Страница 326 из 335
— Забери его отсюда, мать твою! — прорычал Стэр вместо приветствия.
— Кого?
Ух ты ж, это кто же так умудрился разозлить новоявленного короля, что даже мне почти страшно?
— Твоего сумасшедшего демона!
Я опустилась на пол, сразу растеряв большую часть запала и любопытства.
— Если это шутка, то неудачная.
— Что? Похоже, что мне весело? — выгнул наместник бровь, пытаясь прожечь во мне дыру взглядом. — Здесь дожди льют не прекращаясь с того момента, как ты ушла в «отпуск», молниями вся земля изрыта. Инивур практически вымер, все сидят по домам и молятся, чтобы следующая в них не угодила. Гномы отказываются от договора, участились беспорядки. Продолжить список?
— Стэр, прости, мой хороший, но я не могу. Я просто пока не могу. Мне так больно рядом с ним, что я задыхаюсь.
— Только из-за того, что он тебя не послушался?
— Нет. Я... Уходя из дворца Илии, я услышала один разговор, — я набрала в грудь побольше воздуха и все пересказала леопарду.
— До конца ты, конечно же, не дослушала? — зло бросил кот.
— Я просто не могла, мне казалось, с меня шкуру заживо спустили.
— Спустили шкуру, говоришь? — прошипел мне теневой. — А что ты с ним сейчас делаешь, ты не думала? А до этого?
— Да что я...
— Думаешь, он просто так не показывался все это время тебе на глаза? Думаешь, просто так прячется под капюшоном?
И действительно, принц всегда был в капюшоне, а после своего пробуждения я вообще толком ничего не видела, только грозовые глаза. И слезы. Слезы демона...
— Да все это время его откачать пытались! — рыкнул леопард. — Ты врайта чуть за собой на грань не утянула, когда он пытался влить хоть каплю жизни в твое мертвое тело! И ты считаешь, что все только ради какой-то глупой возможности разорвать отношения с феями?! Не кажется ли тебе, что овчинка не стоит выделки? И вместо того, чтобы его выслушать, ты, как всегда, ударила побольнее и сбежала. Не думал, что ты такая... — выплюнул он.
— Не думал? — не дала я договорить, — Ты не думал? Стэр, только ты действительно знал меня все эти годы, только ты знал, как я боюсь... любить, — слово вырвалось плевком, шипением и новой болью. — Конечно, я трусиха. Я всегда это признавала.
— Смелости влюбиться в него у тебя хватило. Смелости влюбить его в себя тоже. А смелости продолжать нет? Это не трусость, Обсидиана, это глупость!
Слезы катились по лицу. Так, просто парой слов, кот вскрыл мне вены.
— Говори, где ты.
Я молчала, долго молчала, стараясь собрать то, что от меня еще осталось, в кучу. Принять решение. А наместник ждал.
— Нет, — помотала головой наконец. — Скажи ему, что я вернусь через три дня. Вернусь... — я сглотнула, — и мы поговорим. И скажи... Скажи, что я прошу прощения.
— Сама ему скажешь, — клацнул Стэр зубами и исчез.
Я вытерла слезы и улыбнулась. Святые яйца, я даю просто замечательные советы другим, а вот сама... Я усмехнулась: Елена бы оценила иронию.
Кот действительно скрутил мне жилы. Не дослушала... Я не дослушала... Но что же тогда я слышала? Спрошу у Ширана. Я зажмурилась, снова улыбнулась. Обязательно спрошу, и мы обязательно поговорим. Да, за сказку нужно бороться, и я обязательно вырву свою победу, вот только отпуск догуляю: силы мне понадобятся.
Но старые страхи оказалось не так легко победить. Весь день и вечер в голове всплывало сослагательное наклонение, бесконечный хоровод а-что-если. Я глушила эти вопросы как могла, ощущая молчаливую поддержку своих теней, слыша шепот Люги: «Церра обещала нам».
Легла спать, как всегда, поздно, еле найдя в себе силы, чтобы скинуть одежду. А вот очередную замысловатую косу так и не расплела. Плевать, и так посплю.
Мне снились едва ощутимые прикосновения, запах осенних костров и дождя, шершаво-бархатный шепот, тихое горячее дыхание. Его пальцы рисовали узоры на моей коже, его губы целовали запястья и ладони. И мне до ломоты захотелось прикоснуться в ответ, запустить руки в темные волосы, ощутить очередной выдох на губах, выпить шепот. А когда мой хмельной сон исполнил это желание, я не удержалась от стона. Но это было лишь легкое касание. Нет! Я уже не слышала дыхания. Нет! Руки пропали. Нет!
Я рывком села в постели, все еще не открывая глаз, стараясь удержать непонятные самой слезы.
Глаза открыла резко, поняв, что меня подняли на руки.
— Ран.
Он вздрогнул. Я провела рукой по колючей щеке, глядя в пасмурные глаза. Нуждаясь в этом прикосновении, как тени в солнечном свете. Я все еще сплю или уже нет?