Страница 44 из 50
Волны принесли ракушки. Спиралевидные. Яркие. Ребенком я часто собирала их и подносила к уху, думая, что слушаю песни русалок. И сейчас я взяла ракушку и поднесла её. Но я ничего не услышала. Лишь оглушительную тишину.
Позади себя я услышала звуки шагов. Я оглянулась. Безликие бедуины шли к кромке воды и пошли дальше, погружаясь в воду по щиколотки, по колено, по пояс, по грудь, по горло. А потом и вовсе исчезали где-то вдалеке на фоне бледного горизонта. Нескончаемый ряд водяных леммингов. Меня они не замечали.
Когда я проснулась, моя постель была мокрая и вонючая. И вообще всё вокруг провоняло чесноком и медикаментами. Клэр поспешно выкинула бычок в окно, открыв форточку. Меня обдало морозной свежестью зимнего утра. На стекле вновь узоры, а сад вновь запорошило белым. Снег сыпется с ветвей. Клэр поправила шляпу и пошла блевать в сортир. Она уже второй день там запирается, и я слышу каждый звук.
Я прислонилась к батарее. Отопление тут неважное, батарея покрыта слоем многолетней пыли. Я заглядываю за неё. Там виднеется надпись, размытая, будто её кто-то попытался стереть.
Подарю тишину. Звони: 00000.
Я многозначительно хмыкаю.
Зои тоже в инфекционном отделении. В городе тоже эпидемия. Несколько человек умерло. В больнице нарастает атмосфера, как в инфекционке. Холодно даже возле батареи. Даже чай всегда холодный. Если приглядеться, можно увидеть ледяные узоры на стенах и пар изо ртов и носов людей. Казалось, само здание стонет голосом метели и гула. Но психиатр сказала, что ничего такого не замечает, разве что пациенты стали более вялыми.
А потом началась групповая психотерапия с родителями. Психотерапевт решил наладить мои отношения с родителями, сказав, что токсичные отношения между родителями и детьми - серьезная и очень распространенная проблема, являющаяся причиной или одной из причин многих ментальных заболеваний. В первую очередь, нужно было вылечить отца от алкоголизма. Но он уже состоял на лечении в какой-то клинике. Мы много беседовали, но было видно, что родители смотрят на это сквозь пальцы. Психотерапевт по началу был воодушевлен, но потом его энтузиазм быстро сошел на нет и терапии приобрели рутинный характер. А потом я ходила на групповые терапии с другими подростками, которые столкнулись с похожей проблемой. А потом арт-терапии, трудовые терапии. Терапии, терапии, терапии. Гуманное отношение, социальная реабилитация, ручки, строчащие что-то в черных блонотах, накрахмаленные халаты, пахнущие лавандой, обои с цветочками, пыльные окна, приглушенная музыка Всё это было настолько вычурно и нелепо, что я не запомнила практически ничего.
А потом кое-что произошло. Ближе к концу декабря. Очень холодным днем. Да, тогда был полдень. Полупустая палата, свет люстры, отражающийся в стекле и Клэр, надвинувшая на лицо шляпу. Она лежала, не шевелясь. Она вторую неделю такая вялая. В спячку, что ли, впадает?
Потом меня вызвали к психиатру. Я уселась на мягкий диван и вопросительно посмотрела на женщину.
- Радуйся, тебя выписывают!
- Чего?
Я так и подпрыгнула. А потом втянула голову в плечи. А потом пнула ножку дивана и чертыхнулась от боли. В стекло что-то ударило. Наверное, снежок или птица какая.
- Ну, не прямо сейчас, конечно. Ориентировачно через неделю. Так что готовься.
Дыхание перехватило. Во дворе залаяла собака. Послышался ор подвыпившего охранника. В коридоре кто-то истерически засмеялся. Послышались чьи-то тяжелые шаги над нами.
- Здорово, правда? Не придется тебе лежать здесь. Нормальная еда, встречи с друзьями, вечеринки. И свобода?
Птицу выпустили из клетки. Птица не знает, куда лететь.
- Я рада. Правда, рада.
- Что ж, это просто замечательно! - психотерапевт всплеснула руками, - Я даже удивилась, что ты так быстро выздоровела. Нет, серьезно. Обычно подобные тебе вызлоравливают месяцами. А ты... Прямо чудо какое-то.
- Да. Чудо.
- Но всё же у тебя вполне может быть рецидив. Так что будь осторожна и по мере возможности избегай стрессовых ситуаций, - она пригнулась ко мне, приблизив своё лицо к моему, - По секрету вот что тебе скажу: твои родители очень токсичные. Съедь ты от них. Они вытягивают у тебя все ресурсы. На человека очень сильно влияет его окружение, многие комплексы и ментальные расстройства возникают именно из-за деструктивных отношений.
- Хорошо.
Я встаю с дивана и выхожу из кабинета. Иду по длинному полутемному коридору. Пыль и снег летят из-под моих шагов, стены пестрят полупрозрачными узорами, а окна запотели. Казалось, там, за толстым холодным стеклом лишь кромешная тьма, мертвая, ледяная и густая. Густая, как кисель. Кисельная ночь. Смешно.
В коридорах стало тихо. На скамейке лежит на животе человек неопределенного пола. Черные волосы свесились сосульками, в них запутались голубоватые лепестки. По стенам пляшут тени, откуда-то слышится плач, плавно переходящий в завывание. Пахнет кашей вперемешку с лекарствами. Очень плохо пахнет. Я есть не стала. В животе засосало. Голова закружилась. Я не слышала звука своих шагов. Опять гул в голове.
Так просто? Так быстро? Раз - и всё? Раз - и здание выплевывает меня. Раз - и дверца открывается. Её петли не смазывали никогда. Да и некому. Птичка вылетает. Но куда? Явно не к чернильное небо - пристанище блеклых фонарей. Вниз? В пустоту?