнула к противоположной стене и, спрятавшись за небольшой выступ, осторожно выглянула из-за угла. Вышла прекрасная наблюдательная позиция, не зря она была одной из лучших во втором семестре по предмету «Наблюдению за объектом».
Ярослав стоял, опасно наклонившись вперед. Судя по всему, от падения его спасал дверной косяк, за который парень держался правой рукой. Один опасный шаг вперед. Они замерли друг напротив друг. Статный, сильный Ярослав с взлохмаченной головой слегка пошатывался. Высокий, выше оппонента на полголовы, хладнокровный Михаил стоял ровно и не шевелился, как солдат почетного караула.
- Какое ты имеешь право мешать мне? Лучшая из возможных? Серьезно? Я люблю её, черт возьми! Я задыхаюсь без неё, - Ярослав шумно вдохнул и закричал. – Кира! Проснись! Поговори со мной, прошу тебя!
Девушка мелко задрожала и вцепилась руками в холодный выступ стены, который стал её временным укрытием. Он любит. Она готова была сорваться к нему, забыв про осторожность. Кира сделала первый шаг и замерла, сбитая с толку происходящим внизу.
- Право? – громогласно рыкнул Михаил, так, что у девушки мурашки пробежали вдоль позвоночника. - Какое ты имел право прикасаться к чужой женщине? Какое ты имел право рушить её жизнь, причинять боль? Какое ты имеешь право говорить о любви, после того как позволил ей мерзнуть и умирать в одиночестве? Сколько раз она приходила к тебе в слезах, ища поддержки? Знаешь? Помнишь? У тебя даже не хватило смелости променять девушку на власть и честно ей об этом сказать. Ты предпочел спрятаться, оставить её рыдать в одиночестве у своего порога. На её месте, при первой же встрече я бы воткнул тебе нож в сердце и станцевал потом на твоих костях.
- Именно поэтому она никогда тебя не полюбит. Каково это знать? Ты не более чем жестокий, бесчувственный ублюдок и ничего не сможешь ей дать.
- А ты сможешь? Что ты ей дашь, кроме места «второй» при Главе? Да, это точно истинная любовь. Сломать человеку жизнь, лишить будущего и обречь на унижение. Если так она выглядит, я не хочу её знать. Лучше быть бесчувственным ублюдком, чем лицемерным говнюком.
Кира невольно задумалась. Михаил прав на все сто. Что её ждет рядом с Ярославом? Место любовницы Главы. Да, такая возможность есть и, ходят слухи, что у почти каждого была «вторая», но они жили подобно Теням, стоя за спиной своего мужчины. Если он приготовил для неё такую судьбу, то пусть катится к черту вместе со своей любовью. Её променяли на власть – очевидно. Все, что было в ней лучшего, что она дарила ему без остатка, больше не имеет значения. Только власть, только сила и только гордыня – это важно для Ярослава.
Меж тем в холле становилось весело. Ярослав вскипел и попытался ударить Михаила, но тот сделал всего один небрежный шаг назад и его оппонент, едва не превратившийся в спарринг-партнера, ударил пустоту и чуть сам не свалился на пол.
- Давай проверим твою память, - он так же легко увернулся от следующего удара, - помнишь, влюбленный осел, сколько раз ты захлопывал перед ней дверь
Ярослав замер и промычал что-то нечленораздельное. Кира не расслышала. Она, кажется, вообще ничего не слышала, кроме голоса Михаила, что продолжал резать безжалостно, словно нож.
-Не помнишь. Ровно семь. Семь раз за три дня она была у тебя. Пять раз приходила к своей лучшей подруге и, так же, как и ты сейчас, стучала в двери, умоляла поговорить. Просто поговорить и объяснить всё. Что вы сделали? Захлопнули дверь перед её носом. Где была все эти дни любовь, о которой ты кричишь здесь? Твоя любовь способна только прятать глупые записки в дупле старого дуба и заваливать невинных девушек на продавленный диван, не думая о последствиях…