Hydrargyrum

Вместо истории Нового времени он принялся изучать учебники по магической теории и бегло пролистал справочник по палочкам и их применению. Всё-таки данная вещь заинтересовала его сильнее всего, ведь самая распространённая в этом мире магическая школа строилась целиком вокруг применения данного мистического знака. По грубым прикидкам выходило следующее: если принять энергию для самого простого магического укрепления предмета за единицу, то для Градации воздуха, создания знакомой магу вещи на пару минут «из ничего», нужно уже пять единиц энергии; при этом волшебник с палочкой потратит на укрепление лишь четверть единицы своих внутренних резервов, а на Градацию — только единицу, компенсируя разницу за счёт внешней маны. Разумеется, это в самом общем случае, без учёта состояния мага, совместимости с мистическим знаком и ещё пары десятков различных факторов. Как говорится, в среде идеального газа на высоте уровня моря, однако общий порядок цифр можно оценить. Означает ли это, что таким образом та же Тонкс превосходит, например, Солу в четыре-пять раз по своему магическому резерву? Похоже, что нет. Палочка — это очень мощный магический инструмент в умелых руках, однако, как выяснилось, она… расслабляет пользователя. Местных волшебников начинают обучать лет в десять, а не в пять-шесть, что хоть и гуманно, но одновременно глупо. Поскольку открытие и тренировка магических цепей без внешней помощи мистического знака крайне болезненны, волшебники не уделяют этому должного внимания. По минимуму они развиваются и с палочкой, что годам к семнадцати позволяет самым одарённым творить простые мистерии за счёт одного внутреннего резерва, однако в реальном бою или сложном ритуале их возможности без мистического знака будут крайне ограниченны. Но большинству хватает и этого. И в результате…

Когда Кайнетт вчера осознал этот факт, он просто уронил книгу, подавился кофе и долго не мог откашляться и отдышаться. Должно быть, со стороны это выглядело настолько же жалко, насколько и смехотворно. Зайди к нему в тот момент кто-нибудь, и маг вполне мог и убить, не смотря на личности. Однако, приведя себя в порядок, он вновь попытался спокойно осмыслить своё открытие — в этом мире волшебники так и не создали магических гербов, даже старинные рода, чья родословная насчитывает больше тысячи лет. Несмотря на всю абсурдность данного факта, ему можно было найти объяснение. Здесь волшебникам не нужно было сжигать и выматывать себя, проводя годы в постоянных тренировках, прежде чем начать исследования, окончат которые хорошо если их внуки или правнуки. А значит, у них не было жесткой необходимости создавать опасный и весьма болезненный при каждом использовании метод увеличения магического резерва потомков и передачи части фамильных секретов напрямую, с фрагментом собственной души. Здесь дальше браков с учётом родословных и количества поколений магов в семье они не зашли, а тайны ремесла остались в виде зачарованных книг в родовых библиотеках. Возможно также, что за две с лишним тысячи лет волшебники в некоторой степени изменились, приспосабливаясь к постоянному применению «костылей» в виде палочек, сами их магические цепи в какой-то мере «мутировали» за множество поколений. В прошлой жизни Арчибальду попадалась теория, что современные маги пусть и не так сильно, но отличаются от тех, кто жил три-четыре тысячи лет назад, и потому их телу уже не удастся вновь получить доступ к Истоку, то есть к почти бесконечному источнику магической энергии. Сказать по правде, Кайнетт всегда считал, что одержимость многих магов Ассоциации достижением Истока (он же Корень Мира, он же Хроники Акаши, он же Великая пустота, некоторые и вовсе называли его Богом) слегка чрезмерна и граничит с религиозным фетишем, что для настоящих исследователей просто недопустимо. Он был рад узнать, что здесь на подобную нелепость никто не тратит века стараний и горы ценных ресурсов, на этом фоне местные увлечения магической Британии вроде усердных поисков так называемых Даров Смерти можно было считать скорее милыми причудами.

Чувствуя, что от бесконечного наматывания кругов по комнате уже болят и немеют ноги, Арчибальд присел на стул и окинул взглядом несколько полуразобранных поделок, которые он мастерил между делом, чтобы МакДугал от него отвязался на какое-то время, а баланс на счету из отрицательного выправился хотя бы до нулевого. Но теперь, с учетом новых знаний, ему предстояли лишь новые траты. А значит, придётся хотя бы на время отложить научную работу и заняться барахлом для продажи обычным людям. С учетом почерпнутых из книг знаний он сможет поправить значения хотя бы части формул и констант, особенно по части плотности магического потока, и теперь расчёты можно ускорить. Как жаль, что даже талантливому магу без денег никуда и приходится тратить ценное время на подобную чепуху. Правда, не желая даже к такой задаче подходить вполсилы и без заботы о результате, Арчибальд создал пару любопытных вещей с точки зрения магической науки, которые позже стоит довести до ума. Где бы ещё найти на это время?

Маг взглянул на часы — уже была половина седьмого утра. В принципе, вполне рабочее время. Покачиваясь от усталости, Кайнетт вышел в «гостиную», снял трубку телефона и набрал номер. Ответа пришлось ждать долго, но он был терпелив.

— Мистер МакДугалл? Рад, что вы уже не спите. Касательно ваших напоминаний, я думаю, что подобрал несколько интересных вещей на продажу. Но лучше вам оценить их лично, будет ли подобное пользоваться спросом или нет. Предлагаю увидеться в мастерской через два дня и всё обсудить. Ещё я хочу кое-что у вас попросить, но это уже при встрече. Рад, что вас всё устраивает. Доброго дня.

Положив трубку, маг замер на полминуты, решая, закончить ли сначала с «товарами», или всё-таки дочитать историю магии хотя бы до двадцатого века. Почувствовав, что, стоя на месте, он начинает засыпать, Кайнетт помотал головой и побрёл обратно в лабораторию. Сначала стоит вложить энергию в поделки, а также в пару мистических знаков для собственного пользования, а потом вернуться к книгам. Едва ли после принятия Статута Секретности в магической Британии случалось что-то заслуживающее неотложного внимания.

========== Глава 7 ==========

«Традиция магических дуэлей в Британии практически вышла из моды во второй половине двадцатого века, однако всё ещё практикуется, в отличие от ряда европейских стран, отказавшихся от этого обычая в пользу исключительного решения споров в суде. Правила вызова… правила проведения… условия… оружие — исключительно мистический знак, то есть жезл или, куда реже, посох. Огнестрельное оружие не применяется, холодное — лишь изредка. Рукопашный бой — на любительском уровне, чаще предваряет дуэль, нежели используется для нанесения урона (пощёчины, удары по лицу при вызове и т.д.). Гендерная дискриминация отсутствует, ведьма может вызвать волшебника и наоборот. Поединки между волшебниками строятся на широком применении щитов, полных и локальных, для поглощения или отражения прямых концептуальных и стихийных воздействий. Согласно примерам, опытный дуэлянт с помощью правильно установленного зонального щита радиусом около фута способен отбить оглушающее, парализующее или воспламеняющее заклинание обратно в противника…»

— Мистер Мерфи, к вам мистер МакДугалл, как и было уговорено, — после стука из-за двери в лабораторию донёсся безукоризненно вежливый голос мисс Стоун. Она даже сумела назвать десятилетнего мальчишку «мистером», не сбившись на смех, вот что значит профессионализм.

Кайнетт закрыл руководство по магическим дуэлям, убрал в стол тетрадь, куда конспектировал наиболее важные моменты по ведению боя местными волшебниками. В том, что рано или поздно ему это пригодится, он даже и не сомневался. Встал из-за стола, покрутил головой, разминая затекшую шею, а потом пошёл в гостиную к визитёру. О встрече Арчибальд не то чтобы забыл, скорее не ожидал, что время придёт уже так скоро.