Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 318 из 335

— После всего...

— Стоп! — я подняла вверх обе руки, Стэр захлопнул варежку. — Я знаю, что эта работа бывает тяжелой, как в горном карьере, опасной, как поход к василискам, и страшной, как путешествие на грань, она хреново оплачивается и изрядно портит нервную систему, но...

— Но зато она никогда не бывает скучной, — закончил за меня леопард.

— Так если ты все сам знаешь, зачем спрашиваешь? Или это не ты?

— Не только я. Дакар не хочет тебя отпускать, но и мешать не будет, если ты вдруг передумаешь.

— Хрен вам, — я показала ему язык, — вы от меня так просто не избавитесь.

— Ох, Обсидиана, учитывая последние события, думается мне, ты еще всех нас переживешь. Упрямства тебе не занимать.

— Ты знаешь, в данном случае у меня просто не было вариантов.

Стэр недоуменно поднял брови.

— Мое возвращение, скажем, мало зависело от моего желания. Церра поставила меня перед фактом: либо я возвращаюсь в свое тело в свое время, либо перерождаюсь в любом из выбранных мною миров.

— Ты недовольна? Ты бы хотела умереть? — нахмурился кот.

— Точно тебе корона жмет, — вздохнула я. — Кстати, богиня сказала, что я тяну тебя за собой, как так? Ведь я разорвала контракт.

— А я — нет.

— Упрямый кот.

— Такой же, как и ты, — вернул он мне улыбку.

Одним гибким движением Стэр поднялся из кресла и шагнул ко мне, опускаясь на колени и беря меня за руки. Несколько вдохов прошло в тишине, а тени мягко зашевелились, свободно давая себя изучать.

— Когда восстановишься достаточно, чтобы держать в руках мечи, я подберу тебе учителя.

— Учителя?

— Да, — серьезно кивнул леопард, все еще глядя на меня снизу вверх. — Как и каждому из охотников. Нужно вернуть вам знания о тенях, вернуть утраченную память.

Я благодарно улыбнулась мужчине. Не знаю, какой выйдет из него правитель в дальнейшем, но пока мне нравится!

— А теперь отдыхай, — черномордый поднялся.

— Да, мамочка, — фыркнула я.

Стэр подмигнул и скрылся за дверью. Но отдохнуть не вышло. Через два луча в гостиную из портала вывалилась злая, как только что поднятый зомби, Елена. Ничего не говоря, она стрелой метнулась ко мне и отвесила такой подзатыльник, что у меня черные точки перед глазами заплясали. А потом обняла. Какое-то время мы простояли молча, просто приходя в себя. Затем я мягко высвободилась.

— Если ты кому-нибудь хоть намекнешь на то, что сейчас здесь произошло, я тебя прибью, — улыбнулась, отходя на шаг.

— Аналогично, — серьезно кивнула Елена, а потом мы дружно расхохотались. Вампирша сняла белый плащ и такую же маску и уселась прямо на пол. Я пристроилась рядом.

— Голодная? — спросила.

— Есть немного, — пожала девушка плечами.

Я крикнула Малику, чтобы он организовал ужин, и рассматривала подругу.

— Знаешь, что я скажу? — выгнула ассасин бровь. — Неудачный у нас с тобой год, родная. Просто упырски неудачный.

Я молча кивнула. Елена как-то рвано выдохнула и легла мне на колени, прикрывая уставшие глаза. Непривычно и странно было видеть ее такой. Елена всегда улыбалась, шутила и язвила, я так никогда не умела. А сейчас губы лишь слегка кривились, выдавая усталость.

— Можешь остаться у меня, — предложила я, перебирая густые черные волосы.

Церра показала мне, что случилось, рассказала, как меня нашли. Убежище, хотя бы на пару дней — единственное, чем я могла отплатить Елене... Ну, а еще убить Кристофа.

— На сколько хватит твоей защиты? — тихо спросила вампирша.

— Дня три. Хотя бы выспишься.

— О, это вряд ли, — невеселая усмешка тронула уголки губ. — Мне сны снятся, Сид. С его участием. То кошмары, то... В общем, ты поняла.

— Я принесу тебе баку, в зверинце Дакара их целая дюжина.

— Баку?

— Эта тварюшка питается плохими снами. Так что от кошмаров мы тебя избавим. Только...

— Что? — напряглась Тьма моя.

— Это сны или воспоминания? Если воспоминания, баку не поможет.

— Сны, — бывший страж облегченно выдохнула.

— Останешься?

— Останусь. Он чуть не поймал меня, — Елена говорила, так и не открывая глаз, но голос... Никогда у нее не было такого голоса. — Почти догнал. А я стояла в конце переулка, и не получалось сдвинуться с места, как статуя. И мыслей не было, никаких. И так безразлично все стало, даже страшно сейчас.