Страница 156 из 179
У меня аж скулы свело, словно от зубной боли, так это слово резало слух. Я с трудом сглотнула разжеванные орешки. Катарина не испытывала за содеянное ни стыда, ни вины, она говорила это с вызовом и ожиданием – что я про нее подумаю? Подруге на самом деле было важно, в моих глазах – она «неправильная»?
— Ты сама этого хотела?
— Очень.
— И что еще нужно? Любишь его, и все, не требуя себя добиваться. Одно дело флирт и игра, которой обоим хочется, а другое - как аркан долга на мужчине: «докажи, что достоин», «покажи, как сильно я тебе нужна», «а на что ты пойдешь ради»… Слушай… — Я увидела ее прищуренный с доверием взгляд, и решилась сказать о себе. Немного разволновалась и с паузами, но произнесла: — Юрген подошел ко мне прямо на улице, поцеловал и предложил поехать к нему… И я поехала. И переспала с ним в первую же ночь за просто так. Тепла хотела, согреться хотела, ни о чем не думала – прилично, не прилично, правильно, не правильно. Ка ты говоришь – без признаний и обещаний, без цветов и ухаживаний… Я хотела, и этого достаточно.
Катарина округлила глаза:
— Ты? Святоша? Ты, правда, с Юргеном начала с этого, тихоня и скромница!? Да ты развратница, Ирис!
Мне польстило ее внезапное восхищение. Не потому, что она меня «одобрила», а потому что я почувствовала свободу такого же не осуждения, не ханжеского оценивания.
На самом деле – что и кто кому должен в отношениях? Женщины – «королевы с бесценным даром», а мужчины наполовину «пажи», наполовину «охотники»? Есть приятный ритуал вначале знакомства, и прекрасно, и пусть оба получат от него взаимное удовольствие. Но в основе равенство симпатии – да – да, нет – нет. Должен и должна искажает все.
— Мля, ты меня удивила… — Катарина умиротворенно расслабила плечи, выдохнула, и очень доверительно улыбнулась. — Я люблю всем клички давать, ты знаешь. А то, что «помойкой» в ответ обзывали травило мозг, уродовало самоощущение… А Роберт меня Волчицей назвал. Я его укусила в плечо, не по-настоящему, но ощутимо, не сдержалась в какой-то…
Она опустила ресницы, растеряв на момент откровения всю свою резкость, яркость, даже жесткость характера. Наверное, ее затопила нежность, и она проступила во всем ее облике, превратив Катарину в непривычно растерянную. Новое данное прозвище никак не ассоциировалось с ней именно сейчас, но я бы с Робертом согласилась.
Катарина такая – смелая, верная, не прирученная и свободная.
— Так совпали эротические мечты с реальностью?
— Заткнись.
— Что, так плохо?
И едва ускользнула от сумочки, которой Катарина решила меня ударить.
— Я тебя сейчас просто убью!
Нет, я все же ввернула свою «шпильку» маленькой мести за ее пошлости. Она с полминуты гонялась за мной с угрозами и обзывательствами, а потом со смехом и бессилием прекратила. Слабости много, побледнела и пот бисеринками выступил у нее на лбу.
— Морда… где там твой кофе?
— У меня чай.
— Давай чай. Пить хочется после орехов.
Мы ненадолго прервали прогулку, присев на лавку и по очереди опустошая термос черного чая. На холоде он быстро остывал до нужной температуры и можно было пить большими глотками, утоляя жажду.
— А дальше у тебя как было?
— В каком «дальше»?
— С Прынцем твоим. Как ты поняла, что не на одну ночь связь?
— М-м… увидела вторую подушку.
Катарина прыснула, не удержав самый последний глоток. Отдала мне колпачок и я спрятала пустой термос обратно в сумку.
— И все?
— Он признался, что давно меня любит, что хочет со мной жить, что я ему нужна. И теперь мы вместе, я его жена, а он мой муж. — Не стала уточнять, как давно. Сроки не важны. — А почему ты спросила про «дальше»? Разве тебе ничего не ясно с Робертом?
— Не ясно…
Это я знала историю с вызовом много лет назад, я знала, что он не упускал ее из виду, и неравнодушен к ней. Раз увез к себе, уступил соблазну вместе провести ночь, то Роберт перешагнул рубеж между отношением к ней как к малолетней девчонке, и отношением как к молодой женщине. Только Катарина об этом не знала. Для нее события короче и знания уже, - привез, подлечил, разобрался с обидчиками, переспал… и? Сегодня Катарина поедет куда – к себе или к нему? Она - мимолетная прихоть?
— Знаешь, от чего я в шоке сегодня утром была? Роберт в пять уже на работу уехал, а я еще в его квартире оставалась, ходила, думала, смотрела на все вещи, завтракала…
— От чего? — переспросила, потому что Катарина замолчала слишком надолго, погрузившись в мысли.
— Я так денег хотела. Защиты достатком. Комфорта, тепла, сытости. И вот оно, все это, а мне не надо. В смысле… вот будь на его месте реальный богач, и не квартира, а особняк, и машина не служебная, а своя, и не горячего молока с медом он мне принесет, а колье с бриллиантами – не надо. Уйду. К Викингу уйду, даже если его жизнь вверх дном перевернется и он будет вынужден жить в ледяной хибаре в Яблоневом, едва зарабатывая на еду. Мне он нужен, а не то, что за ним стоит. Веришь?