Страница 243 из 335
— Ваше величество, — я зашел в кабинет к королеве практически сразу после завтрака, — мне необходимо обсудить с вами один вопрос.
Она оторвалась от бумаг и взглянула на меня. В воздухе витала неприязнь. А я вспомнил красный отпечаток ладони на щеке Сид и непроизвольно сжал руки в кулаки. Пусть не сомневается: я составлю новое соглашение самым невыгодным для фей образом и не дам физалийке ни единого шанса отказаться.
— Да, конечно. Присаживайтесь, ваше высочество. Вы без Даяны? — с плохо скрываемым удивлением спросила женщина, не подозревая о том, что я готов ее придушить.
— Да. Насколько мне известно, она занята в морге, и я решил ее не отвлекать.
— Понятно. Что же привело вас ко мне?
— Скажите, феи ведь прекрасно чувствуют цветы и растения, не так ли?
Илия кивнула.
— Магические тоже?
— Любые, — усмехнулась королева.
— Хорошо, мне нужна сильная фея со стабильным даром, способная по карте определить местоположение цветка, а также держать язык за зубами.
— Что конкретно вы ищете? — чуть подалась вперед Илия.
— Я не могу пока вам сказать.
Фея постучала тонкими пальчиками по столу, вглядываясь в мое лицо, ища там признаки... чего? Лжи? Уверенности?
— Хорошо. Я предлагаю вам взять в помощницы Кэссиди.
Чего-то подобного я и ожидал.
— Ее кровь чиста и у нее достаточно сил, чтобы оказать вам помощь в ваших поисках.
— Почему не Диану?
— К сожалению, — и ярость промелькнула в глазах феи, — внучка мало что унаследовала от нас, грязная кровь практически полностью погасила способности Даяны.
Я видел, как побелели костяшки пальцев, сжатых в кулак. Жажда крови физалийки подскочила еще на несколько пунктов. Но в этот раз я не стал ее скрывать, и ошарашенная женщина отшатнулась от стола.
— Что ж, благодарю вас, — я встал и поклонился.
— Ваше высочество, — окликнула меня уже у самых дверей королева, — что бы вы там себе ни думали, я всегда гордилась Даяной. Может и не любила, но гордилась. У этой девочки мой характер и моя сила воли.
Я вышел, считая более разумным промолчать. То, с какой уверенностью это прозвучало, наводило на мысли, что Илия абсолютно не знает свою внучку. Более того, что-то подсказывало, что никогда и не узнает, и не поймет. Обсидиана безжалостна и жестока, временами даже слишком, но она готова подставиться под удар, лишь бы защитить полудохлого волчонка, готова выставить себя монстром в глазах окружающих, но найти способ вернуть ребенку мать. Она редко улыбается, в отличие от Сибиллы, но если делает это, то не оглядывается вокруг в поисках того, кто может это заметить и восхититься.
Я шел по саду, разыскивая юную графиню. Проворный мальчишка-полукровка сказал, что видел девушку именно здесь. Но за своими раздумьями я не заметил, как оказался в самом дальнем, а потому самом тихом уголке. Живая изгородь из плюща и дикого винограда горела на солнце изумрудным огнем, брызги, разлетавшиеся от небольшого фонтанчика, искрились тысячами маленьких радуг, а вокруг аккуратной беседки цвели чайные розы.
Илия постаралась, чтобы в каждом уголке этого замка было напоминание о том, кто здесь истинный хозяин. Попахивало нездоровым фанатизмом и непомерной гордыней.
Интересно, у Сибиллы в графстве растут исключительно колокольчики или ее аппетиты менее глобальны?
Легкий ветерок качнул кроны деревьев и донес до меня знакомый запах. Вспомни солнце — вот и лучик. Я перестроил слух и пошел на звук голосов.
— Ты рехнулась! — юную графиню трясло от злости.
— Нет, — спокойно парировала дражайшая матушка, — моя милая, у тебя нет другого выхода.
— И что ты мне предлагаешь? Раздвинуть перед ним ноги?!
— Можно и так.
Кэссиди издала какой-то невнятный булькающий звук.
— У тебя было достаточно времени, но ты, похоже, опять смалодушничала, — продолжала женщина.
— Ты же знаешь, что я из кожи вон лезла! Да у меня скоро...
— Прекрати истерику, — презрительно фыркнула графиня. — Тебе это не идет. Лучше подумай, как взять ситуацию под контроль, если не хочешь, конечно, всю оставшуюся жизнь быть изгоем.
— Благодаря тебе я и так изгой! Почему я должна расплачиваться за твои ошибки?!
— Не хочешь? — тихо и проникновенно спросила Сибилла. — Что ж, пожалуйста. Можешь стать рабыней, разносчицей в таверне, да хоть уличной девкой.