Исчезнувшая стихия

Комнату девчонки я нашел достаточно быстро и теперь стоял напротив двери, пытаясь сообразить, зачем вообще сюда пришел. Нет, нам, конечно, определенно нужно было поговорить, вот только перед глазами постоянно всплывали картинки обнаженной хрупкой спины, беззащитной шеи, а в памяти — чуть хриплый грудной смех. А следом уже другое воспоминание. Сид, с разодранной рукой, в окровавленной рубашке и с суровой решимостью во взгляде. Она же, на коленях, в снегу, прижимающаяся к огромному белому зверю, которому достаточно было просто открыть пасть, и она лишилась бы головы. Но девчонка доверяла ему, доверяла больше, чем матери, больше, чем родной сестре, и, главное, больше, чем мне. И, духи грома меня задери, я хотел это изменить.

Я повернул ручку на чистых рефлексах, дверь легко и бесшумно отворилась, а у меня отвисла челюсть, и участился пульс. Сид сидела с ногами в кресле, завернутая в короткое полотенце, а на белоснежную кожу с волос скатывались капельки воды. Я настолько увлекся зрелищем, что не сразу заметил, что она с кем-то разговаривает, держа перед лицом маленькое зеркальце.

— ...но не уверена, что получилось, — она тряхнула головой, мои мысли снова ускакали совсем не в том направлении.

— Ясно. Пока не думай об этом, действовать начнешь, когда я кое-что проверю. Так что будь на связи и береги спину, девочка, — мужской голос, знакомый.

Точно.

Дакар, ректор СВАМа.

— Всегда. Не прощаемся, — кивнула охотница.

— Никогда, — послышался усталый ответ.

Диана с громким щелчком захлопнула зеркало, не глядя швырнула его на кровать и со всей силы ударила кулаком по подлокотнику кресла.

— Тебе не больно? — стараясь скрыть усмешку, поинтересовался я.

Сид забавно подскочила на месте и, слегка прищурившись, уставилась мне в глаза. Я постарался придать своему лицу невинное выражение.

— А вас стучаться не учили?

— Прости, отвык, — пожал я плечами.

Девчонка тихонько зарычала.

— Ну, раз приперлись, проходите, — она махнула рукой и пересела на кровать.

А я опять потерял дар речи, заглядевшись на стройные ножки. Боги, это невыносимо, не один бы мужик не выдержал, что уж говорить о демоне. В два шага я преодолел разделявшее нас расстояние и склонился над ней, вдыхая сумасшедший запах меда и корицы. Ди смотрела на меня большими глазами, ее дыхание участилось, а по изящной шейке скатилась очередная капля и исчезла под кромкой полотенца. Я сделал единственное, что было возможно в данной ситуации — рванул с кровати покрывало и завернул в него ошеломленную Сид:

— Прикрой мощи, смотреть больно.

Из-под вороха ткани высунулась встрепанная макушка, и донеслось какое-то бормотание.

— Прости, не понял, что ты сказала?

— Я сказала, — сообщила она, высвобождая голову и гневно сверкая на меня золотыми глазами, — что это моя комната, в каком виде хочу, в таком и хожу.

 Я улыбнулся, она нахмурилась.

— И вообще, где вы потеряли свои манеры?

— Какие манеры? О чем ты? — я уже даже не старался скрывать своего веселья. Забавная. — Я же демон. И к тому же уж кому тут и надо взять несколько уроков этикета, так это тебе.

— Ну да, ну да, и как можно забыть... — медовые глаза опасно сверкнули.

— Вот, ты снова грубишь.

— Разве? А я считала, что просто констатирую факт.

Я недоуменно поднял брови.

— Не важно, не берите в голову. Так все-таки какого вы ко мне вломились?

— О чем вы говорили с Дакаром?

Охотница заметно напряглась, а из глаз ушло все веселье.

— Консультировалась с ним по некоторым вопросам, — очень осторожно ответила девушка.

— Каким конкретно?

— Разным, в том числе и по поводу вашей сумасшедшей идеи касательно теневых.

Я приподнял брови:

— Продолжай, прошу. И что же он тебе ответил?

— Что это полная чушь, — невозмутимо парировала она, заметно расслабившись.

— Да? А вот мне показалось, что ректор просил тебя подождать, пока он что-то там не проверит, или мне показалось?

Охотница прищурилась.

— Нет, не показалось. Но вы не совсем правильно поняли. Господин Дакар просил меня не лезть в конфликт между Санграном и Физалией, пока он не выяснит, насколько это опасно.

— Ты знаешь, что не умеешь врать? — спросил, устраиваясь в кресле.

— Знаю, — кивнула охотница, — поэтому и не пытаюсь, — и улыбнулась, демонстрируя мне свои клычки.