Hydrargyrum

Главная его проблема уже была очевидна. Кайнетт являлся взрослым магом с уже сложившимся стилем и определенным набором ходовых мистерий, закрепленных в сознании и подсознании, надежно отработанных. И хотя, как исследователь, он был готов изучать новые виды и формы магии, но вот вбивать их до уровня рефлексов и мгновенной реакции придётся фактически с нуля. Иной набор действий, иной настрой, иные способы манипуляции энергией и элементами… Конечно, Арчибальд не был, как некоторые маги, «псом с единственным трюком», зацикленным на одной школе и являлся мастером сразу в трёх направлениях магии, не говоря о достаточно обширных знаниях в других дисциплинах, что необходимо для успешного преподавания. Однако местный способ имел слишком иной подход к самим магическим цепям и использованию энергии, что сильно мешало просто добавить новые мистерии в свой арсенал.

— Агуаменти.

Представить себе чёткий образ требуемого воздействия. Затем сделать жест нужной протяженности мистическим знаком, собирающий требуемое количество маны из окружающего пространства. Произнести для закрепления рефлекса короткую арию, а после нужно просто не мешать ему взаимодействовать с магическими цепями, чтобы завершить мистерию. В миске вновь возникла вода. По сути, это заклинание является аналогом «Градации воздуха», то есть материализацией магической энергии в виде знакомого магу объекта, просто ограничено оно лишь водой. Разумеется, пить её бесполезно, она просто не задержится в организме, даже если не исчезнет раньше, зато можно использовать против огня, превратить в лёд и создать импровизированное оружие либо разрушить какое-то препятствие.

Уже больше недели маг большую часть времени экспериментировал с новым для себя мистическим знаком, который так распространён в этом мире, но результаты были достаточно спорными. Да, как концентратор внешней маны и как усилитель он был очень хорош, приближаясь по возможностям к сохранившимся предметам из Эпохи богов. Кайнетт мог вполне эффективно создавать мистерии с его помощью. Но делал это слишком медленно, долго концентрируясь для каждой. Сражаться с ним в руках он сейчас бы точно не рискнул, даже в учебной дуэли. Требуется заново нарабатывать рефлексы, что означает — необходимо подобрать набор заклинаний, который нужно довести до автоматизма в первую очередь, а спектр их огромен даже в рамках европейской школы магии, изучаемой в Британии, не говоря о возможности создавать собственные. Арчибальд понимал, что это необходимо, если он хочет сойти за своего в магическом сообществе, а после занять в нём достойное место. Более того, некоторые из его собственных мистерий могли бы стать эффективнее при адаптации их под местную школу и мистический знак. Однако он не хотел этого делать.

Причина звучала иррационально, но менее веской от этого не становилась — он боялся. Боялся окончательно потерять самого себя. Кайнетт уже лишился почти всего, что у него когда-то было. Невеста погибла у него на руках. Род, скорее всего, влачит жалкое существование, ведь он не успел подготовить наследника. Фамильный герб, создававшийся несколько веков, уничтожен. От магической силы теперь осталось не больше трети. Семейное состояние, влияние, авторитет, должности и заслуги, даже собственное лицо и имя — всего этого больше нет. У него в распоряжении имелись лишь приобретенные знания и навыки, половину из которых в этом мире противозаконно даже упоминать вслух, а теперь и их придётся заменять на местное волшебство.

Собственные знания, любопытство и остатки гордости лорда Эль-Меллой, девятого наследника семьи Арчибальд, ученого и преподавателя Часовой башни — вот и всё, что осталось. Возможно, гордость, от которой он уже отказался однажды, была единственной причиной, почему он до сих пор не спрыгнул с моста или короткой арией не превратил всю кровь в своём теле в лёд, хотя испытывал подобное искушение много раз. Нежелание сдаваться обстоятельствам во второй раз — совсем немного, но это пока что позволяло ему двигаться дальше, даже играя роль мага в первом поколении, «магглорождённого», «грязнокровки», находящегося в самом низу здешнего общества, без прав и возможностей.

Вероятно, Арчибальду было бы самую малость легче, займи он место наследника хотя бы очень захудалого рода, даже в несчастном третьем поколении, но так ориентироваться в обществе и подавать себя перед другими было бы куда легче. Однако ему такого шанса не досталось, а исправить в подобной ситуации что-либо уже невозможно. Ни с какими деньгами ему никто не состряпает легенду наследника знатного, но малоизвестного рода из какой-нибудь далёкой страны — магическое сообщество даже в масштабах всей планеты невелико, и чистокровные волшебники в седьмом поколении, о которых до этого никто не слышал, из джунглей Амазонки или Сибирской тайги в нём не появляются. Даже если попытаться, Конфедерация магов вскроет обман, пусть не сразу, но через месяц или через год. А это несмываемый позор, изгнание, унизительный запрет на магию и пожизненный срок в случае отказа. Потому и дальше придётся изображать восторженного неофита и копить знания и силы для рывка наверх.

Но как же тошнит от своей слабости и беспомощности, от отсутствия надёжного тыла за спиной, поддержки рода, которая была с ним с самого рождения. И даже напиться не получится… То есть при использовании гипноза это нетрудно сделать прямо в баре посреди дня, и ему продадут или вовсе отдадут даром что угодно любой крепости, да только это тело ему ещё понадобится по возможности здоровым и без задержек в развитии. А то стоит начать пить, и никто не знает, когда он остановится и что успеет за это время натворить. Объяснить в аврорате, зачем он поднял с ближайшего кладбища две дюжины мертвецов и отправил днём по Лондону убивать всех людей, у которых в телефонном справочнике указана фамилия Вельвет, он бы вряд ли смог. А это означает, пора снова взять себя в руки, подобрать проклятый мистический знак и начать заниматься. Если он вынужден теперь играть роль волшебника, он будет волшебником, о котором станут говорить как минимум на этом острове. Просто потому что меньший результат его не устроит.

— Агуаменти… Глациус… Мобили Аква… Энгорджио… Ваддивази… Эванеско…

Уже почти ночью к нему в библиотеку пришел МакДугалл, явившийся за очередной порцией «артефактов» на продажу. Барьер на двери не был активирован, так что сквиб без проблем открыл её и шагнул внутрь, держа в руке пустую спортивную сумку. Маг лишь поднял голову, взглянул на него, кивнул на «демонстрационный» стол с отложенными заранее предметами, а затем вновь вернулся к своему занятию. Он что-то сравнивал, положив перед собой на столе сразу пять раскрытых книг и время от времени пролистывая страницы то в одной, то в другой. Палочка до следующей тренировки занимала место на небольшой деревянной подставке на рабочем столе. Наполнив сумку «безобидными» металлическими украшениями и безделушками, Альберт не стал уходить сразу, вместо этого присел на низкий табурет у стола и заявил веско:

— Не хочу отвлекать от работы, но появились сложности, Джеймс. Началось тут нехорошее движение в нашу сторону, чреватое неприятностями.

— В каком смысле? — спросил Кайнетт неохотно, всё-таки оторвавшись от книг и расчётов, которые вёл в голове. — Что за неприятности?

— Пока ещё ничего конкретного, лишь слухи, но от проверенных людей. В общем, ходят такие разговоры, что у кого-то из авторитетных людей недавно в клубе серьёзно так порезали сына. В солидном заведении, с очень хорошей охраной и кучей всяких камер и прочей ерунды, куда пускают только по приглашению, а «быки» на входе лапают и трясут не хуже, чем в тюрьме, что ты и булавку во рту не пронесешь. Очень похоже, что порезали клинком твоей работы, который я продал, да только достался он какому-то косорукому орангутангу, что он даже дело не смог как следует закончить, если только план не был таким с самого начала, а всё дело не заказала какая-нибудь обиженная истеричка. Короче, это не так важно, сама суть в том, что поднялась волна и стали искать следы. А следы ведут сюда. Пока копать начала только «крыша» клуба, потому что на их территории произошел такой залёт, и значит, их выставили перед остальными. Но если папаша обиженного мажора решит, что это был наезд и персонально на него, то он тоже может подключиться к делу. И вот тогда у нас проблемы.