Страница 44 из 68
Он такой пронзительно красивый, ее черный волк. В официальном костюме выглядит еще строже, чем обычно, но это не отпугивает, а притягивает. Хочется провести рукой по приглаженным волосам и взъерошить их, чтобы хоть чуточку нарушить этот идеальный образ. Поцеловать в уголки плотно сжатых губ. Пусть улыбнется, а то ну точь-в-точь как Ингур, такой же суровый и жесткий.
Должно быть, Вир ляпнул что-то не то. Еще минуту назад, когда Карина украдкой взглянула на черного волка, тот радовался, и от его улыбки у волчицы таяло сердце. А теперь сидит хмурый и сердитый. Отвесить бы братцу-идиоту подзатыльник, но ведь Кэрэ вскоре и сама собирается огорошить черного волка плохим известием. Точнее, действием. Побегом.
Она сбежит, поджав хвост, как перепуганная, растерявшая остатки гордости шавка. Сбежит, собственноручно лишая себя возможности на счастье и любовь. Как ее мама когда-то. Только мама бежала к любимому, а Карина – от него...
Ну, не дура ли?
Но тут в голове вновь всплыло имя незнакомой волчицы. Рая. И тон – нежный, ласковый – которым это имя было сказано. И у маленькой Кэрэ от обиды и ревности едва слезы из глаз не брызнули. Нет, может, она и дура, конечно, но зато без притворства, и заменой никому становиться не станет. Сбежит. Подарит черному волку (или себе?) прощальную ночь и уйдет. А он пусть дальше о своей Рае думает.
Карина решительно сжала кулачки. Времени на размышления больше не осталось, пора действовать. Они подъехали к деревне, и уже совсем скоро состоится свадьба. Ведьма благословит молодую пару, совершив огненный алгыс, и волчье селение погрузится в праздничные гуляния. Будут кутить и буянить ночь на пролет, а ранним утром станут собираться на охоту. И ей нужно быть начеку, чтобы не упустить подходящий момент для побега.
Взять с собой она толком ничего не успела. Даже платье надела первое подвернувшееся под руку. А не хотела ведь выпендриваться. Не получилось. Ее наряд уже притягивает слишком много мужских взглядов. Вон как жадно поблескивают глаза молодых оборотней с соседних саней, что мчатся чуть позади. Стоит обернуться, и тут же ловишь на себе похотливые взгляды, будто у нее не только спина оголена, а она вся нагая. Надо было хоть накидку взять, но времени не было ни на что. Даже чтобы приготовить подарок невесте. Пришлось схватить из шкатулки ожерелье поувесистей и спрятать за лиф платья. Алмазную подвеску потом отдаст, когда молодых вокруг юрты будет вслед за шаманкой водить. Не понравится подарок – отдадут духам в откуп...
Она, конечно, будет скучать по своей стае и сильней всех – по черному волку. Но, видимо, не суждено. Посмеялась над ней Матерь-Волчица, подразнила и по носу щелкнула, когда Карина поддалась на уловку. В следующий раз будет осторожней.
Хотя, о чем это она, какой следующий раз? Сегодня ночью все закончится, не успев начаться.
Время определенно играет против нее. Вот уже юркие волчицы, с которыми она только что сидела в санях, поспрыгивали на землю и увели невесту в обнесенный частоколом двор, оставив Карину одну. А мужчины, какие бы голодные взгляды на дочь Альфы не бросали, подойти близко не осмеливались. Похоже, придется слезать с саней самой. В платье, превращающем любое движение в пытку, это будет сложно, но она попробует. Главное, не свалиться носом в снег...
Карина отвлеклась и не заметила, как Роман одним быстрым движением подскочил к саням и предложил руку помощи. Вроде бы ничего странного, простой и галантный жест, но Кэрэ застыла в нерешительности. Она слишком хорошо помнила реакцию своего тела на прикосновения Романа. Не стоит сейчас раззадоривать свою волчицу... Но столпившиеся у ворот волки нетерпеливо галдят, и Кэрэ подчиняется, не смея больше тянуть драгоценное время. Аккуратно вкладывает свою ладошку в широкую ладонь черного волка...
Очередная ошибка с ее стороны. Не стоило до него дотрагиваться, потому что волчица, дремавшая внутри, мгновенно почувствовала близость черного волка. Всполошилась, навострила уши, закрутилась юлой под сердцем, понукая продолжить телесный контакт. Тело, следуя звериному зову, тоже напряглось… он так непозволительно близко сейчас, что она не выдержит… кровь застучала в висках, температура повысилась, сердце забилось быстрей. Эмоции требовали выхода. Волчица умоляла утолить телесный голод…
Карина заглянула черному волка в глаза, и… земля ушла из-под ног. Все вокруг закружилось в причудливом разноцветном хороводе. Кэрэ то ли падала, то ли парила, невозможно было разобрать. Голова шла кругом, а ноги и руки стали ватными. Она испугалась на миг, что упадет сейчас или еще хуже – что это сон. Что она проснется сейчас, и все исчезнет. И черный волк растает в предрассветной мгле, лишь вильнув хвостом на прощание.
Однако, прикосновение разрывается слишком быстро, и Карина не успевает сказать ни слова. Так не вовремя подскочившие волчицы тянут ее прочь от саней и взмокших от быстрой езды, фыркающих и треплющих гривами лошадок. Прочь от черного волка, с которым вопреки всему на свете ей хочется остаться навсегда.
Тот лишь успевает шепнуть:
- Надо поговорить.
Надо. Вот только слишком уж поджилки у нее трясутся от страха. Она не знает, как рассказать о том, что творится у нее в душе. Не знает, как не сорваться и не проболтаться о своем предстоящем побеге. Если он станет просить ее остаться, она ведь не сможет отказать. Как же тяжело будет уходить, отведав всей сладости его объятий, всей силы его страсти. Она так боится передумать.
Но уйти, не насладившись близостью с любимым, еще страшней.
Смущенная и растерянная, Карина не успела ничего ему ответить. Волчицы увели ее за собой в дом отца невесты. Теперь она не увидит черного волка несколько часов, до начала церемонии, и это даже к лучшему, потому что она вообще здраво мыслить не может в его присутствии.