Исчезнувшая стихия

Мне было плохо. Нет. Мне было отвратительно. Все тело ломило, в голове словно поселился гном-трудоголик, который без устали долбил своей кувалдой по моим несчастным мозгам, и, казалось, кто-то добрый скрутил мне кишки морским узлом. Глаза открывать я побоялась, резко вставать тоже. В итоге прошло не меньше пятнадцати лучей, прежде чем мне удалось сесть. Есть и пить хотелось неимоверно. Героически разлепив левый глаз, я уставилась прямо на каменную стену.

Пещера?

Какого упыря я делаю в пещере? Что вчера было?

Желудок снова заурчал: упырь в утренних лучах солнца орет примерно так же.

Я огляделась. Большой темный грот со всеми полагающимися выступами, неровностями и даже летучими мышами высоко под потолком. Я сидела на какой-то смутно знакомой тряпке, рядом горел костер, чуть сбоку валялись уже разделанные тушки и незнакомые плоды, рот моментально наполнился слюной.

Думай, Обсидиана, думай, как тебя сюда занесло и что было вчера, а жрать будешь, когда вспомнишь.

Но туман в голове упорно не желал рассеиваться, и с каждым новым усилием упрямый гном стучал по мозгам все с большим энтузиазмом.

Я попробовала встать на ноги.

Ага, мечтай.

Да что ж такое-то? Словно откат.

Кое-как, на карачках, я доползла до выхода, солнце резануло по глазам так, что пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать в голос.

Прекрасно.

Мое временное место пребывания находилось на выступе абсолютно пологой скалы, на такой высоте, что у меня кружилась голова.

Шикарно.

 И кто такой добрый меня сюда притащил? Потому что в таком состоянии самостоятельно забраться в пещеру я не могла. Но и думать о варианте, который напрашивался сам собой, не хотелось.

Путь назад дался мне гораздо тяжелее. Рухнув на подстилку, я прислонилась спиной к стене, все еще безуспешно пытаясь вспомнить хоть что-нибудь и старательно игнорируя завывания желудка.

Ну не в состоянии я сейчас себе готовить, даже уже разделанные тушки. Святые яйца, так хреново мне давно не было, с последней Ночи теней практически.

Я застыла.

Твою мать…

Воспоминания полились потоком, словно прорвав плотину. Неудача с трупом, избиение благородных, но явно тупых эльфов, избиение не благородной и не такой тупой феи, поцелуй с принцем... И я, идущая на поводу у своих теней, практически потерявшая над ними контроль. Последнее, что я помнила, как стояла возле окна в своей комнате, дальше словно блок.

Святые яйца, но этого не может быть! Моя последняя Ночь была меньше чем полгода назад…

Интересно, как далеко я успела убраться от деревни и успела ли? И насколько плохо все было на этот раз?

Где-то лучей через десять паника сменилась тупым безразличием. А еще через десять лучей незаметно для себя я снова задремала.

Второй раз очнулась из-за шороха возле выхода.

Мои худшие опасения подтвердились. Там был врайт. В распахнутом вороте рубашки виднелись капельки воды, стекающие по великолепной груди, вызывающие нестерпимое желание расстегнуть еще несколько пуговиц и проследить их путь руками. Из хвоста выбилось несколько прядок моего любимого цвета — цвета безлунной ночи. В руках он крепко сжимал ветки для костра, рукава рубашки были закатаны.

Тупая охотница, о чем я только думаю?

Тело противилось любому движению, отзываясь болью в каждой мышце, даже моргать и то было больно. Я попыталась выровнять дыхание и прикинуться спящей, разглядывая демона из-под опущенных ресниц. Что угодно, лишь бы не отвечать на его вопросы. Мне нужно время, чтобы найти выход из ситуации.

Бесшумно ступая, он вошел внутрь. Глаза пришлось все-таки закрыть, но даже так я чувствовала присутствие врайта. Когда дрогнул воздух слева и затрещали языки пламени, принимая в дар новую порцию сухих веток, мои тени блаженно потянулись, давая о себе знать впервые с того момента, как я очнулась. Демон отошел куда-то вглубь, затем вернулся, прошел к выходу, потом снова ко мне. На несколько мгновений все стихло, затем раздалось непонятное шуршание сбоку, и я буквально физически почувствовала, как он пристально меня изучает.

— Как тебя зовут?

В этот момент мой желудок предательски заурчал, выдав хозяйку с головой. Пришлось признаваться.

— В смысле?

— В прямом, — легко пожал врайт плечами.

— Диана, — ответила я.

— Я говорю о полном имени.

— Но вы...

— Знаешь, на мой взгляд, после вчерашнего твое обращение ко мне на «вы» звучит, мягко говоря, неуместно.

— А что вчера было?

Нет, ну я же действительно не помню.

— О, поверь мне, это мы тоже обсудим, но потом.